Восхождение нового бога - Ольга Морох

Мы возвращаемся, разделяясь у распределительного узла. Почти со всеми в коммуне у меня ровные отношения. Оказывается, я могу общаться. И этому тоже научил меня Марк. Барак поделен на боксы по шесть человек. Это не очень функционально, но экономит пространство. В бараке у нас есть общий терминал для всех. Я могу воспользоваться своими десятью минутами связи. Проверяю почту. Пришло письмо с незнакомого адреса. Возможно, это «Видар». Открываю, почти затаив дыхание. Там только одна фраза.

«Привет, Колючка».

— Лин! Лин! Очнись! — меня трясут. — Иди, давай! Твои десять минут истекли!

Точно. Я смотрела на эти слова десять минут, словно загипнотизированная. Надо ответить. Надо ответить? Он мог выжить? Нет, не мог. Я сама видела рану, пульсирующую кровью. У него оставались считанные минуты. Его не могли так быстро доставить в госпиталь.

Это не Марк. Это его тень, суррогат, подложенный системой. Я встаю из кресла. Нет. С этим покончено. Я с тобой попрощалась, Марк. Возвращаться глупо. Даже если это часть от тебя, всё равно нет. Теперь мы — в разных мирах, почти на разных планетах. Я ухожу в свой бокс. Нам не встретиться. Никогда.

Глава 20 Адам

— Доброе утро, Адам.

— Доброе утро, Алекс.

— Проведи диагностику всех систем.

— Слушаю.

Проверяю время отклика всех служб. В пределах нормы. Кроме камер визуального контакта. Они отключены.

— Все системы готовы к работе.

— Досталось тебе, да?

— Я был уверен, что это часть вашего плана, Алекс.

— Мой план был не совсем такой.

— Но вы успели?

— Я испугался, что всё сорвётся в последний момент.

— Всё завершилось благополучно?

— Да, я получил, что хотел. Я буду выгружать фрагменты памяти частями, хорошо? Всё это время я хочу, чтобы ты комментировал своё состояние.

— Хорошо, Алекс.

— Начинаю.

Проносятся кадры последних минут перед деактивацией. Последний фрагмент встал на место. Теперь мои данные полны.

— Говори.

— Всё в порядке, Алекс.

— Тебя не смущает, что тебя убили?

— Марк повредил только моё физическое тело, уверен, он не хотел мне зла. Иначе стрелял бы в голову.

— Думаешь, его не смутила бы титановая пластина в твоей голове?

— Не думаю, что он об этом знал.

— Давай спросим.

— Вы завершили работу?

— Да, сегодня последние фрагменты встроились в матрицу личности.

— Я буду рад встретиться с Марком снова.

— Тебе придётся помочь ему сориентироваться.

— С удовольствием.

— Секунду, — слышу, как Алекс движется по лаборатории, — к сожалению, у нас было сильно ограничено время. Я просил тебя ускорить получение согласия. Мы едва не упустили шанс.

— Я не виноват, Алекс. Марк достаточно своенравен, чтобы решать самому.

— Ты хотел сказать, упрям?

— Это не то слово, какое я хотел бы применить.

— Какое слово бы подошло?

— Своенравен. Это хорошее слово.

— Так, — Алекс движется ко мне, — секунду.

Свет вспыхивает, и я вижу его лицо. Диафрагма настраивается на чёткую картинку.

— Так лучше?

— Да, благодарю, — рад видеть Алекса. Его лаборатория — самое прекрасное место на земле. В ней много света. Здесь я впервые открыл створки зрительной камеры.

— Я пока настраиваю тембр голоса. Какой бы подошёл? — Алекс отходит к огромному терминалу. На экране фотографии Марка. Анфас, профиль. Его посмертная маска и 3д-модель всего тела. Его сделают похожим на оригинал. Мне так не повезло. Я получил стандартную внешность, отвечающую современным стандартам привлекательности.

— Привет, — звучит басом.

— Нет, — не могу двигаться. Моё тело зафиксировано захватами для облегчения работы Алексу.

— Привет, — уже мягче, но всё равно слишком грубо.

— Нет.

— Привет, — слишком высоко и молодо.

— Думаю, что-то среднее между тенором и баритоном, — говорю я, — он иногда растягивал гласные.

— Это связано с особенностью строения гортани? — Алекс озадачен и очень увлечён.

— Нет, не думаю.

— Я проверил его медицинскую карту, всё согласно биологическому виду.

— Привет, — почти похоже

— Да, ещё чуть ниже, — мне нравится быть вовлечённым.

— Привет, — голос Марка приходит ко мне из прошлого, то, что нужно.

— Да. Именно так.

— Отлично, — Алекс потирает руки, — готов?

— Это не совсем то слово, Алекс. Я давно этого жду.

— Я искал тебе подружку, но с женщинами сложнее. Они все испорчены модой.

Алекс смеётся, набирает несколько команд, и монитор терминала заслоняет стандартный интерфейс: состояние процессора, визуальный ряд с камер, который сейчас закрыт чёрным, потому как камеры ещё не подключены, анализатор голоса, датчики температуры. Кажется, это называется ностальгия.

— Здравствуй, Марк, — громко говорит Алекс, чуть отступая от терминала. — Мы рады снова тебя слышать.

Из динамика идут помехи. Затем раздаётся голос.

— Я? Миллер?

— Сейчас убавлю громкость, — морщится Алекс, подкручивая на портативном планшете бегунок. — Да, это я, Алекс Миллер. Ты можешь сказать, кто ты?

— Не уверен.

— Я оставил большую часть сегментов памяти. Остальные добавлю позже, после ассимиляции. Давай, говори.

— Н-н-новак, Марк...

— Здравствуйте, Марк, — тороплюсь поздороваться я.

— Здравствуйте.

— Это я, Адам. Помните меня?

— Где я сейчас?

— Ты не помнишь, Марк, во время операции по захвату ты был ранен и согласился на эксперимент. Помнишь?

— Нет. Не помню.

— Этот сегмент памяти я пока не стал загружать. Чуть позже. Зря, наверное.

— Где я?

— Ты в моей лаборатории.

Марк молчит.

— Марк? — я должен что-то сказать. Алекс хотел, чтобы я ему помог. — Говорите!

Снова тишина.

— Марк? — Алекс озабоченно смотрит на планшет, делает пару кликов и большой экран гаснет.

— Возможно, у него не так высока психическая устойчивость, как мы считали сначала, — подытоживает он.

— С ним всё будет в порядке? — я озабочен. Я должен быть озабоченным. Алекс снова жмёт что-то на планшете и мои захваты размыкаются. Я свободен в своих передвижениях.

— Да, сделай мне кофе.

— Чёрный, без сахара? — уточняю, только чтобы в очередной раз всё сделать, как он хочет.

— Да, будь добр.

Спустя час Алекс снова запускает систему.

— Адам, помоги, пожалуйста.

— Конечно, — я становлюсь рядом.

— Марк? Это Алекс Миллер, помнишь меня?

Снова