У нас всё хорошо - Владимир Войновский

Семейная община в завершение праздника, когда Ксюша досматривала свой десятый сон, приняла решение помочь моей семье в приобретении нового автомобиля и скинуться на стройматериалы для строительства дома…

Уж не знаю кому, как, но у нас с Сонечкой праздник удался.

И вот, через пару недель я рассекал по родному населенному пункту на новенькой «Ладе», а во дворе разместились кучки, штабеля и навалом строительные материалы. Старенький «Жигуленок» загнали по спекулятивной цене. На вырученные средства заказали экскаватор и погрузчик для подготовки основания под фундамент нового жилья.

Нет-нет, все это богатство не за красивые глаза. У нас каждый помогает всем, и все помогают каждому. Сказали: «Надо!», и я пошел или ко мне пришли. Не надо тратиться на рабочих. Всё сами делаем.

До первого снега я был весь в работе. В дом заходил на прием пищи, а нередко пропускал. Так сильно втянулся в этот процесс. Но своих помощников кормили, как говорится «от пуза».

Соня уже видимо округлилась, но ловко управлялась с домашними делами. Ксюша ходила в школу. Арчи все время проводил на улице, а Петя развлекался в пустом домике, стоящем на подоконнике.

Вечерами, мы собирались за ужином. Дочка ставила клетку на кухонный стол.

— И что эта клетушка делает на столе, за которым я ужинаю? — старался строго посмотреть на свою любимицу.

— Папочка, я хочу тебе показать, какие успехи делает мой Петечка.

Открывалась вниз дверца и попугай выходил на нее, словно на балкон. Расправив крылья и сотрясая всем тельцем, птица издавала явно звуки удовольствия. После чего ловко маневрируя, пролетала три круга по комнате и присаживалась на подоконнике.

— Никак не могу научить его садиться на клетку, — раздосадовано говорила Ксюша.

— А ты, какие ему команды подаешь?

— Просто зову, цокою, фьюкаю, фифтю, посвистываю… по имени к себе зову…

— «Фифтю»… Да-а-а-а… Смотри, как надо!

Я кашлянул для приличия, чем привлек внимание птицы. Громко хлопнул в ладоши и скомандовал: «Ко, мне!». Петя не замедлил себя ждать. Взмах, другой, третий и… он сидит рядом, внимательно рассматривая меня.

— Учись Ксюшенька, папа и не такое умеет, — расхохоталась Сонечка.

Прошло несколько недель. У меня с первым снегом стало больше свободного времени. Я оборудовал птичке внутри клетки: лесенку, качели, поставил колесо, навесил колокольчик и зеркальце, по углам и поперек просунул между прутьев веточки.

Пока я занимался благоустройством, Петя крутился возле меня, подносил веревочки и детали…

Ксюша и Соня вечерами учили птицу выполнять их команды, но попугай слушался только меня. Сонечку Петя боялся, как и Арчи из-за пылесоса. Этот страшный агрегат пугал их настолько, что первый прятался в углу домика под газетные обрывки, а второй пулей мчался к двери и скрывался на улице.

— А вот говорить он так и не хочет, — грустно сказала дочь.

— Придет срок и сам заговорит. Не все сразу. Он же должен подражать, повторять. Ты смотрела в Интернете, как учат попугаев?

— Папочка, я обязательно посмотрю…

Потянулись долгие филологические вечера. Дочка читала птице стихи. Повторяла короткие фразы. Записывала их на диктофон. Читала птице устные задания в школу.

За попугаем стали наблюдать некие странности. Например, он, сделав вечерний полет, садился мне на плечо и, пока я принимал пищу, гулял с плеча на плечо, что-то выискивал в моих волосах. Щипал за уши. Спускался и поднимался по руке. Просил дать ему попить. Я набирал в рот жидкость и придвигал губы к его клювику. Петя ловко принимался пить. К девочкам такого интереса он не проявлял.

— Нет, Ксюша, наш Петя любит только нашего папу. Вырабатывай доченька командный голос.

3

Зима в декабре обозначилась снежными заносами и сугробами. Пару раз резвилась пурга.

Строительство нового дома приостановили. Фундамент залит. Стены по периметру и внутри выгнаны под крышу.

Ксюша осваивает школьную программу. Сонечка оформила декретный отпуск. Я устроился работать сутки через трое в сельский теплоузел.

Арчи большую часть времени проводил дома, наблюдая за Петей. Очень он нервничал, когда проходили занятия, проводимые дочей. Глядя на него, создавалось впечатление, что: либо кот подойдет к попугаю и даст ему лапой в ухо, либо сам начнет говорить человеческой речью.

Птица полностью освоилась и привыкла к нам, и совершенно не обращала внимания на грозного «тигра». Время полетов увеличилось. Клетка закрывалась только на ночь, и попугай беспрепятственно выходил для совершения полетов, когда ему этого хотелось.

— Варлаам, ты не будешь сильно переживать, если я тебе скажу небольшую вещь? — Сонечка сидела за столом со своим смартфоном.

— Милая, как я могу волноваться? Я скоро стану отцом и мне категорически рекомендовано не беспокоиться. А что?

— Я вот смотрю в Интернете и… у нас попугай — девочка. Носик у нее коричневенький… а у мальчиков синий…

— Ну, я же говорил, — встав с дивана, отложил книгу, — обманут на рынке… Никому нет веры, никому…

— Теперь ты понимаешь, почему птичка постоянно липнет к тебе, — жена улыбалась, я прохаживался по комнате.

Встревоженный попугай забежал наверх клетки и после слов супруги или моих делал «чирик-чир», участвуя в разговоре.

— Ксюша расстроится, — я остановился в дверном проеме и посмотрел в комнату любимки.

— Папочка, не переживай, я все давно знаю.

— Да, что вы пристали со своим «переживай». Петя, ко мне!

Пернатый друг «чиркнул» и взлетел мне на плечо. Я продолжил ходить. С каждым шагом в моем ухе раздавалось «фьють».

— Три бабы в доме. Арчи, хоть ты со мной солидарен.

«Мяв-у». Кот присел и навострил уши. Его мордочка выражала сочувствие и поддержку хозяину.

— Ах, мой «пушистик»… да я… тебе вот…, — я подошел к холодильнику и взял с тарелочки кусочек ветчины, — держи мой, друг.

Арчи встал на задние лапы и потянулся к кусочку.

«Мяв-у», — раздалось рядом с моим ухом. Я повернул голову. Кот выхватил копченость из моих пальцев. Попугай смотрел мне в правый глаз. Клювик приоткрыт, язычок слегка колыхнулся: «Мяв-у».

— Ксюшенька, Сонечка, вы это слышали? Смотрите… Петя! — я встал в полный рост, а птица, закрыв клюв, отвернулась в сторону киски и отказывалась повторить сказанное.

Мы с дочерью «Петюнькали» и просили его повторить ранее сказанное, все тщетно. И тут меня осенило. А ведь…

Я подошел к холодильнику, взял кусочек ветчина. Кот, наблюдавший со своего коврика, присел и напрягся.

— Петя, скажи…

Птица расправила крылья, приоткрыла клювик, зацокала язычком: «Мяв-у-у-у». Резко схватив копчености, замахала крыльями и приземлилась на пол. «Тигр» издал