Психикон - Валерий Муллагалеев

– Светоч Истины!

– Меч Вечного хранителя Дерека!

– Завет первого рыцаря!

– Легенда!..

Выслушав благоговейные восклицания и перечисление каноничных эпитетов, я подождал, пока понимание дойдет до каждого, начал речь:

– Никому не дано было войти в Кроткую пещеру сотни лет, никто не был достоин меча хранителя Дерека. Провидение иронично. Достойным оказался я – изгнанный из ордена рыцарь, обвиненный в самых тяжких грехах и преступлениях. Может, я не такой уж и плохой? Вряд ли. Но, видать, я лучше всех вас! А почему? Потому что вы сражаетесь друг с другом, а это худшее вероломство для рыцаря. Вы потеряли истину. В этом конфликте каждый – заведомо проигравший уже потому, что участник. Но пришло время все изменить. Не обновить орден, не провести реформу, не решить, кто из вас прав, не вернуться к истокам, ничего из этого. Пришло время нового.

Не знаю, откуда пришли нужные слова. Просто начал – и понесло. Вроде так должны изъясняться всякого рода пророки, духовные вожди и мотивационные спикеры. Нюанс в том, что во время речи я и сам прослезился.

Я говорил еще долго, вспоминая разные положения рыцарского устава и призывая исполнить должное. Закончил я убойным аргументом, который вычитал в книжке о приключениях Бремера:

– Следуя священной рыцарской традиции, я вызываю на дуэль…

Я медленно повел взором по лицам рыцарей. Уже никто не направлял на меня оружие. Все слушали. Наконец, кто-то не выдержал и воскликнул:

– Кого?!

– Каждого, – ответил я. – Я вызываю на дуэль каждого из вас и всех рыцарей в этой долине, кто не согласен присоединиться ко мне в борьбе против проклятого Магистра и возродить Орден Совершенства. Кто?! Кто из вас решится скрестить свой меч с мечом Вечного хранителя Дерека и этим опозорить весь свой род, предав идеалы ордена?! А заодно бесславно погибнуть.

Высказавшись, я уже знал, как поступлю с принявшим вызов. Его удар я приму на плоскость клинка, а затем вскину меч в высокую позицию и серией горизонтальных ударов справа и слева, словно пропеллер, нарежу клинок противника на десять кусочков. Открыв рот, он уставится на обломок меча в своих руках, а зрители затаят дыхание. Я нанесу смертельный удар, но в киношном жесте остановлю клинок перед шеей врага и предложу ему сдаться. А он образумится. Или подло кинется на меня, а я его прикончу… А потом все остальные примут мои условия… А вдруг не примут?!

Мне пригрезилось, как рыцари встают в очередь длиной в тысячу человек. Извилистая колонна отборных воинов – хвост ее теряется за горизонтом. Я провожу дуэль за дуэлью, и вот уже солнце клонится к закату, тени рыцарей удлиняются на багровом фоне, и вся долина погружается во мрак. Я бьюсь при свете факелов, словно это не священная дуэль, а первобытный ритуал. Я забрызган кровью с головы до ног, а рыцари сменяют друг друга снова и снова, и вот уже рассветные лучи освещают долину. Рано или поздно я упаду, обессилев или поскользнувшись на росе. А если выстою и убью всех, то на кой мне такая победа?!

Все эти мысли пронеслись у меня в голове, когда я, тяжело дыша после длинной тирады, смотрел на собравшихся. Не важно, как сложится дуэль. Я был готов.

Раздался металлический лязг. На мгновение я подумал, что сейчас они нападут все разом, и тогда никакой меч меня не выручит. Но тут я увидел, что рыцари – и ординаторы и раскольники, все до одного – падают на одно колено и решительным жестом ставят перед собой оружие – кто шпагу, кто меч, кто кавалерийский карабин.

У меня пересохло в горле, а глаза заволокло пеленой. Я судорожно вздохнул и закусил губу, скользя взглядом по коленопреклоненным рыцарям. Это не игра. Можно сказать, что это и не реальность, но что может быть реальнее, чем мы сами? А я находился среди самых близких мне людей. Ближе не бывает.

Глава 18. Поединок

Вот она, настоящая сила меча Дерека!

Я наивно полагал, что его главное свойство – абсолютный урон, благодаря чему можно сразить любого противника и уничтожить любую вещь, однако это лишь грубая и прямолинейная сила. Самое большее, что можно с помощью нее сделать, – убить. Насколько великое это достижение? Кроме того, любое оружие можно выпустить из рук во время схватки или потерять, его могут украсть или отобрать, и тогда сила его станет служить другому.

Меч Дерека давал нечто иное – достаточно взглянуть на долину, заполненную верными рыцарями, чтобы понять это. Однако власть здесь тоже ни при чем. Я убедился в этом, когда объявил дуэль. Основа власти – прямая или опосредованная угроза насилием, однако рыцари, даже погрязшие в коррупции и роскоши ординаторы, присягнули мне отнюдь не из страха. Драться они любили, да и могли изрешетить меня ружейным залпом, если бы командир дал команду.

Но они пошли за мной добровольно.

Оброни я меч в бою – каждый из них вернет его мне. Никто из них не станет плести интриги, стремясь заполучить мою власть. Все рыцари последовали за владельцем меча Дерека с радостью, поскольку он оживил мечту и принес им смысл. С силой подобного рода не может сравниться даже ядерный взрыв.

Вместе с командирами и приорами отрядов мы переместились в лагерь ординаторов и в штабной палатке устроили совещание. Было слышно, как снаружи матерчатых