Я – Орк #2 - Евгений Лисицин

Мы одновременно опустили глаза. Мда… не будь у нас столько срочных вопросов, я бы непременно согласился, причем можно и без душа. Потом бы помылись, удовлетворив животную страсть. Но нет, мы же, мать его, разумные. Сначала дела.

Дриада все же получила свое. Она решительно заявила, что ей тоже надо помыться и для экономии времени пойдем вместе. Тот факт, что в этом доме две ванные, она успешно проигнорировала. Первые минуты мы честно старательно скребли себя, смывая с себя сажу и грязь, но как только под черным слоем показалась кожа, девушка опустилась на колени, чтобы «помочь с труднодоступными местами». Не знаю, о чем она, доступ к моему достоинству она получила очень даже легко.

С экономией времени не вышло, зато я успокоился и начал мыслить трезво. Весьма пригодилось, когда мы, наскоро перекусив и переодевшись, загрузились машину и поехали в полицейский участок. Получивший свой бутерброд Генрих (гоблин все это время просидел внутри) возмущенно размахивал руками:

— Как можно быть столь легкомысленными? Зачем вы помылись? К чему этот костюм? Нужно было ехать сразу так, показать ущерб! Было бы проще склонить судью на нашу сторону!

— О чем речь? У нас есть доказательства, этого хватит.

— Иногда вы кажетесь мне прожженным жизнью стариком, но гораздо чаще наивным юношей. Вспомните, в каком мире мы живем! У князя такая свора адвокатов, что нас обоих могут сожрать и не подавиться! А еще они люди! Как и судья!

— Да уж… как говорится, я ненавижу две вещи — расизм и негров. — Древний анекдот вызвал неоднозначную реакцию. Мина хихикнула, Кира не поняла, Сати вообще обиделась. Я решил сменить тему: — Зачем мы тогда вообще едем в участок, если все бесполезно?

— Даже если вас сожрал демон, всегда есть два выхода. — Наставительный тон гоблина начинал раздражать. — В империи полно конкурирующих семей, у всех есть враги. Достаточно, чтобы наши интересы совпали с кем-то из крупных кланов, и делу дадут ход. У меня есть некоторые мысли, в первую очередь, нас поддержат орочья и гоблинская община, а если госпожа Мина…

Особо не слушал вошедшего в раж адвоката, сейчас не до большой политики, в которой я крохотная рыбешка. Законы работают, пусть и через пень колоду? Отлично! Это куда лучше феодальной вольницы.

Подляков ждал нас у входа в полицейский участок. Инспектор молча махнул рукой, мол, следуйте за мной, и отвел всех в свой кабинет. Было тесновато, но если верить мужчине, раньше здесь еще хранились бумаги из имперского архива и было буквально не продохнуть. Генриха посадили в кресло, мы с девушками разместились на скрипучем диване, Вороновский остался стоять, с тоской глядя в окно. Адреналин схлынул, и юноша осознал, в какой заднице он оказался.

— Да уж… наворотили вы дел, — вздохнул Подляков, залпом выпив остывший кофе. — Вот скажи мне, зачем вы поперлись к князю?

— А что мне еще оставалось делать? Там были преступники с моей собственностью, плюс они похитили графиню. — На этих словах инспектор страдальчески сморщился. — А дальше чистая самооборона.

— Вот, позвольте представить запись сражения от начала до конца. Охрана князя явно не разобралась с ситуацией и спровоцировала конфликт! — Гоблин развернул телефон к человеку, демонстрируя первые кадры. — Также я требую внести в протокол, что у нас имеется живой свидетель! Нам нужно немедленно допросить его с заклинанием правды…

— Князь очень удивился, узнав обо всей сложившейся ситуации, если верить его словам. — Подляков жестом попросил Генриха помолчать. — В данный момент он находится в Британской империи и просит арестовать вас до своего возвращения и завершения официального расследования.

Я молча скрестил руки, всем видом давая понять, что не собираюсь под замок.

— Мало нам проблем с демонами, так еще дворянская война на носу! — страдальчески вздохнул инспектор. — И это все с проверками из Петербурга!

— Ты так говоришь, будто это я все начал. Напомню, я здесь жертва.

— Это еще требуется доказать… не мне, как минимум судье. Делу точно будет дан ход. Нужны железобетонные доказательства и поручительство кого-то влиятельного…

— Первое ты найдешь в багажнике. Немедленно начни допрос. За вторым обратись к Максимилиану. Где он, кстати? И почему ты не отвечал на звонки?

— У нас здесь начальство рвет и мечет, готовим город к возможному прорыву и стараемся сделать все тихо. Максимилиана я давно не видел, вы разве не вместе?

Вроде говорит правду, по крайней мере, усталость точно настоящая. Вот исчезновение инквизитора перед ответственным моментом мне не нравилось.

— Как графиня я желаю поручиться за барона Чернышева. — Кажется, Сати впервые подала голос, с тех пор как мы вернулись в город.

— Госпожа… — Подляков странно поморщился при обращении к эльфийке. — При всем уважении, вы не можете…

— Еще как могу. Мой титул при мне, как и родовая печать.

— Но вы же бегали по подворотням и истязали преступников! Ваша репутация…

— Официальных обвинений нет. И с каких пор полицию волнуют бездоказательные слухи? — Она прищурила глаза и нависла над мужчиной. — Вы что же, хотите оскорбить мою дворянскую честь?

— Я… нет, что вы. Сейчас подготовлю бумагу. — Когда Генрих изъявил желание немедленно ознакомиться с документом, Подляков натурально застонал.

Бюрократия заняла у нас добрый час. Сначала оформляли поручительство Сатиэль Келсет за нас с Вороновским, затем состоялась передача пленника под камерами в присутствии начальника участка. Он смешно шевелил усами и так рьяно обещал, что с его головы и волоса не упадет, что я сразу решил доплатить Генриху за круглосуточное наблюдение за камерой. Из участка вышли уже под вечер, изрядно утомленные и в не самом лучшем расположении духа.

После короткого разговора без посвящения в детали Вороновский решил ехать с нами за стену. На мое предупреждение о большой опасности и риске буквально лишиться души махнул рукой и сказал, что все равно увяз, а так я ему хотя бы практику в академии зачтут.

— Если что звони, у меня пока другие дела. — С каждой минутой моя интуиция напрягалась все больше, думаю, ощущала приближение Велиала.

Попрощавшись с гоблином, я вновь устроился на заднем сиденье и прислонился к двери, попросив себя не беспокоить. Сати прикорнула в другом углу, Мина ехала спереди, пока Кира осторожно гладила меня по ноге. Вороновский уверенно вез нас в указанном направлении. Я даже успел заметить, как мы беспрепятственно