Пустой. Книга 1 - Артемий Скабер

Давление было, но не такое, как тогда у ворот. Ощутимо, но терпимо. Зерно сжалось и держало форму. Приходилось заставлять себя дышать ровно. Давить в себе панику и мысли, что тут же возникали.

Захотелось сделать шаг назад. Не из страха, а из расчёта. Сделаю ошибку и никто не найдёт даже кости. Прямо ощутил эту внутреннюю борьбу. Безопасность, инстинкты с одной стороны и риск и желание продвигаться вперёд с другой. Выбрать одну — значит лишь себя либо безопасность, либо возвышение. Нужна середина, обдумал свои действия и взвесил всё ещё раз.

Я сделал шаг вперёд. На ладонь ближе к тени. Давление тут же утяжелило воздух. Ещё чуть-чуть. Зерно дёрнулось, попробовало сжаться в точку. На мгновение показалось, что оно сейчас «исчезнет» так же, как было с Виргом. Но я удержал, позволил силе зверя давить на меня. Не сопротивлялся.

Простоял где-то пятьсот пульсаций. Хотелось найти грань, за которой у меня не получится. Сделать отметку и потом проверить ещё раз, но нужно успеть ещё и травы собрать.

Встал, огляделся. К логову глубже я сегодня не пойду. Мне нужна кромка между вторыми и дальними руинами. Плиты там лежат криво, и вода там не уходит, под ними всегда сырость. В этом месте мы останавливались с Руном.

Развернулся и направился к границе между дальними руинами и вторыми — охотничьими. Наткнулся на первый влажный участок. Расщелина между двух плит, земля под ними глубокая, и сырость идёт снизу. Камни у основания холодные, мох чёрный.

Траву нашёл быстро. И её было… много, и она разная. Брать всю? Нет, три вида, не больше, иначе потом не пойму, какая мне нужна.

Нюхал каждый стебель отдельно. Влага, земля, гниль — мимо. Первый кандидат нашёлся у основания камня: тёмный узкий лист, длиной в мой палец, плотный край. Сломал краешек. Сок вышел тёмный, почти чёрный. Понюхал. Металлический, слабый. Прижал кончик языка к срезу. Горьковато. Жжения нет. Может, не то, но взять стоит.

Завернул в первую тряпку.

Перешёл дальше, где стена наклонилась и задержала воду. Камень мокрый, трещина затянута зелёным. Там торчал стебель: толстый, листья плотные. Понюхал. Металл, отчётливо и сразу в нос. Попробовал кончиком языка осторожно. Горьковато, потом жжение несколько мгновений. Сплюнул, подождал. Жжение ушло. Никакого онемения.

Второй вид убрал в рюкзак.

Третий нашёл не там, где ожидал. Перелезал через плиту и увидел. Мелкие листья жались к камню в полутени. Камень под ними ледяной, почувствовал сразу, едва тронул ладонью. Понюхал — железо, но иначе, чем у первых двух. Прижал кончик листа к языку.

Жгло сразу и по всему языку. Сплюнул. Потёр рукавом. Подождал. Жжение уходило дольше. Мелкий лист у ледяного камня. Жжёт сильнее всего. Запомнил.

Завернул каждый вид отдельно. Убрал в разные углы мешка. Перемешать нельзя, тогда не узнаю, что дало результат.

Поднялся. Потянул ремень и посмотрел на небо. Два солнца стояли низко. Я занимался дольше, чем думал. Стал собираться быстро. Зашнуровал мешок. Проверил нож. Взял копьё. Повернулся к тропе.

Замер. Давление ударило резко. Не нарастало, а просто вдруг стало сильным, как у ворот в ту ночь. За грядой натянулась нить. Она легла поперёк тропы, как черта. Камень у её края дрогнул и сдвинулся на палец. Я даже не понял, откуда она пришла. Просто появилась и натянулась.

Зерно сжалось мгновенно. Голова закружилась, словно за неё схватился Лом. Мысли снова заскакали, и ни на чём не сосредоточиться. Паук вышел? Но почему так рано?

Перехватил копьё. Что делать? Побегу — услышит. Камни отдадут дрожь прямо в его лапы. Снова привести его к деревне? Новый круг голода я не выдержу. Затаиться на ночь здесь? А если он чует пустых, пусть и бывших?

Харек! Его слова о другой деревне. Повернул голову, нашёл взглядом нужную тропу. Идти к тем, кто «нас не любит», с оружием и мешком? А если убьют? Чужие люди. Ночь. Неизвестность.

Нить натянулась снова. Ближе. Ещё и звон какой-то странный пошёл. Ещё одна нить, уже совсем близко. Давление выросло. Нужно было выбирать прямо сейчас.

Глава 17

Бросился влево и побежал. Не к своей деревне, а в сторону чужой, туда, куда указывал Харек. Давление ударило в спину сразу. Паук среагировал. Зерно сжалось так, что грудь почти не расширялась. Я не останавливался. Считал шаги. Дышал коротко, через нос.

Тропа петляла между камнями. Я двигался по ней, не думая. Просто читал землю. Шаг туда, где камень светлее. Обход там, где земля темнее. Думал только о том, как не споткнуться.

Давление не уходило. Значит, идёт следом. Выбросил мысль и ускорился. Мешок бил по спине. Лук тянул левое плечо. Копьё перехватил вертикально, чтобы не цеплялось за камни.

Бежал долго. Когда тропа вышла к открытому полю, я увидел частокол. Остановился, согнулся, упёрся рукой в колено.

Деревня стояла там, куда сказал Харек. Стены крепче, чем у нас. Ворота ещё были не заперты наглухо. За частоколом торчали острые жерди поверху. Увидел, как рядом прохаживался стражник.

Темнело. Давление снова кольнуло в грудь. Зверь не отставал, нужно бежать дальше. Мое оружие… не думал, что оно когда-то станет проблемой. Одно дело — молодой парень, и другое, когда у него копье, лук и нож. Нужно найти место.

Выпрямился. Огляделся. Справа от ворот, в паре десятков шагов, было несколько крупных камней, упавших с разрушенной кладки давно, даже мох нарос. Услышал стрекот и тут же рванул.

Давление ударило в спину так, что перехватило дыхание. Тварь была близко. На ходу попытался стянуть лук и колчан, но пальцы дрожали, ремень зацепился за ворот рубахи. Рванул с силой, едва не порвав ткань. Подбежал к камням. Мешок непослушно слетел с плеча и рухнул между расщелинами, следом полетело остальное. Давление жгло лопатки, волоски на руках встали дыбом. Нож с пояса снимал уже почти на ощупь. Покрутил в руках, сглатывая вязкую слюну. В голове билась мысль.

Идти во враждебное место с пустыми руками? А если обыщут. Чужак с оружием и чужак без него — разные люди. Первого можно убить у ворот и не ошибиться. Второго сначала спросят.

Сунул нож под мешок и вдавил его в грунт. Присыпал края землёй и ворохом сухих листьев и побежал.

Закричал ещё на ходу. Воздух царапал горло,