Путешествие длиною в Жизнь - Андрей Сазонов

Поэтому мы прогулялись недалеко — до острова Городомля, где в Осташкове парк отдыха, но получилось недалеко, 3–5 км за час прогулки. Мокрые, уставшие мы вернулись в дом. Уже темнело, часов 16, на Севере темнеет рано, светает поздно. Да и работ по дому много — надо наносить воды из проруби в озере — 50–60 метров от дома, убрать снег со двора и от дома (это помощь хозяйке). Потом приготовить ужин и завтрак, наносить дров, топить печь (это тоже помощь). Дальше собрать и подготовить свои вещи — и это всё за 2–3 часа до сна. Но мы все воодушевлены предстоящим походом, довольны, веселы, постоянно слышно шутки и смех.

На ужин у нас была каша с тушёнкой. Все ели быстро, только Надя ела медленно, нехотя. Тут Юра ей и говорит:

— Давай ты съедаешь всю кашу, а мы расскажем тебе о пирожках в Москве…

Надя тут же заинтересовалась, только просит:

— Вы сначала скажите, а я потом доем.

И вот тут мы узнали, что произошло в Москве с ребятами и отчего был такой смех на вокзале.

Оказывается, когда ребята (ещё трое) ушли с вокзала, то сразу пошли в какую-то столовую. Встали в проходе между столами оглядываются. В это же время от столика у раздачи бежит бабка и прикрывает рот рукой. Двое ребят это видят, а третий — нет, и продолжает стоять в проходе. Ребята его оттягивают, он упирается, бабка пробегает мимо них и в это время прямо на наших ребят извергается изо рта бабки струя. Двое-то увернулись, а третий был облит сильно, как оказалось, пирожками с горохом, продававшимися в этой столовой. Ребята, да и все мы сильно смеялись, когда это представили. Да и рассказывал Юра очень весело, но Надя оказалась очень впечатлительной, долго сидела над своей кашей, отставила её, говоря:

— Я больше не буду есть.

Как мы её потом не уговаривали, есть она уже не могла. Я теперь эту историю рассказываю детям для воспитания устойчивости к неблагоприятным факторам.

А вообще, эффект от такого воспитания есть, и большой. Именно в целях отучения от такой мнительности и ложной брезгливости.

Утро 30 января 1977 года, 6часов утра. Подъём в темноте, а в доме тепло, вставать не хочется, но надо — сегодня наш первый ходовой день. Приготовив кашу и чай на печке, поблагодарив хозяйку, выходим на берег озера — это 10 метров. Погода такая же, около 0о С, идёт небольшой снег, дымка. Далее о погоде писать не буду — все 7 дней она оставалась такая же, но иногда снег становился сильнее — т. е. хорошей видимости за весь поход не было, как и морозов. А снег был липкий.

Натираем лыжи свечками — иначе они по такому снегу просто не поедут. Пытаемся определиться, в какой последовательности одеваться — сначала рюкзак, потом лыжи, или наоборот? Те, кто сначала одел рюкзак, наклонялись, чтобы пристегнуть лыжи, и падали под весом рюкзака вперед, головой в снег. Рюкзак сползал на затылок и встать из такой позы было невозможно. Так мы экспериментально определили, что одеваться надо так: сначала одевали лыжи, застёгивали крепления, затем палки ставили рядом, брали рюкзак, который тоже стоял рядом, одевали его, а затем брали палки и одевали их темляки на запястья. Но была проблема — рюкзак тяжёлый, резко подняв его, нарушалось равновесие, и ты падал на бок. Единственное отличие — в этом варианте встать можешь самостоятельно. И попытка повторяется ещё раз.

Минут через 15 все оделись и стали спускаться на озеро, причём отличия берега ото льда не было видно — везде снег, глубиной около 30 см. С учётом утренней полутьмы (было 9 часов утра, рассвет только начинался). Не было видно ни ям, ни рельефа. Где-то справа, тёмной массой, виднелся остров Городомля, слева — бесконечная серая равнина, впереди — тоже, но в этом направлении шла наезженная дорога. Нам пока надо идти по ней — снега меньше.

100 метров до дороги мы почти что ползли — опыта хождения на лыжах с рюкзаками у половины группы не было совсем. С падениями, медленно, вышли на дорогу. Дорога наезженная, скользкая — поэтому снова новые падения, когда лыжи быстро уезжают вперёд, а рюкзак остаётся на месте. Опыт движения на лыжах растёт…

Уже через полчаса мы быстро шли по дороге. Про толщину льда мы знали, и ничего не боялись — во-первых, дорога, а во-вторых — мы видели в проруби толщину льда, около 1 метра. Нам с ведром почти нырять в неё приходилось, чтобы добраться до воды.

Конечно, идти по дороге хорошо. На траверсе следующего острова стоит огромный пустой монастырь с огромной центральной церковью, куполом, крестами, множеством 3–5 этажных строений. Мы его видели, как мираж — он возник из тумана справа и чуть позже также исчез. Он был в полуразрушенном состоянии, тогда мы не знали, что будет с ним дальше. Уже в начале 2000-х годов промелькнуло сообщение об открытии на этом острове действующего монастыря. Так что теперь его можно видеть во всей красе! А вид очень внушительный!

Маршрут у нас был построен по схеме кольца — выход из Осташкова, затем на Север по озеру, мимо монастыря чуть влево — в залив, где стоит большая турбаза «Сокол». Затем через озеро — направо, деревня Кравотынь, затем по озеру на запад, к деревне Свапуще, оттуда радиально (т. е. без рюкзаков) к истоку реки Волги, далее на юг, по озеру Пено до деревни Поребрица. И снова на восток, к Осташкову. Всего 7 дней, 160 км, на лыжах.

И вот, стоя у монастыря, мы решали, куда идти — слева серая пелена, ориентиров нет никаких. Берём карту, компас, определяем азимут на турбазу, и идем просто по направлению, в полном тумане. Доверяя карте и компасу, уходим влево с дороги и начинаем тропить лыжню. Тропить — идти по глубокому снегу, протаптывая лыжню для следующего участника, второй идёт уже по частично утоптанной лыжне, ему уже легче. Затем третий, четвёртый… Легче всего последнему — готовая, хорошая дорога, иди и радуйся. А первому тяжелее всего, очень утомительная, но отличная жиросжигающая тренировка! Поэтому обычно первый идёт 200–300 шагов, затем отходит в сторону, второй становиться на его место, т. е. первым, а тропивший пропускает всю группу и становится заключительным, «отдыхает» от пахоты. Но обычно в конце шли наши 2 девушки, поэтому тропивший становился перед ними. Этот способ даёт возможность довольно быстро идти по глубокому снегу. Конечно, чем