Наномашины, демоненок! Том 3 - Николай Васильевич Новиков

неё и дома их куча, мама задаривает. Сплетни? Да про кого, тут все зануды неинтересные. Издевательства и подколки? Да все либо сразу реветь, либо им плевать! Она даже над Максимом пыталась издеваться, но тому всё равно, что по камню долбить! Толку нет. А Теодор ей надоел в тот момент, когда начал навязываться.

Как бы Катя ни хотела признавать, но признать надо. В конце концов она уже взрослая, ей почти шесть!

Без Михаэля… всё не то. У него была лучшая реакция на всё, что любила Катя. Он не вёл себя как ребёнок, но и стоической взрослой реакции от него тоже можно не ждать. Вот прям… идеально! Идеально приставать, идеально задирать!

А сейчас, когда его нет… в садике тоскливо.

— Эх… — вздохнула девица, сидя на подоконнике и смотря в окно.

Она глянула на открытую дверь в третью игровую комнатку. Вот уж кто, а они духа не теряли.

Максим стоял в центре детского сборища и тихо шептал.

— Моя мама… позвонила его маме! — махал руками Смоленцев.

— О-о-о-о! — дети впечатлились.

— Мама сказала, что Михаэль жив и скоро вернётся! Так что… да, пусть его сейчас и нет, но слово его живёт! — он сжал кулаки вместе, будто что-то ломает, — Давайте! Дети…

— Вместе…

— Сила!

Катя вздохнула и покачала головой. Ну что за дураки… что за дети. И им почти шесть? Эх. Вот Катя уже взрослая… а они так… мелочь пузатая. Вот Катя уже взрослая…

Михаэль тоже вот взрослый был. А сейчас его нет…

Эх…

Да уж…

Но тут! Бах! Дверь в коридор резко открывается, и Катя, сидевшая в первой комнатке, резко поворачивается вместе с остальными детьми!

В дверях стоял… незнакомец.

Мальчик. Черноволосый, в круглых очках. На его губе была заживающая рана, на брови шрам, а костяшки кулаков содраны.

Он встал и внимательно оглядел садик, в котором не был вот уже почти год.

Леонид Морозов, пробуждённый в четыре года сирота, вернулся.

* * *

Примерно в то же время. Бездна.

Люксурия медленно ступила на каменную кладку Алушаниры.

Высокая беловолосая девушка с вишнёвыми, почти розовыми глазами огляделась. Её призвали. Суккубы, её дочери, её подчинённые. Она способна к ним перемещаться, а потому сейчас стояла на пороге того самого борделя.

Она знала, что здесь происходит в последнее время, и что затевает Пурсон. Поэтому она удивилась, когда не почуяла и не услышала музыки. Магия, которой Пурсон вводил всех в гипноз, пропала.

Наоборот — слышалась суета. Все кричали, бегали. Была суета! И Асмодее это не нравилось.

Она протяжно выдохнула. Невидимый розовый туман начал заполнять улицы, и отряд воинов с арбалетами, бежавший по улице… замер. Медленно, будто со скрипом, они повернули свои головы на источник дурмана, и, встретившись взглядом с женщиной…

Попадали на колени. Их ноги отказывали, а разум выворачивался… приказывал! Он шептал, он требовал!

Смотри.

На.

Похоть.

Только вот саму Госпожу не интересовали скучные, страшные и убогие демоны! Она их просто остановила из личного каприза, ей не нравится шум.

Нет, Люксурия искала ту скотину, которая отобрала у неё единственный шанс на Герцога! Единственный шанс на гордость! На агента в мире людей! Эту наглую, мелкую личинку Греха!

Ба-бах! Взрыв и грохот!

Женщина медленно поворачивается в сторону шума и видит, как разрываются ворота.

Её глаз дёргается. Ох… снова шум. Какая-то война. Да что за чёрт! Почему стены Алушаниры взрывают в её присутствии⁈

— Окружать, — щёлкает она пальцами.

Все, кто стоял перед ней на коленях, резко подскочили и побежали выстраивать круг вокруг своей госпожи!

Облако пыли начало рассеиваться, и за взорванными воротами медленно появлялся силуэт. Большой, огромный мужчина, явно гуманоидной формы. Выше Похоти, а она высока даже по меркам демонов. А это удивительно.

— Ну а ты ещё кто? — спросила она голосом, который невозможно не услышать.

— Похоть… — оскалился демон, — Ну что за чудесный день, ха-ха!

Облако осело. Незнакомцем оказался… незнакомец. Люксурия его действительно не знает. Но это действительно гуманоидный мужчина с огромными мышцами, хищной полуубыкой и увесистыми, но спиленными рогами.

Он с грохотом опустил секиру на землю, с интересом рассматривая Асмодею, повелительницу суккуб. Только вот была проблема…

Во взгляде был ЛИШЬ интерес. Без обожания и похоти.

— Двух зайцев разом убью, — улыбнулся он.

— Милый мой… — вздохнула Похоть, явно ощущая неприязнь этого демона, — Оно того не стоит. Поверь. Ты, конечно, большой и рогатый, выглядишь грозно, но дорогой, тебе сейчас бы с Пурсоном разобраться, — хмыкнула она, — А то ему не нравится когда его город…

— О, не переживай. Уже поговорили! Пурсон ОЧЕНЬ ждал и готовился к нашей встрече.

И хмыкнув, он снимает что-то со спины и швыряет к Похоти. Круглый объект летит сквозь пыль, падает и подкатывается прямо к ногам окруживших Люксурию демонов.

Отрубленная Голова Пурсона. Короля Гоэтии.

А вот сейчас уже дело приняло серьёзный оборот.

Похоть быстро поднимает голову и смотрит прямо в глаза незнакомцу! Её магия активируется, берёт под контроль тело мужчины и…

Он резко пробивает себе пальцами в глазницы и вырывает собственные глаза!

— Х-ха?.., — даже Похоть вскинула брови, — Ты ваще поехавший⁈

— Жалкий трюк, проститутка, — прорычал незнакомец, — Думаешь мне нужны глаза, чтобы справиться с королевой всех борделей?

— Ты типичный тупой идиот! Думаешь раз Похоть — то обязательно проститутка и неверность? Жалкий мужлан! — а вот это её задело, — Похоть — про сексуальность, раскрепощённость и удовольствие! Это не обязано быть…

— Бла-бла-бла, да хватит п*здеть!

«Женщина» оскорбилась ещё сильнее, что отразилось на её распахнутых больших глазках.

— Тупой мужлан! — заорала она, — Что тебе здесь вообще надо⁈ Ты вообще кто⁈ Как ты убил Пурсона⁈

— Я тот, кто ГОДАМИ ждал Его пришествия! Ждал, когда появится Тот, Кто Убивает! И я пришёл за ним! Но