Традиции & авангард. Выпуск № 4 - Коллектив авторов

А, то было. Он сядет, скотинки пасутся.

Только раз-от ушли на Куваш. Там наёмны, беда.

Ну, вербованы, так у нас говорят, с лесопункта.

Вот пришли, дак они – кто доить, кто чего. А Кузьма

Делать нечего, хромый, а всё рано – идет за ими.

«Дед, не суйся, тебя ж застегнём, – ему говорят. —

Не отпустим, пока не подоим». Манером таким вот.

«Ну, чего, мужики, что хотите, творите». Пошёл.

А на выходе с Куваша в барабан и застукал!

Огороды все полегли у тех кувашат,

Как за им ломанулись! [Смеётся.] Ушли дак! [Смеётся.]

Тишина по дерене. Жара. Воздух так и звенит.

В диктофон лезет лето и все посторонние звуки.

Птицы, мухи, берёза. С холма оглушающий вид.

Чиркнул спичкой. Молчит. Вспоминает. Смеётся. И курит.

[Соб.:] А как о скотине говорят, когда она умерла?

[В. В. Д.:] Как это – как говорят? Ну, умерла дак умерла.

[Соб.:] Ну, сдохла, околела…

[В. В. Д.:] Ну, по… помелче какая скотинка – та сдохла, а та [усмехается], а та дак умерла.

[Соб.:] То есть корова – она умерла?

[В.В.Л.:]Да.

[Соб.:] А о птицах как говорят?

[Пауза. Крик вороны на берёзе. Чириканье воробьев. Порхают рядом, полощутся в пыли.]

[В. В. Д.:] О каких птицах-та? Об этих, которые лятают?

[Пауза.] Ну дак, те… Те дохнут. [Тишина.]

Л. Е. А.

[Соб.:] А если потерялась корова, что делали?

[Д. Е. А.:] Искали.

[Соб.:] Как?

[Д. Е. А.:] Как? Ой, тут… вот… Была такая у нас женшина, что… Подсказывала. Были такие люди, знаюшие. Как же, как же это?… Ой, забыла. Придёт корова – бывает так, что и сама придёт. Вот. А цего уж делали – не знаю.

[Соб.:] Ходили к этой женщине?

[Д. Е. А.:] Ходили, обращались.

[Соб.:] А что она делала?

[Д. Е. А.:] Вот уж это… [Усмехается.] Секрет, наверно. Был у ие.

[Соб.:] К ней обращались, только чтобы корову найти? А если человек терялся?

[Д. Е. А.:] Ой… Целовек терялся – искали. И обрашались. К той же женшине. Обрашались. Вот.

М. В. И.

1.

Что ты всё спрашивать? Разве я цего знаю?

Бабушка наша была, она дак знаткая.

Люди ходили. Она и взглянет, и пошёпцет.

Брызнет водой на порог – и точно уж скажет,

Сколько придёт к ей сей день. Всех принимала.

Но передать ницего не смогла. Доць испугалась.

Как увидала, как та тяжело умирала:

«Не! – говорит. – Пропади оно пропадом, мне уж не надо!»

Бабушка криком крицала, неделю ором орала.

Цёртики муцили. Слово – оно же одно не бывает.

Кто-то же есть, говорят, кто таким помогает.

Муцает, жжёт изнутри – тяжёлое, грузное слово.

Жить не даёт, но и душу-ту не пушшает.

Что же и делать? Пошли к другой, знать, такой же,

Знаюшшей – так у нас говорят. Всплеснула руками:

«Поцто пытаете йе? Долго цать будет!

Надо кому бы отдать». Пожал дед плечами.

Кто и возьмёт? Доць не берёт, а чужим и не надо.

«Ладно. Тады напиши, – говорит, – на скалине

И отпусти». Нечего делать.

Он в лес. Режет берёзу.

Рядом подсел. Бабушка долго диктует.

Всё записал. От угля береста поцернела.

«И отпусти».

Она шоркает рядом ладонью.

Ишшет, не видя. Не подал – руки-ти, в угле.

«Я замораю, – сказал. – Вернусь дак», – и вышел.

2.

Куда идти? Кому эту ношу?

Не раз, не два, не три, не четыре.

Кому захочу – тому и подброшу!

Чёрные буквы ползут по скалине.

Молчит деревня, кругом ни движенья.

С ветром пришло – уходи на ветер.

Как дед для бабы ищет спасенья,

Хозяина ищут чёрные черти.

Идёт не колдун, несёт слово чужое.

Не пять, не шесть, не семь и не десять.

Соседская сучка заходится воем,

Улица вымерла – не воскреснет.

Сжалась деревня, а глаз не сводит.

С водою пришло – уходи на воду.

Вот дом последний. Пошли покосы.

Он – к броду.

Вышел к реке:

Хоть ты прими!

Кинул скалину – волна вскипела.

Хочешь куда – туда и неси,

Но не на берег,

Не на наш берег.

Застыла скалина – ни ветерка.

Птица не крикнет,

Волна не манит.

И развернулась вспять река —

Против теченья скалину тянет.

Выдохнул.

Руку поднял.

Не положил креста.

Тут бы пойти назад.

Да доля не та.

Идёт следом.

3.

Солнце стоит высоко —

Помнишь, ходили в покос.

Только успели скосить,

Бабы кричат – топить!

За руки, за ноги – брык!

Брызги, вода, крик!

Купай молодуху

что есть духу!

Тащи, молодой,

будешь с женой!

Так уж у нас повелось —

Купать молодых в покос.

Кинулся, вытащил. Отплевалась.

Совсем не умела плавать.

Хоть в неглубоком месте топили,

Встать на ноги не догадалась.

Мокрой стоять – не плакать.

Сухим вокруг разом смеяться.

Подол отожмёт, скажет:

«Все они мне блазнятся.

Сами ещё прибежите,

Что у кого случится.

Не плюй, говорят, в колодец,

Вперёд ещё пригодится».

Как знала

– а верно и знала.

Все к ней потом приходили.

Всех их не раз лечила,

Шептала, в баню водила.

Словом или травою,

Что-то всем говорила.

Пришло с водою – уйди с водою.

(Скалина плывёт, не тонет.)

А в девках ещё ходила,

Все про неё говорили:

Знает она такое,

Счастья не будет с знаткою.

Но будто бы присушила

Словом или травою.

Пусть, – говорю, – не будет,

Лишь бы с тобою.

Только с тобою.

(Качает скалину волною.)

С покоса