Марлен Дитрих - Нелли Гордеевна Ревенко

скидок на возраст, по два часа подряд, вглядываясь в замерший от восторга зал. Когда с иронией, с достоинством или с вызовом актриса называла себя «королевой мира», она не переоценивала свои возможности, а четко осознавала свою социальную роль. Однажды в начале 1980-х годов высокопоставленная леди, член королевской семьи Великобритании, пригласила Марлен на прием, устроенный в ее же честь. Когда Марлен узнала, что ее пригласила принцесса, она ответила, что никуда не поедет: «Она всего лишь принцесса. А я – королева. С какой стати я должна к ней идти?» Эпатажные заявления Марлен ей прощали, на нее не обижались, потому что она действительно была королевой.

Чаще всего Марлен Дитрих жила в Париже, в своей квартире на avenue Montaigne, арендованной еще в пятидесятые годы. К ней частенько заезжали кинозвезды, писатели, деятели культуры. Все обращали внимание на то, как уютно у нее, как все вокруг блещет чистотой. Она была отменной хозяйкой, сама занималась уборкой, могла часами ползать по полу с тряпкой, вытирать пыль, выбивать ковры. Марлен очень любила свой дом, который радовал ее усталое сердце.

Изредка Марлен гостила у мужа Рудольфа Зибера и дочери Марии в Америке. Однако отношения с Марией не складывались. В частности из-за того, что она вмешалась в личную жизнь дочери, расстроила первый брак Марии, хотя хотела как лучше. В те времена Дитрих сознавалась, что сожалеет больше всего о том, что у нее никогда не было полноценной семьи.

Обладая огромной коллекцией роскошных нарядов, в том числе сценических, которые после съемок она оставляла себе, Марлен Дитрих говорила, что любимым считает широкий фартук с большим карманом. Обожая готовить, она делала это блестяще. Кулинарный талант Марлен отмечали все мужчины, с которыми ее сводила судьба. Она знала секреты многих национальных кухонь. Французу Жану Габену Марлен готовила французские блюда, немцу Эриху Ремарку – немецкие. А сама она любила обыкновенную яичницу-болтунью и немецкий пивной суп. По отношению к ее яичнице Марлен оценивала людей. Мужчина должен быть сильным и крупным. А крупный мужчина любит поесть. Новым приятелям Марлен всегда готовила фирменное блюдо. Разогрев на сковороде целую пачку сливочного масла, вбивала в него десяток куриных яиц. Перемешав хорошенько, подавала это сверхпитательное блюдо к столу. Тот, кто не мог осилить подобную яичницу, немедленно изгонялся. Это испытание проходил далеко не каждый избранник Марлен Дитрих…

Марлен Дитрих была хлебосольна, а ее дом всегда был полон гостей. Но наступали другие времена, и о Марлен постепенно забывали. Гостеприимный дом актрисы опустел.

Еще в пятидесятые годы Марлен Дитрих задумала написать воспоминания о своей полной событиями жизни. Она обращалась за помощью к литературным обработчикам, но полноценное сотрудничество не состоялось. В итоге в 1963 году вышла в свет «Азбука моей жизни». В ней мы находим жизненные ценности, которым следовала знаменитая актриса. Книга раскрывает круг ее интересов, позволяет осмыслить социальную роль ее личности.

Экскурсия в Советский Союз

К середине шестидесятых годов в СССР Марлен Дитрих была известна только по фильмам «Свидетель обвинения» и «Нюрнбергский процесс». На закате хрущевской оттепели актрису пригласили посетить Советский Союз. Она хорошо знала и очень любила русскую литературу, давно хотела съездить на родину Льва Толстого и Антона Чехова. Марлен также хотелось посмотреть, как и чем живут советские люди.

Марлен Дитрих побывала в Ленинграде и Москве. В Ленинграде для нее провели экскурсии по Петергофу и Эрмитажу. В Москве планировался единственный концерт, на котором Дитрих собиралась петь свои самые известные песни.

Этот визит не предусматривал общения с простыми советскими гражданами. Во время всей поездки актрису опекали хорошо одетые люди из соответствующих органов. Восторженную публику, которой в стране просто не было, как и не было фильмов с ее участием, заменяли чиновники из министерства культуры и правительственных учреждений.

Как и все иностранцы, Дитрих все принимала за чистую монету. Когда ей продемонстрировали группу ткачих-ударниц: комсомолок, отличниц и ленинградских студентов в очках и с очень серьезными лицами, Дитрих была в полном восторге. Она не ожидала, что скромно одетые люди так счастливы в своей стране «победившего социализма», отгородившейся железным занавесом от прогнившего империализма.

Московский концерт Дитрих решили устроить в Зеленом театре. Попасть туда с улицы было невозможно. На скамьях сидела тщательно подобранная массовка. Первые ряды занимали советские чиновники.

Марлен Дитрих пела в самом красивом своем платье с лебяжьим пухом, потрясая воображение неискушенных советских женщин, привыкших к скромности и сдержанности. Дитрих отказалась от услуг переводчика. Она была уверена, что ее музыка и эмоции будут понятны зрителям.

Марлен пела свои знаменитые шлягеры. Когда актриса выступала перед зарубежными зрителями, которые знали и любили ее фильмы, ее неизменно встречали долгими овациями. Песни Дитрих, как и большинство ее фильмов, прошли мимо советских зрителей. Советский слушатель большого восторга от них не испытывал. После каждой песни зал отзывался вежливыми аплодисментами, а иногда деликатно помалкивал. Это молчание привыкшая к бурной реакции европейцев и особенно американцев (свист одобрения, выкрики, бурные овации, спонтанные танцы молодежи перед сценой и в проходах) актриса истолковала превратно. Она решила, что зрители настолько поражены ее искусством, настолько не верят в свое счастье видеть живую Марлен, что не могут отойти от шока и потому молчат.

Марлен выбирала одного зрителя, затем другого, чтобы петь свои проникновенные баллады конкретному человеку. Но все, к кому она обращалась, смущенно отводили взор. Привычной сценической игры не получалось. Но Дитрих снова все поняла по-своему.

В Центральном доме литераторов Дитрих спросили, известны ли ей современные советские авторы. Актриса назвала своим любимым произведением рассказ Константина Паустовского «Телеграмма». Зрители начали аплодировать и кто-то выкрикнул, что Паустовский находится в зале. Паустовский поднялся на сцену, хотя ему, больному, почти ослепшему, это стоило больших трудов. Писатель поцеловал Марлен Дитрих руку, а она опустилась перед ним на колени. Писатель растерялся.

Но все же выступления Марлен Дитрих в Москве и Ленинграде в 1964 году стали заметным культурным событием.

Позже Дитрих рассказала журналистам о своем отношении к русским, признаваясь в том, что она любит их давно, любит музыку, поэзию, писателей, художников. Но больше всего – душу. Она отмечала, что у русских «нет ровности чувств», для них характерны крайности, «они или трагичны, или счастливы». Актриса не раз говорила о том, что у нее русская душа.

Неизбежность

Неизбежное надо принимать с достоинством.

Марлен Дитрих

Блистательная карьера знаменитой актрисы и певицы закончилась в один миг. Во время концерта в Сиднее в Театре Ее Величества 29 сентября 1975 года свет в зале был выключен. Прожектор выхватывал из темноты только стройную фигурку Марлен. Одетая в платье «Золото», она шла