Владыка Зазеркалья - Илья Романов

— Прошу тишины, — спокойно и тихо произнёс Ифрит, сразу же успокоив власть имущих Милитариума. — Да, трое из восьми советников мертвы. Наши агенты выяснили, что смерть имела насильственный характер в двух случаях из трёх. Советника Орила отравили ядом Миркелы.

Кто-то выругался, не сдерживая эмоций. Другие переглянулись между собой в шоке. Яд Миркелы один из опаснейших в трёх мирах. Его не отследить обычными способами и ритуалами, противоядия нет, имеет свойство магического и физического воздействия. Он разрушает саму душу, а смерть от него… ужасно болезненна.

— Ты знал, Альтиор? — прошептала Маления.

Я коротко кивнул, поигрывая между пальцами монетой. Помогало сосредоточится и подумать.

Предатели действовали чётко, без сомнений и промедлений. Каждая фигура убиралась с шахматной доски с идеально выверенной точностью в самый нужный момент. Я точно знал, что советники были живы до моего отбытия в Срединный Мир, а убили их практически сразу же после того, как я ушёл. То есть, сделано это было с расчётом, что мне не удастся изменить планы очень быстро. А ведь они пытались со мной связаться, Аарон доложил об этом по возвращению.

Гарган и Ламар просили о защите и помощи, они не могли покинуть Османскую и Индийскую империи, где исполняли свои обязанности. За ними следили, а предатели проникли в гвардию и обслугу. Один лишь Орил не звал о помощи, а наоборот, просил простить его. Простить за то, что не оправдал доверие, подвёл и допустил такое. Мудрый разумный из расы выдрысов исполнил свой долг до конца, пытаясь не допустить дестабилизации целой империи. А то, что Китай сейчас шатало, было широко известно. В моём мире назревала мировая война и всё благодаря предателям.

Советник Шараз мёртв, а значит их осталось четверо. Никто из них не выходил на связь, а значит можно карандашом записать их в предателей до выяснения всех обстоятельств. И, конечно же, в этот список попадает и Адам.

Вот только по полученной информации, тот, кто был моим голосом в совете, пропал. Похищен, как Лиса, но в отличии от моей помощницы я вообще не знал, где его искать, чтобы спасти. Оставалось лишь надеяться, что он нужен предателям живым и Скверна не завладела им. Будет жаль убивать этого юношу со светлой душой и горящим взглядом.

Я краем уха слушал доклад Ифрита о том, какие действия он предпринял для безопасности жителей Милитариума. Границы усилили, образовались команды добровольного ополчения с оплатой из казны. В Срединный Мир была послана доверенная группа переговорщиков к благородным домам и рыцарским орденам, в лояльности которых не было сомнений. Балем правильно поступил, что не стал звать простых наёмников. В отличии от рыцарей или аристократов, их легко перекупить, а моё имя не особо вызывало трепет. Что же до орденов и благородных, то многие из них ещё помнили прошлое, как и свой долг.

— Уже сейчас нам удалось договориться с Орденами Пламенного Ястреба, Синей Плети и Алого Заката, — продолжал Балем, обводя взглядом собравшихся. — В Тимеран стягивались их силы в размере четырехсот рыцарей. Также на зов ответили благородные дома, включая два высших.

Вот теперь вместо шока и потаённого страха разумные почувствовали надежду. Высшие дома Срединного Мира это те, кто выжил вопреки всему, удержали власть и имели силу. Их гвардия — элита по меркам нынешнего Срединного Мира, мало чем уступающая тем же Перворождённым.

— Кто? — сухо спросил я, заставив всех умолкнуть.

— Лойтойлы и Гвардены, — был ответ Ифрита.

Брови Малении взлетели в удивлении, а молчавший и не отсвечивающий до этого момента Агилар громко хмыкнул. Один лишь Тит, который стоял за моим плечом, никак не выразил эмоций. Бывший трибун больше наблюдал за собравшимися, оценивал их с позиции, что те могли предать. Да… волколак чётко понял, что у нас тут творится, и его инстинкты требовали защитить стаю во что бы то ни стало.

Названные высшие дома меня не сильно удивили. Что-то подобное и предполагалось, когда Балем согласовывал со мной отправку переговорщиков. Но если обычные благородные шли за деньги, будущие преференции и обещания личной встречи, то Лойтойлы и Гвардены… Те плясали под дудку Лазаря. Его вассалы, что ещё издревле присягнули Жнецу Душ.

Я постучал пальцем по столу в раздумьях, а все собравшиеся внимательно следили за моим лицом, будто искали ответы на свои вопросы.

— Твоя работа? — бросил косой взгляд на Малению, не обращая внимания, что нас подслушивали.

— Он и правда хочет помочь, Альтиор, — степенно ответила воительница, не показывая эмоций на публику. У нас всё же совещание. — И не только он…

Будто подгадав с её словами идеальный момент, массивные двери зала открылись. За спиной раздались тяжёлые шаги и глухой звук латных доспехов. Подул слабый ветер, которого до этого момента не было, а в зале мгновенно образовалась давящая аура. Мощь силы Порядка обволакивала каждый метр огромного пространства, заставляя собравшихся разумных стремительно бледнеть. Обладатель этой ауры не скрывался. Не пытался унять своё желание покрасоваться и громко заявить во всеуслышание о своей силе.

— Ну что, ничтожества, ждали⁈ Меня тут попросили помочь вам разобраться с кучкой слабаков, от которых у вас поджилки затряслись! Радуйтесь, вот он Я!

Тит рядом со мной глухо зарычал. Маления прикрыла глаза ладонью и тяжёло вздохнула, а Агилар весь подобрался, как готовый к бою хищник. Каждый сидящий за столом разумный замер, боясь пошевелиться, а Ифрит недовольно поджал губы.

Тот, кто так громко заявил о своём приходе и своей силе не обращал на них никакого внимания. Они не стоили даже его взгляда, который был целеустремленно направлен на мою спину.

И я не стал разочаровывать этого разумного. Медленно обернувшись через плечо, посмотрел прямо в яркие голубые глаза и сухим тоном произнёс:

— Здравствуй, Габриэль.

* * *

Заворочавшись на мягких простынях, Лисандра со стоном потянулась до хруста в позвоночнике и медленно открыла глаза. Чувство безопасности позволило эльфийке впервые выспаться за все те дни, что показались ей кошмаром. Она прекрасно помнила, как господин спас её и перевёз сюда, в Милитариум. Помнила, как слышала сквозь сон его голос, успокаивающий и дающий чувство защищённости.

Скинув одеяло, Лиса на короткую секунду обомлела. На ней не было одежды! Она полностью голая в доме господина! А то, что это был