Детский сад. Книга 12 - Ульяна Каршева

И прикусил губу. Марево на спортивном поле… Он воссоздал магическое марево в воображении, проанализировал его символы и примерил его формулы к дикой магии. Всё то же. Чуть более… упорядоченное, но — всё то же самое. Почему он не проверил марево, когда почуял, что вокруг него происходит нечто?..

Убедившись в этой идентичности, Коннор добавил последний символ в свою формулу… Слепота, к которой он привык, взорвалась ярким светом, едва появился проём в стене. Пришлось зажмуриться, переступая импровизированный порог.

Кто-то, мелькающий смутной тенью, в два прыжка преодолел расстояние между ними и цепко схватил за руку — с приглушённым воплем:

— Ты был прав! Жажда крови пропала!

Из-за той сильной хватки было мгновение испуга: а если Виридин наврал ему и сейчас хватает за руку, чтобы передать здешним вампирам? Но тот стоял и только судорожно переводил дыхание, видимо сообразив, что Коннору не сразу дался переход. Проморгавшись, мальчишка-некромант улыбнулся Виридину. Тот продолжал держаться за его руку и таращиться на стену. Ну, а пока он таращился, не в силах вымолвить ни слова, Коннор осмотрелся и буквально на половине движения сильно сморщился. Теперь стало ясно, почему после той странной, вычитанной Микой «процедуры» вампиры, обладающие весьма чувствительным обонянием, не могут пить кровь: в комнате стояла невыносимая вонь.

— Как ты это сделал? — прошептал парнишка-вампир, обратив наконец почтительный взгляд на Коннора.

— Виридин, — укоризненно сказал он. — Я слышал — у тебя проблемы с обучением магии, но не думал, что настолько! Ты не узнал заклинания «Открытая дверь»? Единственно, я подправил его, пустив в ход не обычную магию, а дикую.

— Вот как… — растерялся тот.

Пальцы Виридина на запястье Коннора медленно расслабились, а парнишка-вампир даже подошёл к стене, чтобы потрогать её там, где только что темнел непредусмотренный проём.

— Виридин, я видел, как тебя ударили. Тебе помочь с ушибами?

— Времени было достаточно, чтобы справиться с ними, — вздохнул парнишка-вампир и тут же с тревогой полюбопытствовал: — Коннор, что дальше?

— Дальше мы перейдём в мою комнату. Здесь как-то не очень комфортно теперь.

Виридин смущённо вздохнул, но свою котомку со спортивной формой взял в руки, показывая, что готов к махонькому путешествию.

— Запоминай, — сказал ему Коннор. — В моей комнате вообще нет света.

— Нас учили в храме, как видеть в такой тьме. Ну, что… Начинай.

— Что — начинать?

— Переход в твою комнату.

— Хм. Кто из нас старшекурсник-некромаг? — с насмешливым намёком спросил Коннор. — Почему бы тебе не проверить свои силы на этом заклинании?

Парнишка-вампир помолчал, а потом тихонько фыркнул. Скосился на Коннора.

— Из тебя, наверное, получится хороший учитель, — снисходительно проговорил он, что сразу напомнило: этот здоровяк старше мальчишки-некроманта лет так на пять-шесть. — Ты заставляешь выполнять задание, несмотря на экстремальную ситуацию.

«Болтун!» — недовольно вздохнул Коннор и, отвернувшись, чтобы парнишка-вампир не заметил, что он снова кривится от смрада, ответил:

— Учитель — одна из опасных профессий, так что — да, порой я прикидываю, не стать ли мне учителем в обычной школе.

— Опасная? — удивился Виридин. — Чем же? Стой у доски, проводи уроки. Разве что ученики попадутся шебутные — эту опасность ты имел в виду?

— Сначала выполни ритуал перехода! — смеясь и стараясь дышать поверхностно, напомнил Коннор. — А уже в той комнате, раз ты темноты не боишься, я расскажу, почему считаю профессию учителя опасной.

Заинтригованный будущим объяснением Коннора и собственной возможностью выполнить ритуал, который до сих пор, обучаясь, считал бесполезным, Виридин создал жестовую композицию и тут же перевёл её в знаковую формулу. И через секунды выдохнул. Получилось!

Покачав головой, парнишка-вампир переступил порог и исчез во мраке.

Коннор окинул испытующим взглядом светлое помещение, вновь нечаянно вдохнув вонь из угла, где Виридин вылил кровь и нейтрализовал её. И быстро перескочил через порог, который начал колебаться перед исчезновением.

Насколько понял Коннор, характер у Виридина оказался несколько необычным: на неожиданности он реагировал так, словно в него вселялась впечатлительная волчишка. Очень уж эмоционально. Но, стоило парнишке-вампиру дать время успокоиться, он вел себя, будто насторожённый Хельми.

Вот и сейчас… Коннор встал рядом с ним. Расслышал тихое сопение. А затем раздался негромкий голос:

— Нас похитили?

— Да, — чувствуя свою вину (это он предложил прихватить с собой старшекурсника-некромага!), отозвался Коннор.

— Странно. Тогда почему они обращаются со мной… так? Мой отец, конечно, богат, но… — Виридин помолчал, сопнул. — Коннор, я вспомнил. Они ведь именно тебе предложили ехать к ним.

— Вспомнил правильно, — вздохнул мальчишка-некромант. — Тебя похитили из-за меня. Но я и правда не думал, что всё так обернётся. Я думал, они серьёзно хотели, чтобы я тренировал их команду, научил их пейнтболу. Я не знал, зачем им я.

«И Вальгарду, — подумалось. — Хотя с Вальгардом и сейчас неясно…»

— И что теперь делать? — Голос Виридина дрогнул. — Они хотят сделать из меня древнего вампира… Но я не хочу быть таким, как они…

— Попробуем сбежать, — мрачно сказал Коннор.

— Отсюда? Ты же видел, что это не дом для спорта, а настоящая тюрьма.

Они стояли близко друг к другу, глядя в невидимую стену следующей комнаты. Коннор слушал товарища по несчастью, отчётливо понимая, что из голоса Виридина уходят все эмоции. Он что — пессимист? Или из тех, кто в безнадёжном положении опускает руки? А безнадёжно ли их положение? Может, парнишке-вампиру просто надо показать, с чего начинать, чтобы выбраться из ситуации?

Поэтому Коннор не стал убеждать его, что всё хорошо, но спокойно сказал:

— Первый шаг к будущему побегу мы уже сделали. Перевели тебя из одной комнаты в другую. В следующие полчаса у нас будет ещё несколько шагов.

— Коннор, почему тебя похитили?

Он ждал этого вопроса и пришёл к согласию с собой, что должен отвечать искренне. Пусть и не во всех деталях. Но о главном сказать надо. Нынешнее положение Виридина, из-за которого Коннор до сих пор чувствовал себя виноватым, и его довольно добродушный характер этого заслуживают.

— Я библиотека, — ответил он. — Меня создали в войну — то есть впихнули в мои мозги и память содержание нескольких сотен магических книг. Иначе бы их уничтожили.

Поскольку Виридин молчал, но в его молчании враждебности не чувствовалось, Коннор коротко рассказал о том, что произошло с ним и его родителями в первый же день войны, а потом — о лаборатории, где, не спрашивая его, из раненого мальчишки сотворили библиотеку. И последнее — о жизни в военном пригороде.

— Это страшно — то, что могут сделать с беспомощным живым существом, — прошептал парнишка-вампир. — Но теперь я понимаю, почему ты так умён и терпелив. Ты обещал, что у нас впереди несколько шагов