Хранительница историй - Салли Пейдж

– Да, я читал, что некоторые компании даже писали в своих корпоративных брошюрах о газовых камерах, которые спроектировали, – замечает Юэн.

– Уму непостижимо, – качает головой Дженис. – Ну так вот, мать той женщины была уверена: приедут инженеры, и ей конец. Но наутро в лагерь пришли американцы. И эта девушка стала женой одного из солдат, который их освобождал. Шелк для ее свадебного платья вырезали из его парашюта.

– Потрясающая история, – произносит Юэн.

– А у вас в автобусе бывают трудные пассажиры? Некоторые ведь, наверное, кричат на вас, хамят, обзывают? – вдруг стало любопытно Дженис.

Юэн с усмешкой отвечает:

– Ясное дело. Я же водитель автобуса. Для некоторых мы легкая мишень, особенно для пьяных.

Дженис его понимает: она сама бывала в таких ситуациях.

– И что вы делаете, когда к вам привязываются?

– Слушаю тихие голоса.

Дженис останавливается и удивленно смотрит на него:

– В каком смысле?

– Я уже давно понял: слушая тех немногих, кто на меня орет, я придаю их воплям незаслуженную важность. Их слова западут мне в голову, выведут меня из равновесия, и, даже когда крики стихнут, я по-прежнему буду слышать их у себя в голове. Вот почему вместо них я прислушиваюсь к тихим голосам. А большинство людей разговаривают негромко. Это голос учительницы, которая провела идеальный урок, хотя об этом никто и не узнал. Голоса детей, которые едят козявки. Голос художника, который отдал знакомому свою шляпу. Или голос женщины-викария, которая хочет, чтобы люди хотя бы изредка спрашивали, как дела у нее. Тихие люди – это те, кому на самом деле есть что сказать.

Дженис полностью с ним согласна.

Позже они решают сходить в кафе, где в первый раз были вместе, и выпить чая. Дженис надеется, что от внутренних подростков они наконец избавились, и представляет, как незадачливая парочка до сих пор бродит по полю, где они гуляли с Адамом, и бубнит: «Чем займемся?» – «Не знаю. Чем хочешь». – «И я не знаю. Предлагай ты». Дженис ни чуточки не скучает по этим двоим.

За чаем с пирожными Дженис и Юэн успевают охватить множество тем. И вот что удается выяснить.

Любимая кухня: Дженис – мексиканская. Юэна – тайская.

Если выиграют в лотерею: Дженис – купит домик у реки, бросит работу, съездит в Канаду и Танзанию. Юэн – крупный приз ему не нужен, пятисот пятидесяти тысяч фунтов более чем достаточно, сразу он их тратить не будет, сначала подумает.

Но Дженис посчитала такой ответ скучным и уговорила Юэна купить на воображаемый выигрыш новый велосипед.

Музыка и танцы (Дженис объединила эти две темы, надеясь, что Юэн любит танцевать): Дженис – нравится все, подо что можно подвигаться. Юэн – музыкальные вкусы эклектичные. Ему, конечно, боязно признаваться, но он любит народную музыку. Дженис отвечает, что для учителя географии это нормально. И тут Юэн предъявляет свой главный козырь. Попросив Дженис не смеяться, он признается, что всегда мечтал научиться бальным танцам, особенно танго.

И снова Дженис так и тянет перегнуться через стол и поцеловать его. Теперь ей кажется, что рано или поздно дело у них дойдет и до этого. А суждено ли им вместе станцевать танго, она подумает потом.

Занятая своими мыслями, Дженис глядит в окно и вдруг замечает мужа. Он одет в нарядный темно-синий пиджак c эмблемой на кармане. Брюки на нем не лучшие, а те, что на втором месте по качеству, и отглажены они плохо. В правой руке Майк держит сложенный зонтик, который он вдруг вскидывает высоко над головой. По этому сигналу идущая за ним группа резко останавливается. Майк поворачивается к ним лицом и начинает что-то говорить. Слов Дженис не может разобрать, но группа, в основном состоящая из людей средних лет и стариков, явно слушает рассказ с интересом, к тому же все улыбаются. Похоже, что к тысяче профессий Майка прибавилась новая – экскурсовод. Дженис искренне считает, что на этом поприще его ждет успех: при первой встрече Майк производит приятное впечатление, да и город он знает хорошо. А за час экскурсии Майк вряд ли кому-то надоест. Но Дженис упустила из виду работодателей. Долго ли Майк продержится, прежде чем заявит, что они составили неправильные маршруты? А потом в голову приходит еще более тревожная мысль: а что, если он уже предлагает туристам набор универсальных электрических щеток в красивой водонепроницаемой сумочке?

Из задумчивости ее выводит вопрос Юэна:

– О чем размышляете? Вы явно витаете где-то далеко.

– Это не моя проблема.

– Вы о чем?

Понимая, что удачного момента для такого признания она в любом случае не найдет, Дженис указывает на окно:

– Вон там мой муж. Но я с радостью объявляю, что отныне он не моя проблема.

– Мужчина в блейзере?

– Он самый.

– Значит, он гид?

– Пока – да. – Но развивать эту тему Дженис не хочет и направляет разговор в другое русло: – Вы обещали рассказать еще одну свою историю.

Хмурясь, Юэн несколько раз бросает взгляд на Майка: тот решительным шагом входит в ворота Королевского колледжа, держа над головой зонт.

– Обещал, – каким-то неуверенным тоном подтверждает Юэн.

– Так расскажете? – подталкивает его Дженис.

Юэн снова поворачивается к ней и едва заметно качает головой:

– Моя история… – Он отпивает глоток из чашки с чаем и начинает сначала. – История номер два о том, почему я не женат. Романы с женщинами у меня были, и немало. – Юэн смотрит на Дженис так, будто хочет ее успокоить. – Но дело в том, что после отношений со мной в девяти случаях из десяти моя возлюбленная или выходит замуж за следующего мужчину, которого встретит, или возвращается к своему бывшему и становится его женой. Причем все, похоже, довольны и счастливы.

Юэн бросает взгляд на ворота, за которыми только что скрылся Майк.

Дженис так и тянет заверить водителя автобуса, что ее муж ему не соперник, но она не хочет вдаваться в долгие объяснения. Да и вообще, ее гораздо больше интересует история Юэна.

– Как же так получается?

– Сначала я этого не замечал. Но с годами мои бывшие, со многими из которых я до сих пор по-дружески общаюсь…

А-а-а, так вот каких женщин Юэн приглашает на чай. Дженис невольно радуется, ведь он сказал, что все они счастливы в браке.

– Так вот, мои бывшие говорили – только не подумайте, будто я занимаюсь саморекламой! – что во время наших отношений я их очень внимательно слушал.