Крик - Антонов Виктор Акимович

– Стерва она, – злобе Деревянченко не было предела.

– Может быть и стерва. Но она умеет думать. Вы же видите. И сведений о вас сумела собрать достаточно. Это тоже говорит о ее способностях. Скажу прямо, она у меня самая способная из генеральных. Не считая Вегу. Тот отдельная статья. И, я вам скажу, в делах очень порядочная. Но девочка не хочет в Тишину. У нее мать, ребенок. Сама красавица. Понять ее можно. Я ее не оправдываю. А вы, между прочим, наверное, по ментовской привычке, контроль над собой потеряли. А она, между прочим, генеральный директор очень солидной ООО в составе НК.

Деревянченко, видимо не ожидая такой выволочки, притих и выглядит растерянным. А я по опыту горькому и немалому знаю, что с наглецами следует быть еще наглей, они этого, как правило, не ожидают.

– Но я и сейчас считаю, что наша концепция правильная. И наша основная цель – чтобы хозяин вышел из Тишины. Я думаю, в этом отношении у вас нет возражений.

– Возражений, естественно, быть не может. Но успехов пока немного. А если говорить прямо, то их вообще нет.

– Как нет? Макаровский стоит на своих показаниях, Перелезин тоже. Да и Паршина показывает то, что надо. А то, что они под стражей, это нам даже на руку. Если говорить откровенно. Тем, кто защищает непосредственно хозяина.

– Вы имеете в виду Падалку и его группу?

– Да, их. Между прочим, они нашу позицию в отношении генеральных прямо проводят по делу. Это тоже их основная линия защиты. И аресты генеральных им в строку.

Вот, думаю, сволочь. А что кто-то будет сидеть из-за этой концепции, ему по барабану. Но я ему, конечно, ничего не сказала. Понятно, по какой причине.

– Но вы с генеральными поосторожнее. Они все-таки генеральные НК и ваши клиенты. А клиент всегда прав. Так кажется у вас в вашем моральном кодексе адвоката. Или я ошибаюсь? И некоторые генеральные об этом тоже знают. Некоторые.

– Но занятия с ними в принципе закончены. Мы же решили, что будем на Кипре ждать, чем закончится восьмерка и приезд Буша. А как с их замужеством?

– У Звонцовой может что-то сложится с ее не то греком, не то турком. А вот Астаховой иностранцы не нравятся. С ней бесполезны все эти шуры-муры.

– Но ведь Вега останется за границей точно. Ему-то совершенно ни к чему возвращаться. Так что не так уж и плохо. А те, кто арестован… Будем добиваться освобождения. Различными жалобами. Да и все наши, и зарубежные СМИ на нашей стороне. Крик по всему миру идет о расправе над НК. О политическом заказе. О нарушении прав человека. А в этом случае больше арестованных – сильнее крик. Я верю в успех.

2

Как только за Деревянченко закрылась дверь, я тут же позвонила Лобову. И рассказала обо всем что произошло.

– Значит, генеральные начинают догадываться об этой самой концепции.

– Конечно, догадываются. Астахова, например. Она же учится на последнем курсе юридического.

– В каком она?

– По-моему не в твоем.

Он засмеялся.

– Да уж не надо. А то она быстро там организует акции под любимым народом лозунгом: «Вор должен сидеть в тюрьме». А пока хлопцы ходят на демонстрации исправно и с удовольствием.

– Я тебе про наших генеральных так скажу. Они, прежде всего, народ порядочный. Что Макаровский, что эти девочки. И даже, на удивление, неглупые. Между прочим, и Астахова и Корнева, став генеральными, действительно неплохо справляются со своими обязанностями. Не поддались на обналичку. Хотя я грешным делом им рекомендовала. Ведь они и сами на этом зарабатывали. И они оказались правы. Следствие сейчас шерстит на эту тему генеральных. Они же все у них под колпаком. И счета в банках и производственные связи. Мне же представили адвокаты ту схему, которую следствие составило о нашей структуре и связях. Ничего не скажешь – точно вычертили.

– У них, конечно, есть специалисты. Думать иначе – просто глупо. Так что по твоему мнению – точно надеяться на девочек не приходится.

– Думаю, нет. А выйти замуж на Западе есть шансы и желание вроде у Звонцовой. У нее кажется, получается с этим греком или турком. Астахова вряд ли, хотя она блондинка и ее с восторгом замуж возьмут. Но она по своему, так сказать, менталитету не хочет покидать Россию. Она же понимает, что если останется, то сразу красный флажок и розыск через Интерпол. Про Корневу ты сам знаешь. Она уже в Москве. Аккуратно ходит на допросы на Технический, без опозданий. Она девочка обязательная. Ты это сам знаешь.

– Что я знаю? – и удивление и недоумение в голосе.

Но старого бухгалтера и на личных взаимоотношениях не проведешь. Не напрасно, ой не напрасно он брал Веронику в Лондон.

– Кстати все забываю тебя спросить. Как там дорогой Сэм? Долго упирался.

– Да как увидел Веронику Николаевну, так сразу и раскололся. Теперь умоляет меня, чтобы я заставил Корневу вернуть ему первый экземпляр указания. Ее же допрашивают. А вдруг она все следствию выложит?

– Кроме нее про это письмо знает лишь их бухгалтер. Она видела письмо, но копии у нее нет. Но она тертый калач. Ничего не знаю – и все. А Вероника, девочка порядочная, она никому пакостить не станет.

– Но я Сэма на всякий случай держу на этом крючке. Чтобы не зарывался в следующий раз без спросу. Лорд хренов. Но ладно это частности. А что теперь у нас по делу получается?

– А по делу получается пока плохо. Надеяться на концепцию Деревянченко с достоверностью нельзя. Правда в его доводах и подлый успех. Чем больше генеральных арестовано, тем лучше для хозяина. И мировые СМИ и наши будут кричать о политическом заказе, о разгроме НК.

– Оно, конечно, так, хотя и подло. Но мы средства на СМИ не жалеем. Сама лучше меня знаешь. Ну а если что фундаментальное. Это восьмерка в Петербурге. Приезд Буша и прочих. Это действительно серьезный момент. Я думаю они нашего нелегала должны прижать. Не захочет же он испортить отношения со всем Западом, из-за какого-то там олигарха.

– Будем надеяться. Как говорится, может быть, стороны найдут компромисс. Надеюсь, меры принимаются на самом высоком уровне. Нелегал должен сдаться.

Технический переулок

Началась восьмерка и на экране телека стали мелькать разные деятели и, конечно, Буш, Кондолиза Райс и наше руководство. Вот президент США посещает каких-то там наших правозащитников, и отец тут как тут:

– Вот скажи мне, профессор, вот с точки зрения исторического материализма и логики, должны ли мы гнуться перед разными там Бушами и Кондолизами Райс?

– А с чего ты взял, что мы гнемся? Мы сотрудничаем с ними на равноправных условиях. Они к нам с уважением.

– Они-то с уважением, но сквозь зубы. А вот смотри, как мы себя ведем – разные там наши либералы и старушки-правозащитницы.

– Ну, обыкновенно.

– Вот ты не наблюдательный. Не обыкновенно, а с еле сдерживаемым почтением, где-то на уровне холуйства.

– Преувеличиваете.

– Ничего не преувеличиваю. Они ведь нас не на каждый саммит приглашают. И почти не скрывают своей к нам снисходительности. И это кто? Это те, которых мы