Повелитель миражей - Макс Крынов

В общем, ворон попросил меня купить ему еще несколько планшетов, или поставить в гостинице несколько телевизоров с подключением к интернету — монстр обучился воспринимать одновременно три потока информации: теперь он одновременно по диагонали читал книгу, слушал видеозапись на планшете, зачаровывал кольца, и ему этого было мало.

Я не хотел обставлять гостиницу купленной техникой. Вот планшеты ему куплю, как будет время.

* * *

В особняке Липовых ценили чистоту и уют. Здесь постоянно играла классическая музыка, а прислуга старалась разговаривать как можно тише, проходя мимо кабинета главы.

Именно сегодня к воротам особняка подбежал управляющий торгового центра Сергей Викторович.

Одежда мужчины была серой от пыли, обувь заляпана влажной грязью. Глаза на выкате, а пряди волос прилипли к потному лицу.

Охрана впустила его в тамбур пропускного пункта, а там уже попыталась было задержать мужчину, как положено по инструкции. Но всегда вежливый управляющий на инструкции сегодня клал: с ловкостью бывалого регбиста мужчина ушел в сторону от захвата охранника, перепрыгнул через турникет и помчался дальше. Охране пришлось бежать следом.

Сегодня в особняке стало шумно и грязно. Мужчина не вытер ноги на входе в особняк: загрохотал грязными ботинками по ступеням из белого мрамора, которым так гордился хозяин особняка. Пронесся мимо застывшего в удивлении Славы и с плеча вынес дверь в кабинет главы.

Дмитрий Липов спокойно посмотрел на управляющего, решая, уволить его к чертовой матери за подобное вторжение, или сломать перед этим ноги. Но прежде, чем решил, вторженца нагнала и повалила охрана. Сергей Викторович упал на колени, цепляясь в ковер, и завопил на весь особняк:

— Украли-и! Дмитрий Васильевич, украли золото!

Липов знак охране, чтобы отпустили управляющего. — Позовите Бориса ко мне. А ты — рассказывай по порядку, что у тебя случилось.

— Золото, — рыдал неадекватный мужчина. — Про… пропало! А-а-а!

— Какое еще золото?

За следующие пять минут Дмитрию Липову поведали историю, как какой-то непонятный франт продал директору торгового центра слиток золота. Золото проверили всевозможными способами, но ему управляющий не позвонил — решил, что имеет право самостоятельно распоряжаться активами рода. Выгреб деньги из всех касс, но нужную сумму наскреб, и приобрел слиток.

После столь проникновенной речи Липову даже показали запись с камеры видеонаблюдения. На видео была маленькая комната с круглым столом, на котором лежал мелкий золотой слиток с неразличимой надписью. Вокруг стола сидели пять человек, которые с обожанием смотрели на золото и с ненавистью — друг на друга. Когда слиток исчез, каждого в комнате накрыла истерика, закончившаяся дракой.

— Что было написано на слитке? — спросил Дмитрий Липов и получил несколько фотографий. Глава рода был образованным магом, и руны знал. Разобрав надпись, он буквально затрясся от ярости и обратился к начальнику охраны, который наслаждался представлением вместе с шефом.

— Найди мне шутника, Боря! Найди его.

— А с этим что делать? — кивнул мужчина на не умолкающего управляющего.

— Он выгреб деньги из касс и воспользовался ими в своих интересах. Сломайте ему ноги и выбросите возле его дома.

Глава 20

Сегодня за завтраком собрались все Алмазовы.

Отец выглядел непривычно довольным: кажется, он впервые за годы увидел просвет в мрачном будущем. На пальце мужчины я заметил новое кольцо — невзрачный с виду, но дорогой артефакт ментальной защиты. Против умелого менталиста поможет слабо, но и голова отца теперь не похожа на открытый двор.

Ника нехотя ковыряла вилкой яичницу, Степан уплетал за обе щеки. Сегодня выходной, так что я братишка спешит поскорее позавтракать и засесть часов на пять в игру с дельфинчиком.

Мама доела первой, первой встала из-за стола и направилась в комнату.

Вот с ней я общение наладить не смог. Вчера я таки пригласил маму в театр, но общение получилось холодным — выслушала, отказалась, ушла. Из своей комнаты ушла!

Это уже вторая попытка ее куда-то пригласить: в первый раз я позвал ее на выставку картин, но получил ровно такой же отказ. Как-то с матерью у меня отношения не сложились что в том времени, что в этом. То есть, общаемся мы нормально, ни разу не кричали друг на друга, но где-то потерялась нить взаимопонимания и родственной связи. Мне, наверное, с тем же Липовым легче контакт наладить, чем с мамой. Как минимум, я знаю, что делать с Липовым, а как и о чем разговаривать с матерью? И нужно ли, если она не хочет со мной общаться? Тут и семьдесят прожитых лет пасуют. Если бы эту проблему можно было решить с помощью ритуала — я бы взялся, а так…

С негодованием отогнал мысль, что контакт с матерью можно наладить через иллюзии и ее внутренний мир. Лучше уж никакого контакта, чем корректировать личности родных.

После еды отец уехал за качественными амулетами иллюзий, которые не вызовут подозрения на артефактных камерах, так еще и юнитов прикроют. Поэтому вызов новых юнитов пришлось отложить. Чтобы не тратить время попусту, я снова пошел в северное крыло тренироваться и оттачивать удары копьем.

Спустя полчаса занятий я не удержался и вызвал трех гоблинов — сражаться против реального противника гораздо интереснее. Поколебавшись, потратил на четвертый вызов двадцать фрагментов.

Внимание! Для развития юнита «гоблин» предусмотрена ветка развития!

Выберите бонус повышения ранга:

— Хобгоблин. Перерождение в существо гораздо сильнее, быстрее и опаснее.

— Нюх на золото. Гоблин лучше замечает тайники, ценные травы, камни.

— «Мы — стая!». Гоблины с такой способностью лучше работают вместе и могут победить соперника в разы сильнее себя.

А могут и не победить.

Выбор однозначен — хобгоблин. Хотя в будущем я одного кладоискателя в стаю гоблинов точно добавлю.

Воздух колыхнулся и в зале появился рослый юнит. Он не отличался от хобгоблинов космического корабля — ростом под метр девяносто, широкоплечий, одет в рваные тряпки. Лицо уродливое на человеческий взгляд: зеленоватый цвет кожи, морщинистые щеки, приплюснутый нос. Одного уха нет, второе — с оторванной мочкой. На безволосой голове — два бугристых шрама, будто кто-то полоснул когтями, и рана чудом зажила. Видимо, жизнь в осколке пределом