Душелов. Том 6 - Emory Faded

— Ничего страшного. Я всё понимаю. К тому же, я спросила не об этом.

— «Не об этом»? — не поняв, удивилась она. — А о чём же тогда?..

— Почему ты опоздала? — и следом уточнила: — Элизабет разве тебе не сообщила точное время начала семейного совета?

— Сообщила, но… я ведь написала, что у меня срочные дела. И… честно говоря, не совсем вообще понимаю, что ещё за «семейный совет» такой?..

— Это как раз одна из важных тем, которые мы на нём обсудим. Однако сейчас речь не об этом. Вместо этого, лучше ответь вот на что: неужели твои «срочные дела» действительно были столь важны, что из-за них можно было задержаться? Ведь вместе с этим ты задержала и всех нас, буквально заставив тратить наше время на ожидание одной тебя.

— Я…

— Или, может быть, ты вовсе считаешь, что важнее всех нас? А?

— Нет… конечно же нет… Я…

— На колени.

— Что?..

— Я сказала: на колени, — и процедив это всё с той же добродушной улыбкой на лице, положила ей руку на плечо.

В следующий момент Виолетта, даже не успев осознать произошедшее, с грохотом упала на колени, едва успев в последний момент подставить руки. Испытывая боль и ужасающее давление в плече, она подняла голову, со страхом в глазах взглянув на девушку перед ней.

Карэн же, присев на корточки рядом с ней и посмотрев ей в глаза, мило при этом держа руки на коленях, заговорила:

— Вот это — твоё настоящее положение в этом доме. И то — оно такое лишь потому, что я не потерплю, чтобы даже в голову к самой тупой твари, при виде нашей семьи, с чего-то вдруг закралась мысль о том, что мы вчетвером не способны нормально удовлетворить своего мужчину настолько, что ему на стороне приходиться заводить сранных шлюх. Поэтому в этом доме никогда не будет ни ебучих наложниц, ни их чёртовых бастардов. А значит, тебе придётся соответственно статусу одной из жён — пускай и самой младшей — хочешь ты того, или нет. Ты поняла?

Неожиданный поток далеко не самой обыденной информации ошеломил Виолетту. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы наконец начать кивать, а после ещё столько же, дабы негромко ответить в слух:

— Да… Я поняла…

— Ну вот и славно! — улыбнувшись чуть пуще прежнего, она в мгновение ока поднялась и добродушно протянула ей руку.

Виолетта некоторое время нерешительно смотрела на неё, переодически переводя взгляд на её удивительно яркие зелёные глаза, сильно контрастирующие с её чёрными волосами. И всё же, решившись, взялась за её небольшую, аккуратную ручку, вскоре следом за этим оказавшись на ногах.

— Теперь можно и к остальным! — произнесла Карэн, сложив пальцы рук вместе.

— Угу…

Пройдя в гостиную, Карэн под пристальными взглядами остальных присела по центру дивана. Посмотрев на Виолетту, что остановилась рядом с диваном, то ли ища взглядом поддержки у других, то ли не желая садиться рядом с Карэн, она похлопала рукой по месту рядом с собой, и выбора у Виолетты не осталось — аккуратно, словно боясь ненароком потревожить голодного хищного зверя, она нерешительно присела рядом с ней.

— Что ж, раз наконец все в сборе, то предлагаю не тянуть и начать наш первый семейный совет! Есть возражения? — обведя всех взглядом, не увидев и не услышав возражений, продолжила: — В таком случае — мы начинаем! Только… с чего бы начать, хм? Наверное с того, что вообще из себя представляет наш «семейный совет».

— Нет, — неожиданно высказалась Элизабет. — Это, бесспорно, важный вопрос, но сейчас всех нас интересует кое-что более важное. Так что, думаю, стоит начать именно с этого.

— Хм… резонно, — кивнула она. — Тем более, что стоит мне попробовать замять его, как вы всё равно в скором времени соберётесь вместе и в любом случае обсудите его. Только уже без меня. К тому же, я бы хотела минимизировать наличие лжи и секретов в нашей семей, насколько это вообще возможно. Так что давайте, спрашивайте — я же постараюсь ответить на всё так, как есть.

Все девушки, кроме неё, переглянулись между собой, и Элизабет спросила:

— Что произошло в доме твоей семьи? Дело же именно в том, что произошло в нём?

— Да. Из-за этого Мика сейчас находиться без сознания и очнётся ещё не скоро; из-за этого же от него пахнет перегаром; из-за этого Ева сейчас вместе с нами; и, конечно же, из-за этого же во мне произошли изменения, которые вас, очевидно, тревожит.

— «Тревожит», ха… — усмехнулась Ева. — Уверена, что подобные эвфемизмы сейчас к месту?

— А что, у тебя есть какие-то возражения по этому поводу?

— Нет-нет, ни в коем случае. Никаких возражений. Как ты могла такое подумать? Или теперь к тебе стоит обращаться на «вы»?

Карэн, приоткрыла рот, уже собираясь что-то ответить, но после закрыла его, слегка усмехнулась и сказала:

— Рада, что твоё моральное состояние улучшилось. Надеюсь, физическое тоже пошло на поправку? — и увидев, что уже на это Ева промолчала, а улыбка сошла с её лица, отвела от неё взор: — Вернёмся к изначальной теме. Сейчас я вам вкратце перескажу самое важное, мы это обсудим и перейдём к следующим темам. А уже после, в самом конце, если вы захотите, вернёмся к этой теме, обсудив её вплоть до самых мелких деталей. Хорошо? — увидев в ответ кивки всех собравшихся, продолжила: — Тогда слушайте. Когда я прибыла домой, меня встретили родители. Всё было ожидаемо — слёзы радости вперемешку с нравоучениями и бесконечными вопросами, что да как. Но было и кое-что необычное — в доме помимо нас присутствовала ещё одна женщина. Поначалу я не поняла, кто это — тут сыграли и охватившие меня эмоции и то, что она изменилась внешне, теперь выглядя старше, чем я видела её на фотографиях — но потом, когда мне вскользь представили её, я и сама всё осознала. Этой женщиной была мама Мики.

— Что⁈ — вскрикнула Алиса. — Его мама⁈ То есть… Роуз Мёрфи?..

Вместе с этим интерес остальных так же резко возрос. Особенно — у Евы, что стала выглядеть ещё серьёзнее, чем прежде.

— Да.

— Но… её ведь вместе Майклом Мёрфи никто не