Эволюция целителя - Сергей Витальевич Карелин

Она взяла упаковку на столешнице у холодильника.

«Шнайц! Лучший томатный соус». А чуть ниже размашисто: «Разводи с водой и наслаждайся вкусом!»

— Понял? — улыбнулась Настя.

— Неа, ничего не понял, — ухмыльнулся я. — Концентрат, получается.

— А что в нашей жизни не концентрат? — хохотнул Захарыч. — Алексей, может, я тебе головушку проверю? А то эти провалы в памяти меня уже беспокоить начинают.

— С головой не шутят, Лёха, — добавил Пуля. — На Креста работал один такой. Ржавый кликуха была. Так он случайно на кулак одного мамонтёнка напоролся. Сильно так, и не один раз. Вот как ты, забыл всё, а потом кони двинул.

— Олег, мы же договаривались, — сморщился Захарыч. — Криминальное прошлое забыли.

— Да я просто пример привёл, — возмущённо ответил Пуля.

— Шумит в голове? — всмотрелся в меня Захарыч. — Может, пульсирующие боли какие?

— Всё нормально. Болей не чувствую, — признался я.

Ну да, за исключением лёгкого головокружения, которое почему-то нарастало. Неужели время отката наступает? Я уж думал, что опасность миновала, а всё не так.

— Ну ты если что, обращайся. Проверить не сложно, — предложил Захарыч.

Я кивнул. Что-то начала говорить Настя, её поддержал Пуля. Но я их слушал краем уха, всё прислушиваясь к своим внутренним ощущениям.

Становилось хуже, да ещё эта чёртова чесотка обострилась. Всю спину разодрать хотелось.

— Я отдыхать, — поднялся я из-за стола. — Спасибо за вкусный ужин.

Не слушая, что мне говорят, я отправился в ванную и залез под горячий душ. А когда чесотка прошла и в целом стало полегче, постоял ещё пару минут под контрастными струями.

Вышел я из ванной, доплёлся до разложенного кресла. И, откинув плед, упал на постель, в тот же миг отключаясь.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 4-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи».

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 4 (515/1000)/

Утро не всегда бывает добрым. Вот и сейчас, я проснулся, надеясь, что полегчает, а откат не отступал. Неужели меня так высушили «Регенеративные лучи»? Вот уж попал. И сколько мне так надо будет превозмогать?

Даже радость от того, что я упорно приближаюсь к пятому уровню, была тусклой какой-то. Ведь заработал я вчера на пациентах под конец дня ещё сто семьдесят очков опыта, но и это меня не радовало.

Омлет, приготовленный Настей, был пресным, а подбадривающие мотивационные речи Захарыча, который настраивал нас на продуктивный день, меня никак не заряжали.

— Что-то ты кислый сегодня какой-то, Алексей, — обратился ко мне Захарыч, когда мы допивали чай. — Случилось что?

— Сон плохой приснился, — хохотнул Пуля. — Всё о каком-то институте бормотал. Ксюшу вспоминал.

— Институт благородных девиц приснился? — улыбнулась Настя.

— Наверное, — криво улыбнулся я. — Не помню.

— А кто такая Ксюша? Ну-ка признавайся? — настороженно прищурилась брюнетка.

— Из Академии, — отмазался я, допивая чай.

На самом деле мне приснился прошлый мир. Институт, в котором я учился. Девчонка, за которой ухлёстывал в то время. Но им это не надо было знать, да и дело прошлое. К чёрту!

— Всё-таки давай-ка я тебя, дорогой ты мой человек, проверю, — помассировал свои руки Захарыч. — Тащи сюда свою тушку. Давай, шустрей, а то опоздаем на работу.

Я подсел к старику, и он просто прислонил ладони, одну ко лбу, вторую разместил на затылке. Руки его будто огнём горели, и я почувствовал некую энергию, проникающую под черепную коробку.

— Да всё у тебя нормально, — убрал он руки. — Здоров как бык. Но с памятью и правда нелады. И бледный какой-то. Может, анализы сдашь?

— Ну да, сразу в палату лягу, — усмехнулся я. — Просто аномальные бури, наверное.

— Не сочиняй. Ты ж не метео-маг, чтобы чувствительным таким быть, — оскалился Захарыч, прищурившись. — Скорее всего переутомился вчера, потратил много энергии.

— Скорее всего, — кивнул я и поднялся из-за стола.

Мы оперативно собрались, помогли упаковать Насте в пакет быстро-плиту, которая не хотела раскладываться. А затем, когда мы вышли из дома, я получил перевод от Захарыча. Триста сорок рублей.

Я сразу же отправил триста рублей Гене, и он сразу же позвонил.

— Алексей, спасибо за перевод, — услышал я его надсадный голос.

— Только вот больше не пиши столько сообщений. Я держу слово, — предупредил я.

— Ну теперь я не переживаю, — печально отозвался Гена.

— Что с голосом? Приболел?

— Да так… Как у вас там с очередью? Могу появиться завтра?

— Конечно. Заходи, примем по высшему разряду, — пообещал я. Видно, прижало его сильно, иначе разве вспомнил бы он о здоровье?

— Тогда забились. Я напишу, как соберусь, — пообещал он и отключился.

И нафиг мне сообщать? Ненавижу назойливых людей. Уже ведь договорились. Зачем лишний раз напоминать о себе? Его Величество выехало? Встречать с хлебом солью и с оркестром? Никогда не понимал этого. Ладно когда друзья так пишут, это ещё куда ни шло. Но кто мне этот Геннадий? Всего лишь знакомый. Полезный знакомый.

— Кто тебя в такую рань беспокоит? — спросила Настя, когда мы почти подошли к подземному переходу.

— Наш главный промоутер, Геннадий, — улыбнулся он. — Так обрадовался деньгам, которые я ему перевёл, что решил поговорить.

В это время я отправил и обещанные сорок рублей дяде Боре, который тоже решил меня порадовать своим пропитым голосом.

— Ещё один, — засмеялся я, принимая звонок.

— Лёша, ты, брат, просто меня выручил, — захрипел Борис. — Я для тя чо хошь сделаю.

— Ты там главное печень береги, — ответил я. — Она у тебя одна. Помни.

Затем мы зашли в подземку и связь оборвалась.

Добрались мы до клиники без задержек и через полчаса уже поднимались на свой этаж. Ну а на входе нас уже ждали трое пациентов. Две девушки и парень. Явно не из «клуба пятисот», но, судя по одежде, обеспеченные.

А лица у всех зелёные. Не из «клуба пятисот», а из ночного клуба, судя по перегару.

Причём они поддерживали друг друга, как костяшки домино. Стоит одну толкнуть, остальные следом посыпятся.

— Д-добрый день, — выдавил белобрысый парень. — Открываетесь?

— О-о-о, да вы, сударь, хорошо отдохнули, и причём явно не один день за этим делом, — заметил Захарыч.

— Это называется запой, — напомнил я.

— Нам бы протрезветь побыстрее, — скривилась короткостриженая шатенка. — У нас важная встреча через два часа.

— Вы перепутали нас с вытрезвителем, молодые люди, — сообщил им Захарыч.

— Плачу налом, и щедро, — парень вытащил из кармана пресс денег. — За скорость и качество.

— А вот это другой разговор, — подмигнул нам Захарыч. — И процедура будет стоить недешево.

— Не вопрос, — прогудел парень. — Я же сказал…

Он пошатнулся, и тут сразу же подсуетился Пуля, схватив его за шиворот.

— Ты аккуратней,