Ручной монстр - Катя Водянова

Гаспар смахнул заградительные ленты и смело вошел внутрь дома, затем позвал меня. В холле было непривычно тихо, пахло пылью и прелыми яблоками, корзина с которыми стояла у самого входа. Через дальнее окно пробивались полосы света от взошедшей луны, расчерчивая пол причудливыми линиями.

Экскурсии сюда тоже водили, но летом куда чаще, чем осенью, в «темные» сезоны дом старались не тревожить. Но по рассказам Джефа находились смельчаки, пробиравшиеся сюда тайком и за большие деньги. А я зашла впервые после того дня, когда закрыли прошлый разлом. Все здесь казалось таким знакомым и чужим одновременно, начиная от статуй на крыльце, заканчивая яблоками.

Я подошла ближе к корзине и застыла. Кто-то доверху наполнил ее плодами из сада, даже надкусил одно, а потом оставил гнить. И следов на полу тоже хватало. Я поставила ногу рядом с одним и присвистнула: размерчик был солидный, даже и не поймешь, толпа ли здесь бродила или один умник в разной обуви.

Гаспар тем временем успел сходить в сторону кухни и вернуться.

— Там точно никого не было, — произнес он, — целые гирлянды из паутины и нетронутый слой пыли на полу.

— Тогда остается подвал и библиотека на втором этаже.

Я обошла холл, проверяя, не появилось ли там чего-то нового. Все те же цепочки следов вились по нему, некоторые уходили к лестнице наверх, другие плелись вглубь коридора, к спальням. Неужели нашелся кто-то достаточно дерзкий, чтобы водить подружек в старый ведьмовской дом?

Хотя это могли быть и подростки, тех и монстром не спугнешь, не то что страшными сказками о ведьмах. Но с ними пусть мэрия разбирается, в конце концов они сейчас арендаторы дома.

Дверь в подвал стояла приоткрытой, а за нее вела целая тропинка из следов. Похоже, кто-то прочно здесь обосновался.

Гаспар тут же появился рядом, потянул на себя перекошенную створку тяжелой резной двери, открывая проход. Затем первым шагнул в проем, а я только закатила глаза. Ох уж эти арфисты с их надуманным благородством!

«А ты бы больше обрадовалась, пихни он тебя в неизвестность на встречу с монстром?» — тут же ехидно спросил внутренний голос. Нет. И да, ведь так он был бы в безопасности. Ох, забери меня святая инквизиция, как же с ним сложно!

— Свет, — шепнула я, выпуская магию.

От нее тут же вспыхнули узоры на стенах, которые наносила и заговаривала одна из моих прабабок. Гаспар на мгновение остановился и удивленно закрутил головой, но быстро взял себя в руки и отправился вниз. Я же разглядывала все вокруг. Ходили здесь часто, успели собрать всю паутину и пыль, а кое-где на ступенях валялись использованные химические светильники и даже фантики от конфет.

От злости я пнула мусор. Мало того, что особняк Мункаслов выбрали для своих темных делишек, так еще и беспорядок развели! Все поколения моих бабок наверняка ворочаются в гробу и злятся, видя такое, а я даже не могу ни на что повлиять! Не звонить же Хьюго с просьбой навести порядок у меня дома, когда у нас под боком, возможно, бегает монстр?

В самом конце лестницы тоже была дверь с массивным навесным замком. Он выглядел куда новее и лучше всего остального, значит, принесли и повесили его совсем недавно. Это стало последней каплей: я напитала руку магией, оттолкнула Гаса и сорвала замок вместе с цепью. Он упал на пол, все еще тлея сиреневым огнем.

— Могли бы и ключ поискать, — заметил Гаспар.

Я не стала возражать, первой потянула дверь и зашла внутрь бывшего винного погреба. Какой-то безымянный житель Черного Ручья давным-давно хранил здесь бочки и не думал о том, что скоро его дом захватят ведьмы, очистят помещение и будут проводить здесь свои ритуалы.

От которых остались сотни оплавленных свечей, пучки каких-то трав, огромный очаг, со стоявшим в нем котлом и полки с зельями. Точнее – с подкрашенной водой. Инквизиции моя семья не боялась, но вот придурков, тянущих ко всему руки – очень даже.

Помню толпу фигур в масках и черных балахонах, приходивших сюда ради магии Мункаслов. Некоторые из них были ведьмами, другие – обычными женщинами, такими тусклыми на другом уровне зрения. Зато у них водились деньги, а мои родственницы никогда не отказывались поправить свое благосостояние за чужой счет. Часто в обмен на не самые благородные услуги вроде проклятий или приворотов. Иногда они все же помогали с неизлечимыми болезными или, напротив, снимали чьи-то злые чары, но это капля в море. Наша магия не для добра.

— Интерьер тут интересный, — Гаспар поднял с пола череп и теперь крутил его в руках. Глазницы слабо светились сиреневым, тоже впитав в себя толику моей магии.

— Эй, аккуратнее с моей бабулей! – рявкнула я и отобрала череп себе. Когда же этот умник отучится хватать все, что плохо лежит? То яблоко, то кости, как дите малое, честно слово!

— Значит, ведьм все-таки хоронят не в свинцовых гробах под бетонным саркофагом? Хочешь, исправим это? Сделаем в лучшем виде, твоя пра-пра будет довольна.

Я закатила глаза и вернула череп на место.

— Это какой-то безымянный бедолага, которого выкопали за бутылку дешевого пойла. Бабки были те еще затейницы. Сами-то, конечно, лежат на фамильном кладбище под заговоренными плитами. Не трогай здесь ничего без моего разрешения, понял?

Гаспар кивнул, но продолжил оглядываться по сторонам.

Узоры и здесь украшали стены, но света от них было немного. Но и его хватало, чтобы видеть горы мусора и пыли, которые скопились здесь за время без Мункаслов. Упаковки от продуктов, какие-то камни, тьма записок, которые запихивали в щели между камнями кладки. Я ради интереса вытащила одну и развернула. Там неизвестная мне девушка просила великих ведьм помочь ей завоевать любовь некого Криса Т., наивная.

Я громко фыркнула, затем обернулась и заметила Гаса, держащего в руках помятый бумажный мешок.

— Серьезно? Попросила же ничего не трогать!

— Зачем кому-то нести сюда мешок из-под цемента? – задумчиво проговорил он, затем вышел в центр зала и повел ногой по полу. – Здесь метлы нет?

— Если ты не знал, летающие ведьмы – миф, на это мало у кого хватит сил.

— Следящие за порядком тоже? Здесь бы подмести.

Он подозвал меня ближе, затем снова поскреб пол ботинком, освобождая его от слоя сероватой пыли. Под ней скрывались линии пентаграммы, сейчас неактивной, но