Истоки скандинавских мифов - Владимир Михайлович Сушков

Еще один важный элемент скандинавской мифологии — жертва Одина. Как было доказано выше, в колодце Мимира не была обычная вода, а мед, который является метафорой для меда поэзии.

Пришел туда раз Всеотец и попросил дать ему напиться из источника, но не получил он ни капли, пока не отдал в залог свой глаз.

В этом мифе вновь фигурирует "шаманская практика" и обряд инициации, который основывается на вселенском "законе сохранения энергии". Проще говоря, за все надо платить. Жертвенность Одина в данном случае не ограничивается лишь потерей глаза в обмен на мудрость и познание. Как отмечают многие исследователи, это нечто большее. Следует заметить, что Один не выколол себе глаз, а аккуратно положил его в источник Мимира. Таким образом, благодаря одному глазу Всеотца в источнике, Один может проникать в глубины потустороннего мира.

Иггдрасиль — это архетипический мифический образ, олицетворяющий творение вселенной и ее сосредоточие. Таким образом, колодец Мимира является источником глубокой мудрости, завесой, которая отделяет мир видимый от мира потустороннего. Поэтому считается, что жертвенность Одином глаза и собственное распятие на древе принесло Всеотцу настоящую "божественность", подобно Иисусу, который явился в своей полной славе после распятия и воскресения.

Животные Иггдрасиля

Одно из самых загадочных животных мирового древа — безымянный орел. Оно загадочно потому, что не имеет имени. Скандинавская традиция известна тем, что в ней важную роль играют "имена", которые имеют магическое свойство отождествления. Имя дается каждому человеку при рождении, и скандинавы верили, что человек вырастет таким, как и его имя. Например, Акке (искренний) будет честным человеком, а Бьёрн (медведь) будет сильным, как медведь. Кроме того, германо-скандинавские племена нарекали своими именами вещи, например, мечи, щиты, драккары.

Однако имя орла в сагах не упоминается, и его функциональность сводится лишь к ругани между ним и драконом Нидхеггом. Причем орел сидит на самой вершине Иггдрасиля, в свою очередь, Нидхегг обитает ниже кроны Мирового древа, обвивая его стволы и подтачивая корни. Поэтому передатчиком информации от орла к дракону и наоборот является белка Рататоск.

Рататоск белка

резво снует

по ясею Иггдрасиль;

все речи орла

спешит отнести она

Нидхёггу вниз.

При этом в скандинавской мифологии орел является символом мудрости и противопоставляется Нидхеггу. Чтобы понять, что означает эта борьба, следует ознакомиться с этим драконом.

Не ведают люди,

какие невзгоды

у ясеня Иггдрасиль:

корни ест Нидхёгг,

макушку — олень,

ствол гибнет от гнили.

(Речи Гримнира)

Там она видела —

шли чрез потоки

поправшие клятвы,

убийцы подлые

и те, кто жен

чужих соблазняет;

Нидхёгг глодал там

трупы умерших,

терзал он мужей —

довольно ли вам этого?

(с) Прорицание Вельвы

Нидхегг — хтонический чудовищный дракон, олицетворение сил природы, например, таких, как разложение и гибель. В разных источниках присутствуют разночтения. Например, в Старшей Эдде он остается после Рагнарека в живых и терзает плоть грешников. Нидхегг олицетворяет собой космогонический хаос и противопоставляется мудрому орлу, который олицетворяет собой порядок.

То, что Нидхегг является символом разложения и смерти, намекает не только его имя (есть различные толкования имени, например, такие, как "пожирающий трупы" или "черный дракон"), но и древний протогерманский символизм — змея, в представление прагерманцев была олицетворением болезни и разложения.

Откуда это пошло? Дело в том, что в древние времена люди считали червей, змей и все, что ползает на своем животе, единым классом животных. Эмпирическим путем человек с первобытным менталитетом заметил, что во всякой разлагающейся вещи, будь то фрукт, овощ, мясо или человеческое тело, появляются личинки и черви. И, что логично, связали процесс разложения со всякого рода болезнями, например, чумой. Таким образом, змея стала олицетворением разложения и смерти. Кроме того, вероятнее всего, идея о Нидхегге зародилась еще в прагерманские времена, когда был близок культ плодородия. Змею часто отождествляли со сменой времен года, потому что и змея скидывает свою старую оболочку, чтобы обзавестись новой, так и земля умирает зимой, чтобы возродиться летом.

Таким образом, Нидхегг в представлении германо-скандинавского эпоса стал пожирателем мертвечины и змеем, что обеспечивало гниение корней священного древа Иггдрасиля. Нидхегг — это символ зла и смерти, хтоническое олицетворение хаоса, и соответственно он противостоит орлу в качестве диалектической борьбы противоположностей.

Борьба орла и Нидхегга — типичная мифологема, присущая многим народам, в том числе и неиндоевропейским. Здесь можно вспомнить и индуистскую традицию, где противопоставляют Гаруду и змеи/наги, посох греческого врачевателя Асклепия или Кадуций. Считается, что посох Асклепия (где змея обвивается вокруг древесной палки) олицетворяет собой связь земли с природой. Нидхегг в скандинавской традиции также считается олицетворением земли (живет под корнями, пожирает плоть умерших, что намекает на его подземную сущность), и также связывается с природными элементами (самим Иггдрасилем и воздушным символом — Орлом).

Кстати, в скандинавской мифологии можно проследить некую дуалистичность суждений. Связано ли это с тем, что мифические образы создавались в различных условиях и разными этносами — неизвестно, либо дальнейшие записи легенд опирались на самые разные источники. Помимо орла на вершине Иггдрасиля, было еще одно символическое существо — Хресвёльг. Нет сомнений, что это существо хтоническое, так как по своему роду он был йотуном и является символом бури. Германо-скандинавами считалось, что Хресвёльг создает бури, сидя на краю видимого мира, а само его имя переводится на древнескандинавском как "Пожиратель трупов", что роднит этого йотуна с Нидхеггом. Кстати, интересны и параллели с другим скандинавским мифом — похищение Одином "меда поэзии". Когда Всеотец выкрал у Гуннлед священный напиток, то он обратился в орла, что, как бы намекает, что эта птица была у скандинавов символом мудрости.

Третье и немаловажное для Иггдрасиля животное — мифический олень Эйктюрнир, чья этимология, впрочем, спорная. Он переводится как "с дубовыми кончиками рогов". Кстати, в этом имени возможно содержится пережиток прошлого прагерманской народности. Историками предполагается, что дуб был священным деревом задолго до ясеня. К тому же, дуб посвящался Тору — богу громовержцу, главе пантеона, задолго до того, как Один стал Всеотцом для других богов. Важность дуба скрыта и в его этимологии.

Несохраненное название дуба в славянском языке (дерево с дуплом, низинное дерево) могло звучать как перкъ, что роднит его с наименованием славянского Перуна или литовского бога громовержца Перкунаса. То есть, это древо