Цифровой постимпериализм. Время определяемого будущего - Коллектив авторов

на сорок тысяч рублей, хотя он возможно находится на грани жизни и смерти, то приходит на ум только аналогия с обреченными в газовые камеры, когда у них изымали золотые коронки для пополнения бюджета рейха. Не поддающимся пониманию фактом является событие, когда ректора якутского университета (пусть и небольшого) уволили за то, что он отказался предоставить помещение университета под ковидный госпиталь[39]. А где же наши олигархи, которые дворцы себе строят за один день? Здесь же они не могут создать времянки-госпитали – а власть молчит, не прессуя их!

В исторической ретроспективе человеческое общество в формате различных государств и общего ландшафта взаимоотношений между разными странами и народами всегда стремилось к оптимальным управленческим структурам и разумным взаимодействием под разные интересы отдельных государств, включая доминирование одних над другими – странами-сателлитами и назначенными изгоями. Это особенно характерно именно для современной эпохи в условиях диктаторских полномочий монополистических олигархических структур, которые часто идут вразрез с интересами не только отдельных государств и тенденций мировой геополитики, не говоря уже о гражданах и социальной справедливости, но и приводят к преступным построениям во взаимоотношениях с различными общественными структурами и организациями по всему миру.

Сложность состоит в том, что сами власти часто подкармливаются от таких неприкасаемых олигархических структур и поэтому фактически дают им полную свободу в своих действиях, правда пока они не несут непосредственную угрозу самой власти и ее личным представителям. Разумеется, организация мирового порядка основывается на подчинении слабых сильным, на управлении сателлитами, с различными формами давления – от санкций и «цветных революций» вплоть до военного вторжения с целью создания государств-марионеток с внешним управлением и подчинением собственным геополитическим интересам метрополий.

В этом ряду на современном этапе особое значение имеют взаимоотношения России с различными странами – в первую очередь экономически мощными. Учитывая, мягко говоря, нынешнюю скромную роль России в мировой экономике, особенно в высокотехнологичных секторах промышленности, политическое влияние России также очень ограничено с учетом того факта, что как говорили классики: «политика – это концентрированное выражение экономики»[40].

У России, безусловно, есть свои амбициозные геополитические планы, но их реализация на конкурентном поле мировой экономики и политики наталкивается на существенны трудности в условиях доминирования мощных мировых экономик – США и Китая.

Глобализация экономики с ее тотальной цифровизацией воспринимается иногда как возможность занять достойное место в мире на монетаристских наднациональных принципах, даже в условиях общей отсталости, которая якобы может затушевываться в различных сетевых построениях. Но это глубокое заблуждение. Никто не отменял законов устойчивого состояния сложной нелинейной системы, особенно в конкретном ландшафте многих стран, когда стабильность определяется именно на принципах биполярного мира. Никакие другие модели – типа многополярного мира – не являются устойчивыми, и рано или поздно свалятся к биполярности. Принципиальный вопрос, кто будет этими двумя полюсами.

В советское время – это были СССР и США. Сейчас вернуться к этой доминанте с участием России практически нереально, и поэтому основные угрозы и риски для нас связаны со складывающейся мировой биполярностью в лице США и Китая. Они всегда между собой договорятся (и договариваются!) – и без нас – с учетом мощных ресурсов и их возможностей экономического статуса. Не спасут нас всякие региональные объединения типа ЕврАзЭС и восточные новые друзья, включая арабских шейхов. Стоит напомнить, как выстроились эти наши партнеры в ряд на постсоветском пространстве, когда к ним приезжал госсекретарь США[41]. Но зато теперь планируются ковидные поезда в Россию из Узбекистана с гастарбайтерами, но на фоне, как ни странно, стремления США создать там военные базы. Отдельный вопрос с нашим новым перманентным другом – Турцией, где убили нашего посла, сбили наш самолет и натравливают террористов в Сирии на атаки наших вооруженных сил с обеспечением их дронами и другими современными средствами поражения, и без осуждения мировым сообществом более пятидесятилетней оккупации части территории Кипра. Более того, совершенно непотребная вещь, когда от Турции идет посыл о ликвидации фундаментального статуса Совета безопасности ООН; а на этот скандальный факт наша реакция – практически никакая.

Очевидно, что ни одна проблема в мире на современном этапе (как и всегда в современной истории) не может решаться без согласия и воли США. К сожалению, у нас бытует мнение, что главное в паритете с США – это военное могущество нашей страны. Да, этот фактор принципиален и позволил уже около восьмидесяти лет держать мир вне глобальных военных конфликтов. Однако, во-первых, военный бюджет России трудно сравнивать с военным бюджетом США[42] – он несопоставим и приблизительно в пятнадцать раз превышает наш бюджет. Во-вторых, полезно вспомнить слова Маргарет Тэтчер, которые были ею сказаны еще в 1991 году о том, что нам надо опасаться не военной мощи СССР, а ее экономических успехов, когда СССР вытесняет нас с мировых рынков[43]. Сейчас мы способны на это? И где же эти нынешние наши экономические успехи в обрабатывающей промышленности, а не в добывающей, да еще с акцентом на тотальные сервисные услуги и мероприятия на импортных комплектующих. А чего стоят амбициозные мегапроекты (без ясного конечного результата) с огромными тратами финансовых ресурсов на непроизводственные расходы в отсутствие практически какой-то локализации производства и отечественных достижений не только в машиностроительной отрасли, но и даже в примитивных продуктах бытовой техники и в результатах производства изделий металлообработки (от гвоздей и гаек, сковородок до всяких запчастей – простых и ответственных деталей машиностроения и их комплектующих). А о самолетах, тракторах, автомобилях и др. изделий отечественного производства – как-то не хочется упоминать. Про микроэлектронику и ее элементную базу – говорить не приходится. Вся компьютерная индустрия в нашей стране сводится к использованию зарубежных разработок с неясными последствиями для национальной безопасности страны и ее развития в передовую промышленную державу.

Наши власти никак не могут понять, что никто никого не догонит и России надо искать свои ниши в мировой экономике, а не потакать/поддерживать огромными финансовыми вливаниями якобы отечественных олигархов, которые жируют и на самом деле инвестируют свои финансовые вложения в другие страны. Это долгий разговор, но здесь нет особой необходимости приводить цифровые данные: они легко доступны и широко известны, но внятной политики как выйти из этой ситуации, да еще в условиях тотальной отечественной коррупции – не очень ясно. Остается, по-видимому, только подчиняться якобы доминирующим тенденциям в мире, которые фактически приводят к потере экономической независимости России и угрозе ее национальной безопасности под притягательным термином «цифровой экономики», но по сути затрагивающей только сферу услуг.

В аспекте этих отмеченных рисков