Гарри Поттер и современная магия (том первый) - Аня Творцова

он просто понимал даже то, что выходило за границы его знаний. Заметив это, он попросил Коконоэ-сана помочь ему с концентрацией. С этого момента Гарри начал обучаться медитативным техникам и буквально за две недели, под руководством Коконоэ-сенсея, у него начало неплохо получаться очищать сознание. Гарри был весьма удивлён, стоило подышать и прогнать посторонние мысли и любая информация запоминалась почти мгновенно, притом её объем был не важен. Иногда книга или учебник были столь интересны, что Гарри проглатывал её за час или два и даже не замечал. Но стоило задуматься, и он мог постранично цитировать прочитанное. Вот это да, прям как Гермиона. Воспоминание о подруге навеяло грусть…

«Так стоп, не сметь хандрить, былого не воротишь. А депрессия, вот только её нам и не хватало. Ну, уж нет.»

Вот с таким настроем Гарри и грыз гранит японской культуры и языка, но более всего его забавляло, что у него в голове завелся личный переводчик. По ощущениям это было как тогда в междумирии. Информация из ниоткуда. И ключ к её получению оказался прост. Эмоции в сторону, четкая концентрация на вопросе и вуаля.

Коконоэ тем временем поражался ну просто великолепной скорости обучения Гарри. Ведь из его рассказа о прошлом ничто не указывало на такую гипер-способность к усвоению информации.

В итоге, за два с половиной месяца, Гарри полностью выучил язык. Единственной проблемой было письмо и акцент, но это чистая моторика и тут только привыкать.

Примечание к части

*Запрещенное оборудование, создается из головного мозга волшебника.

Глава третья «Откровение»

Вечером 08. 04. 2091, храм

Любопытство Коконоэ касательно обучаемости подопечного только возрастало. В итоге он принял решение поговорить об этом с парнем. И надо было только выбрать подходящий момент...

Гарри и Коконоэ опять играли в шахматы. Это уже было что-то вроде зарождающийся традиции: вечер и шахматы. Как-бы между делом Коконоэ спрашивал про успехи в учёбе. Говорили они на японском, так как нет лучшего способа выучить язык, чем общение с носителем оного.

— Этот ж надо быть таким упорным! — ввернул Коконоэ. — Немногим более трёх месяцев, а ты уже весьма сносно для европейца говоришь на японском, а про понимание я и вовсе молчу.

Гарри, как и всегда во время шахматных партий был очень сконцентрирован.

«Конь на е4, ладья на а5»

— Вам шах, Коконоэ-сан! — С улыбкой сказал Гарри. Коконоэ посмотрел на доску и понял, что продолжать не имеет смысла — ещё четыре-семь ходов и точно мат.

— Ну вот как будто точно знаешь, куда пойти! — воскликнул он.

— А я и знаю,— спокойно ответил Гарри и постучал по виску, — всё здесь.

— В смысле? — не понял Коконоэ.

— Ну, как бы объяснить... — Гарри облизал губы. — Я просто знаю, это что-то вроде внутреннего голоса. Он всегда прав. Только не всегда слышен. Но если сосредоточиться…

— Ах ты, жулик! — беззлобно воскликнул Коконоэ. — Да ты что, провидец что ли?

— Нет, сенсей, прорицания я никогда не любил. Это не предвидение, это просто информация. Она здесь и сейчас.

— Очень интересно, а поподробнее?

— Я так язык учил, сначала было тяжело, но иногда будто озарение накрывало. А затем я понял, что чем я спокойнее, тем лучше получается. Тогда я и напросился на уроки медитации. Она очень помогает и если поддерживать состояние такой вот концентрации, то это как синхронный перевод. Так и выучил. Я просто научился, если непонятно, получать ответ. Всегда откуда-то его знаю, надо просто правильно спросить. Как только формирую четкий запрос — получаю информацию. Иногда это даже выражается картинкой. Так было, когда я читал исторические книги и вырезки о том теракте, что вы использовали для моей легенды. Я это всё увидел.

— Ого, ты сам-то понимаешь, что ты сейчас говоришь? — Коконоэ был ошарашен. Это что же получается, парень может узнать всё, что захочет? Ну, нифига ж себе! Тем временем Гарри задумчиво ответил.

— Не до конца, сенсей. Но, если подумать, то я и в детстве так мог. Только тогда это было спонтанно, а сейчас... сейчас я решил, что раз могу, значит надо учиться. Ведь, как вам известно, граблей в моей жизни было много. И наступать на них по новой…. Кхм, на кой оно мне?

— Да, тут ты прав, — быстро сориентировался Коконоэ. Но это же феноменально. И это надо срочно исследовать. С этой мыслью он и объявил о своем поражении в текущей партии.

Всю ночь Коконоэ не мог уснуть, он обдумывал слова Гарри и пытался понять, что это за дар такой, а то, что это именно начавший раскрываться дар было также ясно как то, что солнце встает на востоке.

Несколько дней Коконоэ рылся в книгах и аккуратно наводил справки. В итоге всё сходилось к тому, что Гарри такой же редкий тип волшебника, как Шиба Тацуя. Только если второй это ходячий молекулярный деструктор, то Гарри... Если это то, о чём он думает, то это бомба и парня надо беречь.

Ещё год можно будет потянуть — с его то скоростью усвоения информации программа обучения средней школы будет освоена с легкостью. Подтянуть владение CAD. Тут надо просто привыкнуть. Здесь явно сказалось детство у магглов. Так Гарри называл людей, не владеющих магией. Но вот проблема — этот самый CAD нужно настроить. И хорошо бы, чтоб техник был хорош, а дальше магическая школа при универе.

Какая, пока не ясно, но однозначно туда. Экзамены он сдаст — это ясно. С его то даром…

Глава четвёртая «Неожиданная встреча»

Гарри усиленно грыз программу младшей школы. Да и с CAD по-прежнему было не всё гладко — скорость активации была далека от идеала, очень далека, но простенькие последовательности шли на ура. Вот только помимо магии были и общеобразовательные дисциплины и на всё нужно было найти время, а ещё бороться с ленью, что периодически наседала на парня, должно быть по старой привычке. Для того, чтобы успеть всё и не выпасть из пойманного режима, приходилось полностью погружаться в процесс, лишь ненадолго прерываясь на сон, еду и недолгие игры в шахматы с Коконоэ-саном. И при таком режиме не было ничего удивительного в том, что он и глазом моргнуть не успел, как наступило двадцать девятое июля.

Гарри сладко потянулся. Он только что закончил изучение физики