Балтика - Владимир Виленович Шигин

– Откуда идете?

– Из Плимута!

– Куда?

– В Мемель!

– Видели в Копенгагене русскую эскадру?

– Конечно!

– Что можете рассказать о русских? За вознаграждением дело не станет.

– Зачем рассказывать! – усмехнулся капитан брига. – Мы лучше покажем!

Взмах руки – и с орудийных портов слетел брезент. Еще взмах – и «Снаппуп» получил в упор полновесный бортовой залп.

– Это ловушка! – в ужасе кричал капитан шведского коттера. – Руль вправо! Команда к парусам!

«Снаппуп», ловя ветер в паруса, пошел в отрыв. «Меркурий» рванулся следом. Палуба коттера круто пошла вниз – это судно легло в крутой бейдвинд. Какие-то полчаса, и «Меркурий» легко нагнал противника.

– Залп! – крикнул Кроун что было силы.

Ядра со свистом понеслись к цели. Треск ломающегося дерева… Крики… Ответный залп, но уже нервный, а потому и неточный. Лишь пара ядер пронеслась в гуще такелажа, обрывая снасти.

– Залп! – снова срывается в крик командир «Меркурия».

Новая серия ядер и книппелей находят себе щедрую поживу на шведском коттере. Второго залпа оказывается более чем достаточно. На «Снаппупе» кто-то сдернул флаг, и он медленно пополз вниз. На «Меркурии» кричали «ура».

– Поздравляю Роман Васильевич! – обнимал Кроуна старший офицер лейтенант Лутохин. – Это достойная победа!

Кроун, впрочем, был опечален. Дело в том, что щепой от шведского ядра ему порвало любимую треуголку.

– Эко какая дырища, кулак влазит! – крутил он ее в руках с грустью.

Захват «Снаппупа» был впечатляющим успехом. И дело было даже не в самом коттере, а в тех сведениях, что удалось вызнать у пленных офицеров и матросов. Задача была блестяще выполнена, и «Меркурий» повернул в Копенгаген.

Когда Кроун пригласил пленного шведского капитана к себе на чай, тот рассказал, что последним аргументом в пользу того, что судно является торговым, была женщина с ведром воды. Услышав это, Марфа Никитична усмехнулась, победно глядя на мужа:

– Ну что, Рома, помогла я тебе али нет!

Вздохнув, капитан-лейтенант отмолчался.

Приход в Копенгаген «Меркурия», в кильватер которому плыл плененный швед, вызвало на нашей эскадре бурю восторга.

– Роман Васильевич, над «Иерархами» вице-адмиральский флаг! – повернулся к Кроуну Лутохин. – Никак Повалишину в наше отсутствие новый чин дали!

– Вряд ли, – мотнул головой Кроун. – Скорее всего прибыл новый командующий!

Так и оказалось. В отсутствие «Меркурия» в командование эскадрой уже вступил вице-адмирал Козлянинов. Над «Иерархами» взлетели флаги: «Капитану коттера прибыть к флагману».

Кроун уже было собрался идти к шлюпке, как Марфа вытащила из-под койки жестяную коробку, достала оттуда новую треуголку.

– Одень, к адмиралу же идешь!

– Ну вот, теперь я истинный лондонский джентльмен! – рассмеялся Кроун, шлюпу на голову водружая.

Доклад Кроуна командующий выслушал с большим вниманием и за захваченный коттер благодарил сердечно.

– Готовьте судно к новому плаванию!

Дел у Козлянинова было невпроворот. Он уже вел непростые переговоры с датчанами. Те поначалу отнекивались от всякого сотрудничества, ссылаясь на мир со шведами. Однако все же согласились при нахождении нашей эскадры в их порту защищать и оборонять ее. Датский флот встал с нашими кораблями в единую боевую линию на внешнем рейде, прикрытый на флангах береговыми фортами. Это был уже большой успех, ибо он гарантировал нам безопасность стоянки в Копенгагене.

29 мая, Кроун снова был вызван на флагманские «Три Иерарха». Там он получил официальное приказание вице-адмирала Козлянинова выйти в море и занять позицию между Скагеном и шведским берегом для препятствия неприятельской коммерции. Затем Козлянинов велел выйти из салона всем присутствующим.

– А вы, Кроун, останьтесь! – сказал он.

Оставшись вдвоем, вице-адмирал положил перед ним бумагу.

– Вот, – сказал он. – Это секретное письмо нашего посланника в Лондоне, графа Воронцова, в котором он предупреждает о скором прибытии в Готтенбург шведского транспорта с порохом для шведского флота. Груз для шведов весьма важный, а для нас опасный. Имеются приметы судна, его название и имя шкипера! Сей ценный трофей ты и должен перехватить!

– Есть! – приложил пальцы правой руки к треуголке Кроун. – Сделаю все возможное!

– Крейсируя у Скагена, вы должны будете подчиняться командору Лежневу, находящемуся там с отрядом из двух линейных кораблей и двух фрегатов, и в случае нужды просить его содействия.

Капитан-лейтенант направился уже было к выходу, когда Козлянинов вновь окликнул его:

– А что это на тебя начальник арсенальский жалобу прислал, будто ты все его карронады к себе на бриг перетащил? Что еще за самоуправство этакое? У нас не пиратская шайка, а императорский флот! Карронады вернуть, а перед датчанами повиниться!

– Слушаюсь! – смиренно склонил голову Кроун. – Только прошу ваше превосходительство вернуть лишние пушки по возвращении с моря.

– Хорошо! – помедлив, кивнул Козлянинов. – Ты мне сейчас, главное, транспорт с порохом добудь!

Вернувшись на катер, Кроун велел построить матросов. Выйдя перед ними, произнес речь, весьма необычную:

– Вы хорошо знаете, как я блюду порядок и чистоту. Однако теперь на время предстоящего плавания приказываю все приборки отменить, а само судно загрязнить до последней крайности. К завтрашнему утру мы должны выглядеть как шаланда с помоями! За работу!

В течение ночи «Меркурий» изменился до такой степени, что утром команды стоявших рядом кораблей пребывали в полном недоумении, куда девался щеголь «Меркурий» и откуда появился на его месте грязный купец. «Меркурий», и впрямь, узнать было почти невозможно. Грязные борта и расхлябанный такелаж, заплеванная палуба, покрытые фальшивыми заплатами паруса и обтяжные парусиновые полосы по борту придали ему вид старого и потрепанного купеческого судна.

Отойдя на шлюпке от катера, Кроун внимательно осмотрел издали свое судно и остался доволен работой своих подчиненных:

– Теперь нас и мама родная не признает!

После полудня того же дня «Меркурий» вышел в море. Кроун спешил, пока в здешних водах шведы еще не были пуганы, а потому можно было собрать неплохой урожай призов. У крепости Вардер Кроуна ожидал первый успех. Удачно используя свою маскировку под купеческое судно, «Меркурий» сумел беспрепятственно сблизиться со шведским транспортом и захватить его. Шведский шкипер был поражен, когда в одно мгновение купец превратился в грозный рейдер. Ни о каком бегстве не могло быть и речи. Насмерть перепуганный шкипер готовился к худшему, но, когда увидел, что с ним обращаются вполне прилично и даже налили несколько чарок водки, расслабился. К тому же шкипера душила обида на свой военный флот, который обещал охранять торговое судоходство, но так ничего не сделал. От обиды и выпитого язык шкипера развязался, и он доверительно поведал Кроуну, что неподалеку бродит виновник его нынешних горестей – 40-пушечный шведский фрегат.

Призовое судно Кроун отправил в Эльсинор, а сам взял курс к острову Винго. Там Кроуну удалось, используя свою маскировку, заманить на борт местных лоцманов.