Мишень для эгоиста - Лана Пиратова

Сейчас важнее нам договориться. Ради Анечки.

Папа Ани пропускает меня к себе в номер, заходит и закрывает дверь.

- Пить пока не предлагаю, - говорит он. – Надо решить сначала наш вопрос. Садись, - кивает на кресло. Сам садится напротив.

- А что решать? – я сажусь и прямо смотрю на него. – Я прилетел за Аней.

Никита Евгеньевич усмехается.

- Шустрый ты какой, Тигран Русланович. А если я против? – смотрит на меня исподлобья.

- Вы любите Аню, - отвечаю спокойно. – И вы хотите, чтобы она была счастлива.

- А с тобой она будет счастлива? – спрашивает прямо. Очень серьезно.

- Я для этого все сделаю, - говорю уверенно.

Он встает и идет к сумке. Достает оттуда бутылку виски.

- Нет, - произносит задумчиво, - тут все же надо выпить.

Берет стаканы и разливает. Один стакан подает мне.

- За знакомство?

- За Аню, - предлагаю я. Он усмехается.

Мы выпиваем. Я морщусь. Без закуски на голодный желудок. Но ничего.

- Слушай, - говорит папа Ани, - а с чего вдруг ты решил, что она нужна тебе? Не наигрался? Смотри. Чем дольше будешь играть с ней, тем больнее ей будет. А я… - брови хмурятся.

- Никита Евгеньевич, - перебиваю его, - ну не действуют ваши угрозы на меня. Впрочем, на Анечку, судя по ее приводам в полицию, тоже.

Он усмехается.

- Аня – девчонка еще. Как была с шилом в попе в детстве, так с ним и осталась. Пусть творит, что хочет. Но кто ее обидит! В рог сверну!

- Ну, хорошо, - улыбаюсь я. – Считайте, что я испугался и только из-за этого не брошу Аню. Вам легче от этого?

Смотрю ему в глаза.

- Понимаешь, Тигран. Давай по именам, хорошо?

Киваю.

- Так вот, Тигран. Я знаю, что такое любовь, и знаю, какую боль она может причинить. Я не хочу, чтобы Анюта страдала. Мне кажется, мы с ее мамой настрадались за наших дочерей.

Он задумывается и смотрит в пустой стакан. Как будто что-то вспоминает. Я тоже пока молчу.

- Никита Евгеньевич, - произношу, наконец.

- Никита, - поправляет он меня.

- Никита, - странно звучит, конечно, но ладно. Привыкну. – Я не смогу обидеть Анечку. Если бы хотел, то давно сделал бы это. Но не хочу. И не смогу. Она нужна мне. Не могу я без нее. Попробовал! Не могу!

- А что ты готов ей предложить? – вдруг спрашивает он. – Что? Кроме постели.

Я задумываюсь. Конечно, я и сам уже не раз задавал себе этот вопрос.

- Я с Аней хочу это обсудить, - отвечаю прямо. – Все-таки, она уже большая и этот вопрос касается нас.

Никита усмехается.

- Она – моя дочь и все, что касается ее, касается и меня.

- Позвольте нам самим разобраться в этом. Я не готов клясться в чем-то перед вами. Не вижу смысла. Могу лишь сказать, что никакие угрозы не заставят меня отступить. Мне нужна Аня. Примите вы это или нет.

Он молчит. Вижу, что думает.

- Я надеюсь, ты снял отдельный номер? – смотрит строго.

Это вызывает у меня улыбку.

- Я серьезно, - добавляет он. – Давай так, Тигран. Сколько ты знаешь Анюту?

- Достаточно.

- Но вы ведь и не встречались толком! Так?

- Допустим.

- Давай договоримся так. Вы попробуете узнать друг друга получше. Вне работы и… Для тебя же это тоже что-то новое? Так?

- Ну, допустим.

- Да что ты все заладил «допустим» да «допустим»! – злится он. Наливает нам еще виски.

- Узнайте друг друга. Может, тебе это и не надо? Тогда и Ане нечего голову морочить.

- Надо, - говорю жестко.

- Какой же ты сложный, - вздыхает. Поднимает стакан и выпивает. – В общем, так, - говорит, поморщившись. – Я хочу посмотреть на ваши отношения. Что у вас получится.

Усмехаюсь.

- Я серьезно, - гремит он. – Даю тебе зеленый свет. Но! – выставляет указательный палец.

- Я понял, - отвечаю с улыбкой. – Понял, что мне легче будет самому закопаться где-нибудь в лесу, чем ждать возмездия.

Папа Анечки громко смеется.

- Ладно, - машет рукой. – Так что с номером?

- У меня отдельный номер. Не переживайте. Но зайти-то я к Ане могу? Пожелать спокойной ночи? Успокоить ее?

Никита Евгеньевич смотрит на меня, вздыхает:

- Раньше я это делал, - опускает взгляд. – Выросла дочка, - молчит какое-то время. Как и я. – Ладно! Поздно уже. Мы же поняли друг друга?

Киваю.

- Я заказал билеты на нас с Аней. На завтра утро, - говорю ему. Он хмурится.

- Шустрый ты.

- Ей нечего тут делать. Тем более с этим гондоном.

- Это ты про кого? – приподнимает бровь.

- Про жениха, которого вы ей нашли, - отвечаю прямо. Он сжимает губы и отводит взгляд. – И на практику она доходит там, где начинала. У меня, то есть. Я не хочу, чтобы она встречалась с этим мудаком.

- Ну, ты все же полегче, Тигран. Он мой подчиненный.

- Я не хочу сейчас о нем говорить. Если Аня захочет, сама все расскажет вам. Так что так.

Встаю и протягиваю ему руку.

Он тоже встает, отвечает. Мы впервые пожимаем друг другу руки.

- Во сколько вылет? – спрашивает уже у двери.

- В восемь.

- Тогда спать надо ложиться. Ну, иди к Анюте. Только недолго. Я тоже потом зайду.

Ох, уж этот папа. Все еще пытается контролировать. Конечно, после меня зайти хочет, чтобы убедиться, что я ушел.

Нет. Пора. Пора, Тигран, забирать Анечку насовсем.

Я не успеваю постучать в дверь Аниного номера, как она тут же открывает ее. Словно тут и стояла у двери.

- Ты почему без спроса открываешь? – говорю строго, наступая на нее.

- Тигранчик! Ну что там? Расскажи! – бросается мне на шею.

- Нельзя без спроса открывать, Аня. Нельзя, - все еще наигранно строго произношу я и отстраняю ее от себя. – Воспитывать тебя еще и воспитывать.

- Как папа? – она как будто не слышит меня.

- Папа? А что папа? Нормальный мужик, - отвечаю, подхватывая ее на руки. Сажусь вместе с ней