Под ударом - Kancstc

— Даша! Хочешь ты или нет, но ты принцесса. Царевна. Официальная, неофициальная — не имеет значения. А это значит, что ты — ключик, дорожка, по которой можно пройти к трону. Как минимум. А в случае чего и сама можешь стать императрицей. А что? В истории России, ещё в первой Империи, были императрицы. Елизавета, дочь Петра Великого, Екатерина II. Между прочим, в их царствование империя расцветала.

— Всё правильно, — кивнул государь. — Тебе, Дашенька, пора жить исходя из того, что сказал Серж.

Даша, казалось, была шокирована этими откровениями:

— Нет… Ну я ведь… Ведь у нас Димка есть… и Гриша… И вообще, даже Сержа приспособили…

— Как показывает исторический опыт, — от этой фразы крёстного я вообще выпал в осадок, настолько по советски она позвучала, — в период перехода власти случаются самые разные события и пертурбации. Надо быть готовым ко всему, причём желательно заранее. А сейчас вообще обстановка нехорошая. Один только Архангельск чего стоит! Серж просто пальцем ткнул и оттуда полезло. И сколько ещё у меня таких архангельсков?

Все какое-то время молчали, но в конце концов крёстный велел включить запись и слушать дальше. Там и ещё было кое-что интересное. Кривой (вернее, его люди) посчитали входящие и выходящие из порта корабли (хоть и зима, но ледоколы работают) и дал свою оценку тому, сколько через порт должно пройти грузов. Крёстный сверил это с какими-то отчётами через свой наруч и резко погрустнел. По его словам выходило, что изрядная доля идущих через порт грузов идёт втёмную. Даша, после моей отповеди, убрала свою легкомысленность и презрение к теме, может поэтому и высказала непонимание: Что в этой ситуации так расстроило Его Величество? Тут я снова решился высказать своё мнение:

— Понимаешь, вывезти из порта десять тысяч тон — совсем не то же самое, что банку икры. Их надо разгрузить, где-то складировать, погрузить на транспорт, вывезти. И заметь, так из месяца в месяц. Служба безопасности просто не могла не заметить эти движения.

— То-есть, приходим к тому же выводу: в этом воровстве Стража в доле, — подытожил выводы император.

И тут я решился высказать ещё одно соображение:

— Если только воровство.

Все уставились на меня и я продолжил свою мысль:

— В таких объёмах можно возить что угодно. Оружие, например, и тяжёлое тоже.

— А рядом брошенные земли… — задумчиво, словно мимоходом, вставил своё веское слово Гриша.

Все притихли. И тут Даша показала, что её котелок варит, если она, конечно, даст себе труд этим озаботиться:

— Не, ну в брошенные земли столько на раз не вывезти. Там дорога нужна, опять же люди на это, машины, где всё хранить. Это и слепой заметит.

И тут меня настиг культурный шок: я спросил про космическую разведку и узнал что… её просто нет! Причём проблемы тут не технические и даже не организационные. Не дают какие-то договорённости с Западным Синдикатом. Ну нет — так нет, это стоило обдумать. И народ уже собрался расходиться на обдумывание, когда дядя Захар строго произнёс:

— И чтоб с сегодняшнего дня ни шагу без охраны. Всех касается! Особенно детей!

Это, в общем-то было правильно, но, увы, в полной мере не выполнимо, о чём я и предупредил:

— Не получится! Мне надо с местными пацанами тусить, а когда рядом будет маячить охрана, это несколько неудобно.

Даша снова начала фыркать на тему круга общения, но вот наш главный безопасник сразу оценил мою идею:

— Это правильно. Эти ушкуйники глазастые, если что не так — могут заметить. Я учту эту проблему. НО! Куда бы ты ни намылился…

— Только с вашего разрешения!

— Да ладно заливать! С разрешения… — дядя Захар совершенно искренне рассмеялся. — Хоть свяжись со мной, прежде чем куда-то сунуться, и то хлеб. А вот ты, Дашенька, без разговоров, везде только с охраной, причём явной.

Даша скривилась, но спорить не стала.

* * *

Следующий день начался с уроков медитации, правда на этот раз мы с крёстным никуда за пределы нашей озёрной резиденции не выбирались, осели на одном из бастионов. А вечером, вместо семейного ужина я отправился к старому Ли, на встречу с Лёшкой. Ну и тамошние чай и пельмени — как приятное приложение к деловой встрече.

Столкнулись мы с ним у дверей заведения, заняли столик, сделали заказ и пока пельмени варятся приступили к беседе.

— Ну, тебе, конечно, государь… э… — Леха попытался подобрать более-менее верноподданническую фразу, но потерпел в этом фиаско и решил сказать подругому: — В общем, там не просто будет.

— Неужто меня там сильно не любят уже заранее?

— С этим-то как раз всё норм. После того, как ты выступил по телеку, народец так смотрит: хозяин вроде новый, чего от него ждать — не ясно, но, вроде не жлоб. Так что тебя там не то, чтобы любят, но и плохого от тебя не ждут.

Он посмотрел на меня внимательно и вдруг шумно выдохнул:

— Блин! Вот только сейчас проняло! Я вот с тобой так простецки тут треплюсь, а ведь ты всамделешний князь! У тебя прорва подданных, порт большой, земли не маленькие…

— Ага! — усмехнулся я. — И всё это один большой геморрой. И вообще, не парься. Можешь считать, что ты докладываешь князю о выполнении разведывательной миссии. Так проще?

Лёша в ответ на это рассмеялся:

— Странный ты всё-таки. Другие из знати, да та же баронесса Дарья, барышня наша, как в гараж войдёт, смотрит сверху, говорит с гонором…

— А тётя Лиз? — подколол я.

Лёшка задумался:

— Барыня да… Она гонор не держит. Но, скажу тебе, она с Макарычем все эти железяки разбирает на равных.

Тут я подумал, что тему эту можно перетирать долго, и я обязательно к ней вернусь, но сейчас у меня есть конкретная задача:

— Ладно, Лихо, давай к нашим баранам. Что ты там плохого увидел и что хорошего?

Лёшка тут же посерьёзнел:

— Впечатление такое, что дыра — дырой. Народец там бедный. Не совсем оборванцы, конечно, но вот у нас женщина в одних браслетах на улицу не выйдет. Хоть передник наденет, хоть сетку накинет. А там выходят. Может потому что провинция глухая? Э… ты извини,