Магический приказ. Мечник - Дмитрий Валентинович Евдокимов

— Состыковать или сам разберешься? — Нуро Аредис шагнул вперед, протягивая на раскрытой ладони плоский бронзовый кругляш около пяти сантиметров в диаметре.

— Обижаете, профессор!

Это с заклинаниями я не совсем в ладах, потому как много слов непонятных заучивать нужно, а с магическими потоками у меня все в порядке.

Прежде чем снова исчезнуть за дверью, я успел скорчить неопределенную рожицу Висте в ответ на ее немой вопрос. Похвастать пока было нечем, так что лучше продержать ее еще немного в неведении, чем тратить время на пересказ незавершенного дела. Честно говоря, всегда не любил это делать и даже считал своеобразным запретным «пунктиком» для себя подробно рассказывать о планах. Когда сделаю дело — пожалуйста, а когда я еще в процессе — извольте подождать. Так и мне спокойнее, и люди не будут питать излишних надежд.

Медные пластины дальней связи меня не то чтобы разочаровали, но изрядно озадачили уж точно. Во-первых, тем, что их оказалось две: приемная и передающая. А во-вторых, громоздкой формой исполнения — обе имели сантиметров двадцати в длину и примерно десять в ширину. Мало того, что местные умельцы не додумались поместить «микрофон» и «динамик» на одну пластину, так еще и сделали ее максимально неудобной для держания во время разговора.

Нужно будет озадачиться заклинанием сварки металлов или склеивания, хотя… проще сделать что-то новое, чем переделывать это «чудо магической техники».

Не мудрствуя лукаво, я надвинул пластины друг на друга до половины, присоединил к ним заряженный накопитель и связал все вместе тонким сыромятным ремешком, приготовленным для обмотки рукояти меча. После чего, под испуганный вскрик фера Арриго, слегка согнул полученную конструкцию, придав ей отдаленное сходство с телефонной трубкой, и протянул феру Томасу.

— Можете активировать. В накопителе магического заряда раз в десять больше, чем в вашем штатном.

— С вашего позволения, я воспользуюсь директорским кабинетом, — произнес старший экспедитор, удивленно разглядывая совмещенные в одну вещь амулеты. — Это что же, в одной руке держать можно?

— Если бы ваши маги сделали пластину менее широкой, точно было бы можно. А так — не очень удобно будет. Но это все же лучше, чем в одну пластину кричать, а в другую слушать.

Томас Дан скрылся за дверями директорского кабинета, и мы с его младшим коллегой остались в помещении одни. Честно говоря, я немного опасался этого момента. Не столько из-за неприятной манеры фера Арриго Креса общаться с окружающими, сколько из боязни вспылить в ответ и испортить дело. Однако тот на удивление вел себя очень спокойно и ничем не напоминал того агрессивного сотрудника Тайной стражи, что всего несколько минут назад пытался меня запугать. Может, зря я к нему отношусь с предубеждением? Похоже, ребята действительно играют классические роли «хорошего» и «плохого» полицейского.

— Томас на хорошем счету у шефа, по крайней мере, тот его выслушает, — миролюбиво заявил Крес, усаживаясь на тот самый стул, где только что сидел его товарищ. — Только не изменит это ничего. Не помню я такого случая, чтобы магистр Тулео изменил свое решение.

— А раньше были случаи, когда могущественные кланы арестовывали вот так, всем скопом?

— Тоже верно, — мгновение поразмыслив, легко согласился экспедитор, — не было раньше такого. Ладно, посмотрим, что из этого выйдет.

На несколько минут в занятой нами приемной повисла тишина. Как я ни пытался напрягать слух, но из-за толстых дверей директорского кабинета не доносилось ни звука. Что ж, придется подождать.

— Ты знаешь, что орки пытались наводить справки по поводу тебя? — неожиданно спросил фер Арриго.

— Откуда мне это знать?

— Имей в виду, что ближайшие пару лет в Золотом лесу тебе лучше не показываться. Крепко ты им досадил, все планы спутал.

— Да чего там, — смутился я, — мне просто повезло.

— Как говорят у нас в Радигоре: везет сильнейшим, — философски заметил экспедитор.

— У меня на родине есть еще пословица: везет тому, кто сам везет, — усмехнулся я.

— Тоже верно.

Тут нашу мирную беседу прервал скрип открывшейся двери. Фер Томас изо всех сил пытался сохранить непроницаемое лицо, но актер из него был никудышный, так что я сразу понял, что дело выгорело. Впрочем, не будем спешить, вдруг я выдаю желаемое за действительное.

— Девчонку Анлон давай сюда! — обратился он к своему коллеге.

А спустя четверть часа мы вчетвером, еще толком не осознав случившегося, вышли на школьное крыльцо. Толпа удивленно замерла, из чего можно было сделать вывод, что в успех дела здесь верили не особенно.

— Ну что? — тихо спросил Адальк.

— Один момент, — попросил я его повременить, намереваясь толкнуть подобающую случаю торжественную речь. И набрал уже было воздуха в легкие, но передумал. Время сейчас не для речей, а для эмоций. Речи будем говорить в «Гроте», куда всех желающих пригласил Гиверс. Потому лишь сказал с улыбкой отпрыску клана Кипящего Железа: — Ты попал на «Грот», дружище!

Несколько секунд Адальк непонимающе глядел на меня, смешно хлопая ресницами, потом сообразил, что к чему, и во всю свою луженую глотку гаркнул на всю площадь:

— Да! Наша взяла!!!

Вот тут началось форменное безумие. Народ вопил, визжал, смеялся, подбрасывал в воздух головные уборы. Казалось, радости учеников нет предела, и я даже стал опасаться, как бы не переборщили мы с этим делом — мало ли что подумают господа из Тайной стражи?

— Надо уходить! — улучив момент, проорал я в ухо Адальку.

— В субботу всех жду в «Гроте»! — перекрикивая толпу, провозгласил тот и потянул за руку Кайю.

Едва девушка оказалась на краю крыльца, как десятки рук подхватили ее, подняли над головами, да так и понесли в сторону общежитий.

— Ну вот видишь, Пайрус, — я хлопнул друга по плечу, когда мы, отстав от общей массы, остались у входа в школу втроем, — и не пришлось нападать на карету экспедиторов!

— Что⁈ — брови Висты Эртис удивленно взлетели кверху.

— Да-да, а ты, между прочим, мне постоянно в пример ставишь его благоразумие.

— Пайрус! Скажи, что это Тео придумал!

— Как бы не так! Я на все готов ради нее! — отстраненно глядя в сторону, ответил тот. — Только вот по факту все сделал Тео, а я просто стоял