Полководцы Победы - Леонид Михайлович Млечин

Осенью 1923 года Владимира Колпакчи назначили комиссаром 3-й Туркестанской стрелковой дивизии, потом перевели в штаб войск Восточно-Бухарской группы.

Михаил Васильевич Фрунзе присоединил к Советской России территории бывших вассалов Российской империи – Хивинского ханства и Бухарского эмирата. Но проблема возникла с так называемыми басмачами – это отряды местных жителей, которые хотели сохранить свою независимость. «Басмачи представляли собой сплошь партизанские отряды, почти исключительно конные, – вспоминал бывший генерал-лейтенант царской армии Федор Федорович Новицкий, который у Фрунзе был начальником штаба. – Противник этот был зачастую совершенно неуловим и буквально на глазах наших отрядов иногда растворялся в окрестных селениях, немедленный повальный обыск коих часто не давал никаких результатов».

Псевдоним – «Мавр»

В 1925 году Колпакчи поступил в Военную академию имени М. В. Фрунзе. После окончания служил в Белорусском военном округе: командир дивизии, заместитель начальника штаба округа.

Осенью 1936 года комбрига Колпакчи командировали в республиканскую Испанию, где военные подняли мятеж. Им помогали фашистская Италия и нацистская Германия.

В Испании Колпакчи воевал вместе с будущим министром обороны маршалом Родионом Яковлевичем Малиновским. Под псевдонимом «Мавр» он служил советником заместителя начальника Генштаба, командира армейского корпуса.

Генерал-майор артиллерии доктор военных наук Михаил Поликарпович Ботин вспоминал испанские события:

«Существовала угроза выхода итало-фашистов на Гвадалахару, откуда дорога на Мадрид оставалась открытой. Противник имел здесь многократное превосходство в силах. Было решено перебросить под Гвадалахару уже испытанные в боях зенитные батареи немецких, французских и чехословацких антифашистов.

Я отправился к нашему общевойсковому советнику комбригу Колпакчи за получением боевой задачи.

– Привет сердечный зенитчикам. Вы здесь очень нужны, – улыбнулся комбриг. – Давайте-ка сразу к делу. Смотрите на карту.

Колпакчи показал, где разместить зенитные батареи.

Предупредил: на главном направлении наступления итальянцев возможен прорыв их танков. Ваши батареи должны быть готовы к отражению их атак».

Нацистская Германия перебросила на помощь испанским мятежникам современную авиацию. Испания стала своего рода испытательным полигоном нового оружия и тренировочной базой, где солдаты и офицеры вермахта проходили боевую обкатку. Немецкий легион «Кондор» испытывал новые самолеты и осваивал методы ведения воздушного боя. Офицеры люфтваффе именно в Испании разработали тактику поддержки авиацией наземных войск.

«Вражеские самолеты сваливались с неба, как коршуны, снижались до бреющего полета, обрушивая свой огонь на боевые порядки республиканцев, – вспоминал генерал Ботин. – Мы, зенитчики, взяли на себя всю тяжесть борьбы с низколетящими самолетами. Летчикам отводилась задача сбивать самолеты противника, начиная с высоты от 500 метров и выше.

Выполняя указания комбрига Колпакчи, основные усилия зенитных батарей мы сосредоточили на решающем направлении. Сражение под Гвадалахарой закончилось. Разгром 60-тысячного итало-фашистского корпуса означал провал очередной попытки мятежников овладеть Мадридом».

Командующий армией

После Испании комдив Колпакчи служил в Забайкальском военном округе.

Маршал Иван Степанович Конев вспоминал, как в 1940 г. ду он вступил в командование войсками округа. В Забайкалье формировалась 16-я армия, которой командовал генерал-лейтенант Михаил Федорович Лукин, военачальник с яркой, но трагической судьбой. «Одним из корпусов в армии командовал Владимир Яковлевич Колпакчи, – рассказывал Конев. – Гибкий, умный, находчивый, отлично подготовленный командир. Корпусом командовал уверенно».

В декабре 1940 года генерал-майора Колпакчи утвердили начальником штаба Харьковского военного округа. Войну он начал в должности начальника штаба только что сформированной 18-й армии. Штаб армии составили офицеры органов управления Харьковского округа. В ее состав из Киевского особого военного округа передали 17-й стрелковый и 16-й механизированный корпуса, 64-ю истребительную и 45-ю смешанную авиационную дивизии.

В первые недели и месяцы войны 18-я армия вела тяжелые оборонительные бои с превосходящими силами противника. Вот когда Колпакчи освоил науку жесткого сопротивления, умение наносить чувствительные контрудары, уничтожать живую силу и технику врага. 18-й армией командовал генерал-лейтенант Андрей Кириллович Смирнов, который служил офицером еще в царской России. Но силы были неравны. Основные силы армии оказались в окружении. В начале октября в Запорожской области генерал Смирнов, прорываясь из окружения, погиб. Начальник штаба 18-й армии генерал Колпакчи доложил командованию: «Оперативная группа Штаба армии с частями 274-й стрелковой дивизии прорвалась на восток. Командарм Смирнов убит».

Вся ответственность за бойцов и командиров армии легла на Колпакчи.

В те тяжелые дни пересеклись судьбы генерала Колпакчи и одного из самых знаменитых летчиков – будущего трижды Героя Советского Союза маршала авиации Александра Ивановича Покрышкина. 4 октября 1941 года его истребитель был подбит в воздушном бою. Покрышкин сумел посадить машину прямо в поле – недалеко от линии фронта. Он хотел вывезти свой самолет на грузовике, но оказавшиеся в окружении части 18-й армии отходили. И ему пришлось сжечь самолет. Он запомнил командующего 18-й армией: «Высокий, статный… Генерал вопросительно смотрит на меня красными, воспаленными от пыли и недосыпания глазами».

Вместе с Колпакчи и 18-й армией будущий маршал авиации пробивался к своим. Владимир Яковлевич вывел из окружения штаб армии и личный состав с боевой техникой». И в декабре 1941 года был утвержден начальником штаба Брянского фронта.

Маршал Покрышкин потом говорил: «Тот, кто не воевал в 1941–1942, не знает настоящей войны». В 18-ю армию начальником политотдела назначили полковника Леонида Ильича Брежнева, поэтому эта армия вошла в историю.

«Представить к награждению»

В мае 1942 года генерал Колпакчи принял под командование 62-ю армию, которой предстояло сыграть решающую роль в Сталинградской битве.

К Волге рвалась 6-я немецкая армия, которой командовал генерал Фридрих Паулюс. Он прошел Первую мировую и вошел в число тех офицеров, которых после поражения Германии оставили служить в рейхсвере, численность которого была ограничена Версальским договором. Паулюс командовал ротой и батальоном, служил начальником штаба в корпусе генерала-танкиста Гейнца Гудериана. Так Паулюс оказался в кругу молодых офицеров, которые делали ставку на наступление и видели в танковых и моторизованных частях универсальный инструмент успеха на поле боя.

Немецких танкистов поддерживал фюрер.

Адольф Гитлер, увидев танки на маневрах, восхищенно произнес:

– Вот то, что мне нужно! Вот то, что я хочу иметь!

Фридриха Паулюса генерал Гудериан считал добросовестным и трудолюбивым, но полагал, что в боевых условиях ему не хватит решительности, жесткости и командирского опыта. «Быстрый Гейнц», как называли Гудериана в армии, оказался прав. Паулюс будет разгромлен.

Но пока что Паулюсу покровительствовал генерал-фельдмаршал Вальтер фон Рейхенау, назначенный командующим группой армий «Юг». В результате тот, не командовавший ничем крупнее батальона, был произведен в генералы танковых войск и поставлен командовать 6-й армией.

Паулюс начал наступление на Сталинград. Перед войсками Сталинградского фронта стояла одна задача: не пропустить немцев к Волге. 62-я армия Колпакчи оказалась на направлении главного удара вермахта. И поначалу преимущество было на стороне Паулюса. Сталин был крайне недоволен. 28 июля 1942 года он подписал