Черноземье. Вторжение 2 - Иннокентий Белов

— Буду знать, за сколько можно подобное ранение излечить. Наверно, на конечность раза в три больше лечения потребуется. Крос, ты понял, куда теперь должен пристроить свой новый орган? Пока он снова не пострадал?

Приятель снова недовольно сопит, стараясь не спорить со мной, но и не соглашаясь окончательно все равно.

— Смотри, мне его вернуть в прежнее состояние никакого труда не составит. Будешь тогда всю жизнь ходить с привязанным к ноге глиняным горшком, — на полном серьезе обещаю я ему.

На следующий день к обеду пришел заказанный корабль и и мы начали непростую погрузку арб, повозок и лошадей.

В порту через полтора дня плавания нас с раннего утра вообще не ждут, поэтому не случается никакой организованной встречи. Подбежавший мытарь окружен моим людьми и поэтому никто не видит, как доверенные охранники уносят ко мне домой мешки с украшениями.

Три тысячи укрытого золота так просто не унесешь, но они спрятаны на дне повозки Трона в заранее приготовленном хитром тайнике.

«Ну, Капитану моего уровня вообще не положено подвергаться досмотру и обыску. Сколько скажу, столько и задекларирует мытня. Так что предосторожность с охранниками и тайником — больше на всякий случай!» — понимаю я.

Сам быстро покидаю порт, чтобы догнать своих людей и вместе с ними зайти в дом. Мешки отправляются в полуподвал под магическую защиту, парни получают премию и обещание решить их жилищные проблемы при дальнейшем молчании. Вскоре приезжает в окружении охранников Трон, заезжает на внутренний двор, где лично я сам достаю мешки с золотом и складываю в том же полуподвале. Еще оставляю там же с пяток полностью заряженных магических камней при одном башенном скоше.

Дальше обнимаю и целую проснувшуюся от шума, заметно соскучившуюся Гриту с уже заметным животом, ей скоро рожать. Как и ее новой закадычной подруге, уже полностью выкачавшей ману из последнего магического камня, который я поменял в женской уборной прямо перед выездом.

«Ничего, теперь я привез еще четыре камня, более солидных по своему объему и один башенный скош! Теперь на них Клея точно до второй ступени прокачается», — надеюсь я.

Так что переливаю немного маны в уже опустевший скош из Палантира и заполняю его полностью, сегодня-завтра Клея его уже заберет и у нас наладится постоянная связь между собой в любой момент. Между нашими домами всего сотня метров, но вот так просто встречаться нам не слишком просто и не всегда возможно. Поэтому скоши в укромных местах здорово упростят общение с моей теперь верной помощницей.

Передаю Грите в руки заметно возмужавших и сильно загорелых на Севере молодого Ольга и вместе с ним такого же молодого Крома.

— Милая, я ухожу помыться! Присмотри за парнями, и сама отведи сына к подруге! — даю возможность Грите дойти до Клеи. — У парней пока отпуск две осьмицы после опасного похода, потом они снова вернутся в казарму!

— Как снова? Да когда же это закончится? — начинает возмущаться моя милая, как до нее доходит, что поход назван опасным.

— Никогда уже, милая, парням положено взрослеть и становиться сильными мужчинами! — совсем не успокаиваю я подругу.

Потрясенная моими словами Грита тут же начинает выпытывать у мальчишек, что же такого опасного было в нашем походе.

«Думаю, мой сын и сын Клеи как следует расскажут матерям про так и не появившегося из подвала каменного тролля. Которого они сами ждали с замиранием сердец. И про погибшего на выходе молодого гильдейца», — улыбаюсь я.

Да, поход был опасный, ведь кто-то погиб, точно не легкая прогулка между Башнями.

Потом спешу в любимый хамам, где парюсь и отмокаю, выслушивая управляющего хамамом.

— В том хамаме выложили полностью подвал, сделали два места для купания, как вы и сказали, теперь занимаются первым этажом, — докладывает он мне. — Второй пока класть не собираемся, раз вы сказали новый буфет не запускать.

Я, конечно, не стал делать настоящий бассейн и выкладывать его дорогим голубым камнем в изначально более дешевом месте. Хватит там пары купален для полного погружения в воду распаренными клиентами, просто таких колодцев метр на метр и с деревянной лестницей в них из ели-сосны. Даже не стал париться с проточной водой, что довольно сложно устроить при существующем уровне строительства и требует повышенных расходов.

— Дешевое место таким выглядеть и должно на самом деле, чтобы народ мог сравнить и сам решить, где ему париться и предаваться банным радостям. В нашем дорогом хамаме за восемь данов или в дешевом всего-то за четыре серебрушки! — так и говорю управляющему. — И на второй буфет нет смысла заморачиваться, вкусно поесть и пива попить сюда придут легко, ведь цены у нас самые средние по всему Астору.

Вот тут меня и нашел заскочивший стремительно в хамам Драгер с ошеломительной, но давно ожидаемой мной новостью:

— Ольг, хорошо, что ты вернулся! Арестанты на дороге подняли мятеж и перебили много степняков! — громко сообщает он мне, пока я охлаждаюсь в бассейне.

— Прямо в Сторожке подняли? — поражаюсь я — Все сразу восстали? Против нечеловеческих условий труда?

— Нет, одна из бригад только! — немного успокаивает меня Драгер. — Перебили половину охраны и разбежались по лесам!

Половина — примерно десять степняков из общего количества в двадцать свирепых всадников при каждой бригаде в полсотни арестантов.

— Это ладно, не так страшно! Когда вообще бунт случился?

— Да вчера днем внезапно степняки прискакали к Речным воротам, сообщили стражникам и попросили помощи. Я уже отправил четыре осьмицы своих людей, чтобы они перекрыли беглецам путь в город, — докладывает приятель.

— Правильно сделал! Бежать им больше некуда ведь, только в нашу сторону! Для Астора тоже получается такой экзамен перед степной ордой! От нашего участия будет многое в будущем зависеть! Завтра вместе пойдем! Все Гильдия и часть Гвардии отправятся бунтарей искать!

Понятно, что деваться особо беглецам некуда, только перебраться через реку, чтобы по хуторам затаиться, надеясь, что там их пожалеют и на страшную казнь выдавать не станут ордынцам.

— Казнь их и правда, очень страшная ждет, поэтому работать они уже не смогут, так что лучше их самих прибить и тела степнякам выдать, — негромко говорю я одному Драгеру. — Чисто из человеческого сострадания.

Глава 20

Потом я выбрался из хамама, теперь сижу и перекусываю в буфете, куда постепенно подтянулись все мои главные охранники с докладами. Для того и оставлены в Асторе, чтобы присматривать за предприятиями и