Записки следователя - Лев Романович Шейнин

Прошло несколько дней. За это время я тщательно знакомился с биографией Зои, условиями, в которых она выросла и воспитывалась. Читал ее дневник, несколько раз беседовал с нею, с Ивановой, с третьим членом шайки – Георгием Ленским. Картина все более прояснялась.

Зоя родилась в уездном городе Волковыске Виленской губернии. Вскоре после рождения Зои ее мать была брошена мужем – мелким чиновником. Очутившись в тяжелом положении, мать стремилась избавиться от дочери, определила ее в приют, заявив, что Зоя – подброшенный ребенок. Однако вскоре выяснилось, что это неправда, и Зою пришлось взять обратно. Два года они жили из милости у чужих людей, пока мать не вышла вторично замуж за Чернова. Потом началась война. Черновы оказались в области, занятой неприятельскими войсками, переходящей затем из рук в руки. Война, кровь, снаряды, вторжения войск, беженцы, постоянный страх, голод – вот первые детские впечатления Зои.

Зоя учится польскому языку, поступает в школу. Школьный ксендз уговаривает девочку принять католичество, водит ее в костел. В костеле полумрак, тишина, музыка органа. На ребенка действует эта торжественная и таинственная обстановка. А ксендз становится все настойчивее. Но мать Зои православная – она не хочет, чтобы дочь стала католичкой.

Дома частые скандалы, отчим сильно пьет. Напившись, он буйствует, иногда бьет мать, бросается на Зою.

В 1923 году семья Черновых переехала из Польши в СССР и обосновалась в Ленинграде, на Обводном канале. Зоя подросла, поступила в школу. Она хорошо учится, читает запоем. Но дома все та же безрадостная обстановка: отчим продолжает пить, иногда в пьяном виде пристает к спящей Зое, пытаясь развратить ее. Мать этого не замечает, ей не до того, у нее вечные заботы, нужда. Она очень постарела за эти годы, вся как-то высохла, у нее чуть дрожит нижняя челюсть; она забита, слаба, несчастна.

Зое 13 лет. Она начинает учиться хуже. У нее появляются новые интересы: вечеринки, косметика, наряды. Она зачитывается детективными и сексуальными романами, пытается казаться взрослой женщиной.

Вокруг нее организовался кружок школьных товарищей, у которых она пользуется своеобразным авторитетом. В этом кружке и ее одноклассник – Ленский.

Зоя любила кино. В темном, затихшем зале на экране происходили чудеса: благородные злодеи совершали чудовищные преступления, любили красивейших женщин, жили в роскошных замках, «творили» необыкновенную, великолепную жизнь… Мечтательная, нервная девочка, захлебываясь, впитывала в себя пошлятину импортных боевиков. В школе – скучные уроки, скучные педагоги, скучные стены. Дома тоже все буднично, пьяный отчим, забитая, безвольная мать.

1928 год. Настольные книги – «Турецкий султан», «Пещеры Лихтвеиса», «Антон Кречет». Зоя решает стать героиней. В ее дневниках, написанных в стиле романов Вербицкой, все чаще мелькает мысль об организации шайки.

В своих показаниях, написанных лично, Зоя рассказала:

«Мысль об организации шайки у меня возникла давно. Я была очень недовольна своей жизнью. Моя жизнь была однообразна, сера и скучна. Мне хотелось сильных ощуще¬ний, приключений и т. п. Тут же явилась мысль, что, прежде чем организовать шайку, нужно найти подходящих людей…»

Она находит «подходящих людей» в лице своих подруг Жуковой и Ивановой и одноклассника Ленского. Зоя делится с ними своими планами и предлагает организовать шайку «Мститель». Предложение ее восторженно принимается. На квартире Ленского был составлен и подписан договор. Атаманом шайки была выбрана Зоя, которой и отдали для хранения договор.

После этого была намечена первая жертва – Жорж Смирнов, сын богатого торговца. Смирнов был пижоном, носил перстень, и ему нравилась Зоя. Было решено, что Ленский приведет его к Зое в отсутствие родителей. Смирнова там напоят, убьют, а труп выбросят в Обводный канал.

В условленный день Ленский привел Смирнова. Тогда же пришла и Жукова. Смирнова стали усиленно угощать вином, и он, выпив, опьянел. Тогда Зоя вызвала в кухню Ленского, дала ему топор и предложила «приступить». В последний момент Жукова от участия в убийстве отказалась. Ее примеру последовал и Ленский. Зоя стала настойчиво его уговаривать, даже обещала отдаться ему, если он совершит убийство, но Ленский так и не согласился.

Вскоре Смирнов проснулся и ушел домой. Жукова, взволнованная тем, что могло произойти, заявила, что она выходит из шайки, так как не может грабить и убивать.

«Как только она сказала мне это, – пишет Зоя в своих показаниях, – у меня явилась мысль избавиться от нее путем умерщвления».

Мысль об убийстве Жуковой все чаще приходит в голову Зои. Ей хочется отомстить Жуковой, которая нарушила договор, помешала убийству Смирнова и заявила о своем выходе из шайки. Зоя понимала, что Ленский не согласится принять участие в убийстве Жуковой, в которую он был влюблен, и решила сделать это с Ивановой. Она остановилась на Ивановой, несмотря даже на то, что Зина была дружна с Жуковой. Наблюдательная Зоя заметила, что уродливая Иванова (лицо ее было обезображено ожогом) втайне завидует Жуковой, которая была очень миловидна и пользовалась успехом.

«Однажды, – пишет Зоя в своих показаниях, – Нелли познакомила меня со своей задушевной подругой Зиной Ивановой. Но когда я ближе познакомилась с Зиной, я увидела, что Нелли глубоко в ней ошибается. В душе этой уродливой девочки-подростка за маской дружбы скрывалось чувство враждебности к Нелли. Зина ненавидела Нелли за то, что та была лучше и интереснее ее, ненавидела потому, что та пользовалась большим успехом среди молодежи. После немногих размышлений я решила сделать Зину своей соучастницей в убийстве Нелли…»

Зоя стала чаще встречаться с Ивановой и вскоре подчинила себе недалекую, тупую Зину. Она постепенно стала склонять ее к убийству Жуковой, и Иванова согласилась, тем более что Зоя обещала отдать ей деньги, которые, как ей было известно, хранились у Нелли и которые она рассчитывала взять после ее убийства.

Когда Зина согласилась, Зоя стала тщательно разрабатывать план убийства. Этот план был ею продуман с исключительной, почти профессиональной тонкостью; он предусматривал неизбежное проведение следствия в связи с исчезновением Жуковой и заранее направлял это следствие по ложному пути.

В своих показаниях Зоя очень подробно изложила обстоятельства убийства Жуковой:

«План был составлен так: я должна была, чтобы отвлечь от себя подозрение, достать записку, написанную рукой Нелли, которая гласила бы следующее: «Мама, ухожу от вас и больше домой не вернусь. Прошу меня не искать, т. к. все поиски будут напрасны. Причина моего ухода вам известна». Эту записку я достала посредством хитрости: я пришла к Нелли, предварительно забинтовав правую руку, и сообщила, что у меня с мамой произошла крупная ссора, в разгаре которой она нечаянно ранила мне руку. Сказав это, я попросила Нелли написать