Мастер на все руки - Онор Рэй

Артур закатил глаза. Кому придет в голову стащить нож из кухонной палатки? Это собственность деревни, к тому же все ножи невероятно тупые. Шинковка – самая противная работа на кухне.

Но теперь его охватило предвкушение.

Он поставил на стол ведро с очищенной морковью и взялся за дело.

После нескольких морковок пришло новое сообщение.

Получен новый навык:

Обращение с ножом (класс «Кулинария»)

В силу бонусных характеристик карты вы автоматически начинаете освоение этого навыка с уровня 3.

Артур расплылся в ухмылке и поспешно вытащил из ведра новую морковку.

И вот опять… казалось, что раньше он шинковал морковь неправильно. Артур сменил хватку – подогнул кончики пальцев, чтобы они не попадали под тупое лезвие.

В том, как двигается нож, тоже чувствовалась едва уловимая ошибка. Он всегда резал сверху вниз, будто рубил топором по упрямой деревяшке, а теперь понял, что, когда давишь, нужно слегка перекатывать нож в руке.

Теперь поддалась даже старая резиновая морковка. В итоге получился кусочек с ровным срезом, а не измочаленный, как раньше.

«Вот как».

Артур снова и снова повторял движения, постепенно наращивая темп по мере того, как крепла его уверенность.

– Отличная кучка, Артур.

Он удивленно поднял взгляд: Юма приковыляла к нему на деревянных протезах и с довольной улыбкой разглядывала аккуратную золотистую кучку моркови. Все кусочки, кроме самых первых, были почти одинаковыми по размеру и форме.

– Да-да, весьма недурно, – пробормотала Юма.

Артур в жизни не слышал от нее даже одобрительного ворчания. Ему было приятно… но и немного тревожно. За хорошо выполненную работу на тебя вполне могли взвалить еще больше дел. Этот урок взрослые с малых лет вбивали в головы детям, чтобы подготовить их к тому времени, когда они сами окажутся под бдительным оком барона.

Знать готова драть с человека три шкуры, пока тот не упадет замертво, ведь наказывать их за это никто не станет, и плевать на оставшихся без кормильца вдову и детей.

Юма мельком глянула на Артура и фыркнула, будто прочитав его мысли.

– Здесь тебе больше делать нечего. Высыпь морковь в кастрюлю, а очистки – вон туда в бульон. И беги на поле. Скорее всего, будем работать до утренней зари.

Артур кивнул и со всех ног бросился прочь из палатки.

Оказавшись вне поля зрения Юмы, он расплылся в изумленной улыбке.

Шинковка моркови – мелочь. Ему не терпелось узнать, какими еще навыками может одарить карта.

Эта мысль обожгла стыдом. Карта ему не принадлежит, нельзя ее использовать и изучать. Он собирался отдать ее отцу.

Сохранятся ли полученные навыки? Или он утратит их, как только вытащит карту из сердечной колоды?

– Артур! – раздался чей-то голос.

Он поднял глаза: один из мужчин махал ему на краю поля.

Хватит витать в облаках. Его ждет работа.

Глава 4

Когда обещанная похлебка сварилась, перекусить Артуру удалось лишь на ходу, в перерывах между тем, как он разливал ее по мискам взрослых работников.

Заходящее солнце не принесло передышки. Люди барона, которые большую часть времени лениво слонялись возле телег с драконьим навозом, раздали факелы. Их нужно было воткнуть в землю и поджечь.

Света едва хватало.

Спустя некоторое время взрослые послабее стали жаловаться на усталость, и им на замену отправили стариков.

Раньше через пару часов после полуночи Артур всегда оказывался на грани обморока. Пока он был маленьким, ему разрешали вздремнуть под телегами вместе с остальными детьми. Теперь же нужно терпеть, пока он не свалится с ног. Такое уже случалось.

Однако на этот раз ему казалось, будто внутри открылся неистощимый источник энергии. Усталость все равно чувствовалась, и ему хватало ума не проявлять рвение перед людьми барона, но сил вполне хватало, чтобы и дальше трудиться с хмурым видом.

Остатки драконьего навоза из последней телеги выгребли только на рассвете.

Взрослые устало ликовали. Юма и кухонные работники подали на завтрак густую наваристую овсянку. Это придало всем сил, чтобы удобрить оставшуюся землю.

Серая омертвевшая почва превратилась в бурую и плодородную. Вскоре в ней пустят корни семена, которые принесет ветром. На несколько сезонов поле останется под паром, а потом его засеят.

Еще один клочок земли возвращен королевству.

Отец отыскал Артура, как раз когда тот доедал овсянку. Оба были по уши в грязи, и морщины на лице отца казались глубже, чем обычно. Зато глаза сияли.

– Видел, как ты трудился всю ночь. – Он похлопал сына по плечу. – Молодец.

Артур ответил довольной улыбкой.

– Наверное, я повзрослел.

По дороге домой дыхание на утреннем морозце превращалось в пар, но Артур чувствовал себя вполне нормально. Раньше в своей изношенной одежде он бы трясся от холода.

Должно быть, магия карты греет его изнутри.

Владельцы карт были крепче и здоровее тех, кто карт не имел.

Как же он будет скучать по силе карты, когда отдаст ее отцу… Но ведь карты обычно передаются по наследству? Кроме отца, у него больше никого нет. Значит, однажды карта все равно к нему вернется. Это немного подняло Артуру настроение.

– Дом, милый дом, – сказал отец.

Артур поднял глаза и понял, что всю дорогу таращился на свои обшарпанные ботинки.

Впереди виднелась их хижина. Из трубы не поднималось ни струйки дыма. Огонь давно погас, и дом выстудился.

Стоило переступить порог, как Артура покинули последние силы. Пошатываясь, он добрался до своей койки в дальнем углу.

Они с отцом остались вдвоем под защитой стен, а значит, пора рассказать о драконе, карете и, самое главное, о карте. У Артура не было возможности поразмышлять об этом. Все время заняла работа.

Но он так устал и впервые за долгое время лег в постель, не дрожа от холода. Ничего страшного, если карта останется у него еще на несколько часов, просто чтобы он