Попадос. Месть героя. Часть 1 - Антон Владимирович Топчий

* * *

Ближе к ужину, Григорий решил закончить тренировку и отправился обмываться, всё же сидеть за столом и чувствовать себя сильным могучим самцом, которой весь день гонялся за мамонтом, ему не очень нравилось. А так как вчера именно так и было, то сегодня он решил немного сменить амплуа, причём в целом на весь вечер.

Первый ажиотаж после прихода неожиданных гостей из Лоуреста спал, и уже к обеду Гриша немного расслабился, и во время небольших передышек, обмозговал ситуацию ещё раз. И хоть общий результат не особо менялся, но он пришёл к довольно закономерному выводу, что ему нужно осваивать некромантию, ведь у него под боком, что ни на есть, самая настоящая золотая жила для некромантов, город мёртвых, где стабильно и постоянно ресается целая куча костяков.

Таким образом, этим вечером он решил заняться подъёмом первого своего мертвеца. И хоть он и не испытывал особой уверенности в успешности данного мероприятия, но заняться этим, хотя бы когда-нибудь, всё же нужно было.

Ну а пока Григорий отмокал в купальни, в калитку постучались. В этот момент Харон помогал Ягалье, поэтому открывать пошла Нарли.

— Кто там? — Спросила она, подойдя к двери.

— Открывай! — Послышался в ответ грубый голос жрицы, за которым последовал еле слышимый шепот Гунары:

— Госпожа, мы же это обсуждали! — На что она, само собой разумеется, не получила ответа, и без особой радости, уже значительно громче, чтобы её услышала Нарли, произнесла, — Нарли это Вилисия и Гунара. Мы к Григорию, он дома?

Почти в туже секунду, послышалось шипение жрицы, — неужели ты думаешь, что я буду прямо как ты стелиться перед этим демоническим отродьем!

На что Гунара, вновь понизив голос, ответила ей, — значит, я буду разговаривать с ней сама! И не забывайте, Хесон Ультрис очень расстроится, если мы провалим задание, и ему будет всё равно, по какой причине это произошло! — последние слова прозвучали намного громче, чем ожидала паладинша, но она этого не заметила.

Когда же она вновь посмотрела на дверь, и уже собиралась поторопить Нарли свою просьбу, ей в ответ прозвучали звуки отворяющегося засова.

— Не прошло и года! — Фыркнула себе под нос жрица, а когда дверь отворилась, гордо направилась во двор, при этом даже краем глаза не взглянув на Нарли. Которая к слову, даже не знала, толи ей злиться на эту странную женщину, толи пожалеть её. Хоть демоница и не знала кто такой этот Хесон Ультрис, но даже ей хватало разумения понять, что Григорию поведение жрицы может очень сильно не понравиться.

— День добрый, — в свою очередь довольно сдержано произнесла Гунара, проигнорировав стандартный поклон, которым, как заметила Нарли, здесь все страдали. Безусловно, в её родном мире без этого тоже не обходилось, но почему-то ей казалось, что в своём родном посёлке расшаркиваний она почти не видела. Исключением были учителя и старцы, которым постоянно все были должны кланяться.

— Где господин Григорий, — довольно властно произнесла Вилисия, обращаясь к Нарли, но при этом всё также не глядя на неё.

— Он купается, — коротко ответила Нарли. Хоть ей и не нравилась эта, высокомерная леди. Но к своему сожалению, поделать с этим она ничего не мог. Как в прочем и грубить ей.

— Купается? — Как-то неоднозначно переспросила жрица, у которой отчего-то появилось жуткое желание взглянуть на демоницу, которое вступило в яростную схватку с нежеланием этого делать.

— Да, — немного недоумённо ответила Нарли. — Господин сказал, что ему нужно освежиться после тренировки, — на всякий случай добавила она. Хотя для неё было вполне само собой разумеющимся, что Григорий, весь день упражнявшийся в контроле внутренней энергии, решит немного обмыться после этого.

— Точно, «тренировки», он же наверняка тратит целую прорву времени на махание этой железякой! – Подумала Вилисия, тем самым успокаивая себя, после чего немного улыбнувшись, спросила, — мы принесли с собой несколько пирогов с повидлом. Куда их поставить?

— Блин! Видимо они решили навязаться на ужин! — Недовольно подумала Нарли, в ответ же сказав, — будьте любезны немного подождать, я сообщу господину Григорию о вашем приходе.

В этот раз жрица не выдержала и злобно зыркнула на Нарли, которая хоть и почувствовала это, но решила проигнорировать. Ведь она прекрасно понимала, что конфликты с этими двумя женщинами ей выйдут лишь боком.

* * *

Выбравшись из своеобразной ванны, больше напоминавшей низкую бочку, Гриша начал не спеша вытираться. Ничего не предвещало проблем, как вдруг его окликнула Нарли, — господин, вы уже закончили? Там к вам пришли. — Судя по сдержанному и недовольному голосу демоницы, он сразу понял, что пришёл кто-то раздражающий и в тоже время его нельзя просто так выгнать.

— Там жрица? — Спросил он, уже догадываясь, какой будет ответ.

— Да господин.

— Понятно, — немного печально, произнёс он. — Ладно, раз пришли, пускай заходят, — сказал он, после чего, не шибко весело пробубнил себе под нос, — послушаю, что они скажут. Может предложат что-то интересное….

* * *

Ужин начался довольно своеобразно. Вилисия как-то неоднозначно и вяло ковырялась в своей тарелке. Даже вскользь взглянув на неё, любому стало бы ясно, что она старательно сдерживает свои, скорей всего не очень положительные, эмоции. В свою очередь Гунара, выглядела естественно и непринуждённо, бодро уплетая тушёную говядину, закусывая её ломтём ржаного хлеба, периодически закидывая себе в рот квашенную капусту.

— М-да, чувствую сегодняшний ужин, будет весьма подпорчен этой ложкой дёгтя, - подумал Гриша, вновь мазнув краем глаза, недовольную жрицу.

— Господин Григорий, — не дожидаясь, пока все закончат кушать, в том числе и сам парень, решила начать разговор Вилисия, которая так и не притронулась к своей еде.

В ответ на это беспардонство, Гриша лишь косо взглянул на жрицу, которая немного высокопарно, продолжила, — я думала над вашим замечанием и нашла, что могу предложить вам. — После сказанного Вилисия сделала небольшую паузу, выжидательно глядя на парня. Но, так и не дождавшись хоть какой-то реакции или ответа, продолжила, — я обучу вас магии. — Сказанная девушкой фраза прозвучала ещё более высокопарно, и даже как-то возвышенно, от чего у Григория невольно появилась улыбка. Но далеко не такая, как её оценила Вилисия, посчитавшая её, признаком радости.

В тоже время, Гриша, глядя на довольное выражение на лице жрицы,