Обет - Виктор Гросов

Неужели… неужели передо мной…

— Алиса? — прошептал я, голос мой сорвался, превратившись в хриплый шепот. — Это ты?

Она открыла глаза. Взгляд был затуманен болью и… ненавистью? Да, в ее темных глазах я увидел не радость узнавания, а обвинение, жгучее и беспощадное.

— Ты… ты бросил меня, — прошептала она, и каждое слово было пропитано болью, которую я причинил ей своим выбором. — Ты выбрал свою миссию, свой долг… а как же я?

В ее словах, полных горечи и отчаяния, я услышал всю историю ее страданий, историю, о которой даже не подозревал.

— Алиса, я… — Я попытался объяснить, оправдаться, но слова застряли в горле.

— Ты не понимаешь, — перебила она, ее голос дрожал от напряжения. — Когда ты ушел с Тинг… мой дух… он последовал за тобой. Я не хотела оставаться одна…

Ее слова, словно осколки разбитого зеркала, разлетались по моей душе, оставляя глубокие, кровоточащие раны.

— Но… но как? — я не мог осмыслить услышанное.

— Наверное произошел… прокол во времени, — с трудом произнесла она, ее голос слабел с каждой секундой. — Я… я попала в прошлое… стала… страшилкой… демоном, переселяющимся из тела в тело…

Она замолчала, с трудом переводя дыхание.

— А потом я попала в тело дракона — только оно могло выдержать чуждую энергию… потом я оказалась в этом кольце… — она указала на нефритовый амулет, который когда–то принадлежал Танзину. — В теле дракона… заточенная… одинокая…

Я слушал ее, и сердце мое разрывалось от боли и раскаяния. Я думал, что спас ее, а на самом деле обрек на вечные страдания.

— Ты… ты знала, кто я? — с трудом выдавил я из себя.

— Когда ты назвал себя… когда сказал, что ты Максим Воронов — да, — прошептала она, ее глаза наполнились слезами. — Но ты… ты не узнал меня…

Ее слова были как приговор. Я не узнал собственную дочь. Предал ее дважды. Сначала оставив в той аварии, а потом не узнав в облике дракона.

Я не знал, что сказать, как утешить ее. Вся моя жизнь, все мои поступки предстали передо мной в новом, ужасающем свете. Я был не героем, а эгоистичным глупцом, который пожертвовал своим ребенком ради иллюзорной миссии.

— Алиса, прости меня… — прошептал я, голос мой дрожал от невыносимой боли. — Прости меня…

Она закрыла глаза, и слеза скатилась по ее бледной щеке. Я знал, что эти слова ничего не изменят. Что боль, которую я ей причинил, останется с ней навсегда. Но я должен был сказать их. Должен был попросить прощения.

Моя дочь, мой маленький ангел, превратилась в дракона, заточенного в нефритовом кольце. И я был виноват в этом. Это была моя вина, мой грех. И я должен был искупить его.

Но как?

Этот вопрос мучил меня, сжигая изнутри. Я должен был найти способ вернуть ей ее прежний облик, вернуть ей ее жизнь.

Я должен был спасти свою дочь.

Снова.

Я протянул руки, желая обнять ее, прижать к себе, хоть как–то утешить. Но Алиса резко отшатнулась, словно от удара.

— Не трогай меня! — крикнула она, и в ее голосе звучала такая боль, такая отчаянная мольба, что у меня сжалось сердце.

Я замер, парализованный ее отчаянием. Ее слезы, горячие и горькие, текли по щекам, оставляя темные дорожки на бледной коже.

— Я… я так долго ждала тебя, — всхлипывала она, закрыв лицо руками. — А ты… ты даже не узнал меня…

Я стоял перед ней, словно преступник перед судом, не в силах оправдаться, не в силах найти слова утешения. Видеть ее страдания, слышать ее рыдания, знать, что я стал причиной ее боли — это было невыносимо. Тоска сжимала горло, душила, не давая дышать.

В этот момент я был готов на все, лишь бы вернуть время назад, исправить свою ошибку, спасти ее от этих мучений. Но время неумолимо текло вперед, и ничего уже нельзя было изменить.

— Я… я думала, что ты бросил меня, — продолжала Алиса, ее голос дрожал от напряжения. — Что я тебе не нужна…

— Нет, Алиса, это не так! — воскликнул я, но мои слова звучали бессильно и неубедительно.

— Тогда почему ты ушел? — спросила она, подняв на меня полные слез глаза. — Почему ты оставил меня одну?

Я не мог ответить на этот вопрос. Я и сам не знал ответа.

— Я… я нашла смысл жизни в служении другим, — продолжала она, ее голос стал тверже. — Я помогала местному правителю создавать империю… Меня прозвали Хранителем династии…

Она выпрямилась, и в ее глазах появился блеск гордости.

— Две с половиной тысячи лет я служила императорам, — сказала она. — Защищала их от врагов, помогала им править мудро и справедливо.

Я слушал ее с растущим удивлением и восхищением. Моя маленькая дочь стала могущественным драконом, защитницей целой империи.

— Последний раз я появлялась в Арантее двести лет назад, — продолжала она. — Тогда был мор, выкосивший половину планеты. Я смогла найти причину и ликвидировала ее. Съела источник опасности и сожгла пол мира…

Ее слова прозвучали спокойно, без тени хвастовства или жалости. Она просто констатировала факты.

Ярость, которую я так долго сдерживал, наконец вырвалась наружу. Я резко повернулся к Тинг, схватив ее за загривок, и приподнял над землей.

— Как так⁈ — прорычал я, голос мой дрожал от гнева. — Ты же обещала мне! Ты сказала, что Алиса будет жива!

Мои пальцы впивались в ее шерсть, я чувствовал, как дрожит ее маленькое тело. Но сейчас мне было плевать на ее страх. Я хотел ответов. Я хотел знать, почему она обманула меня.

— Папа, отпусти ее! — послышался слабый голос Алисы.

Я опустил Тинг на землю, но не сводил с нее взгляда.

— Ты должна была спасти ее! — сказал я, с трудом сдерживая себя. — В этом был наш договор! Мой обет! Я выполнил свою часть сделки! Я исполнил твой проклятый обет!

Тинг жалобно мяукнула, ее зеленые глаза были полны страха и раскаяния.

— Я… я не знала, что так получится, — прошептала она. — Я показала тебе будущее, где Алиса была жива… Но…

Она замялась, не в силах продолжить.

— Но что⁈ —