В поисках советского золота. Генеральное сражение на золотом фронте Сталина - Джон Д. Литтлпейдж

во всем, что касалось российских интересов. Прежде всего, русские построили вдоль маньчжурской границы такую же сильную линию обороны, как та, которую они сейчас возводят вдоль европейских границ. Они создали мощную подготовленную армию на Дальнем Востоке, почти полностью независимую от армии на европейской территории. Таким образом, им удалось предотвратить нападение Японии на их свои дальневосточные территории, богатые природными ресурсами.

Я слышал утверждения, что советское население на Дальнем Востоке настолько недовольно своим положением, что приветствовало бы японское вторжение. Это неправда. Я беседовал с сотнями советских граждан, живущих вдоль рек Амур и Шилка и во всех горнодобывающих регионах Забайкалья. Многих из этих людей не назовешь горячими приверженцами советской власти, но они предпочитают ее японской. Они помнят оккупацию японцами Восточной Сибири, длившуюся до 1922 года. Японские военные действовали так жестоко, что остались врагами для многих поколений местных жителей.

Один старатель средних лет, работающий на реке Шилка, поделился своими воспоминаниями о японцах. Японский гарнизон находился недалеко от города, где он жил во время оккупации. Военные этого гарнизона во время отдыха брали оружие и поднимались на склон холма, откуда открывался вид на город. Оттуда они стреляли по людям на улицах и радовались, когда попадали в цель. Подобные инциденты заставили местных жителей, даже не коммунистов, поддержать русских в Восточной Сибири в борьбе с японцами.

Принятые Советским Союзом меры в сочетании с международными событиями заставили Японию перенести свое внимание с советской территории на китайскую. Японцы решили, что Китай легче захватить, чем советский Дальний Восток. У русских была мощная линия обороны вдоль маньчжурской границы и, по-видимому, также вдоль границ Монголии, и к этому еще сильный воздушный флот. Что касается защиты собственной территории, им достаточно было только стоять на страже. Но как строители империи они не удовлетворились этим и вмешались в борьбе между Японией и Китаем.

Японцы, естественно, планировали свою кампанию в Китае в течение нескольких лет. Их план состоит в том, чтобы свергнуть китайское правительство, захватив его столицу, все порты, железные дороги и крупнейшие реки, что современная военная держава может сделать без особого труда, поскольку китайская регулярная армия способна оказать лишь временное сопротивление.

Таким образом, китайское правительство отступало все дальше и дальше вглубь страны, в провинции, куда то же самое правительство ранее оттеснило китайских коммунистов. Эти внутренние провинции и регионы, названия которых неизвестны большинству людей, даже китайцев, стали ареной борьбы за выживание того, что осталось от китайского правительства. Русские и британцы, исходя из своих интересов, в равной степени заинтересованы в том, чтобы сохранить китайское правительство как преграду доминированию Японии в Китае.

Так что же произойдет в этих отдаленных внутренних регионах Центральной Азии, находящихся под номинальным китайским контролем? Представляется вероятным, что, скорее всего, произойдет то же самое, что и в азиатских регионах России. Китайское правительство, отрезанное от побережья, рек и железных дорог, начнет осваивать эти внутренние районы, строить пути сообщения. На самом деле они уже начали это делать с помощью русских на севере и британцев на юге.

В авторитетных газетах появились достоверные сообщения о том, что провинция Синьцзян объединяется с прилегающими северо-западными китайскими провинциями под руководством китайского правительства, которому помогают русские. Это правительство, похоже, скоро окажется под влиянием китайских коммунистов, точно так же, как правительство Монголии оказалось под влиянием монгольских коммунистов. И эти коммунисты, если придерживаются своих интересов, прежде всего последуют указаниям коммунистического главного штаба в Москве.

Так что русские, как и до революции, будут продолжать продвигаться в Азию. Сейчас у них другое правительство и другая идеология, но они разделяют с царским российским правительством стремление создать для себя империю в Азии.

Азиату Сталину не интересна Европа. Она перенаселена, уже цивилизована, экономически развита и переполнена соперничеством и ненавистью. Но российская часть Азии, вместе с обширными прилегающими внутренними провинциями и зависимыми странами поверженного Китая, почти пуста и богаче природными ресурсами, чем подозревали еще несколько лет назад.

Здесь находится сырье для великой новой империи, и русские были заняты закладкой ее основ в течение тех лет, что я работал в Азиатской России. Они ушли из Северной Маньчжурии под давлением Японии, потому что были слишком плохо подготовлены к войне. Но когда год спустя японцы оказали давление на Монголию, русские почувствовали себя достаточно сильными, чтобы бросить им вызов, и японцы отступили.

Теперь японцы сделали ставку на вторжение в Китай. Для русских это означает, что их империя в безопасности. Но они не станут рисковать. Они следят за тем, чтобы Япония прочно застряла в Китае, укрепляя китайское правительство, оттесненное во внутренние провинции, где только Россия может оказать ему реальную помощь. Помощь России, созидателя империи, принимают китайцы даже тех классов, которые ранее презирали помощь России, коммунистической державы. Таким образом, Россия гарантирует себе время, необходимое для развития своих обширных, потенциально процветающих азиатских земель, почти незаселенных и даже не разведанных несколько лет назад.

Глава 25

Коммунистическая гражданская война

За последний год моего пребывания в России я два или три раза на короткий период приезжал в Москву. Нас приглашали на различные общественные мероприятия американского сообщества, и я обнаружил, что московские американцы непрерывно обсуждают процессы русских заговорщиков, которые начались в августе 1936 года и за которыми последовали сотни тысяч арестов во всех частях России.

Эти дискуссии оказывались освежающими для меня, поскольку я приезжал из Азиатской России, где неделями, а то и месяцами общался исключительно с советскими гражданами. Эти американцы, как дипломаты, так и корреспонденты газет, высказывали самые разные мнения. Они яростно спорили, горячились из-за этого и пытались перекричать друг друга. Это было очень увлекательно.

Контраст между этим американским кружком и российскими общественными группами в то время был огромен. Общенациональная охота на заговорщиков, естественно, больше касалась русских, чем американцев, но русские не вели никаких дискуссий. В частном порядке, как и публично, все они повторяли официальные доводы, опубликованные в советских газетах. Никакого столкновения мнений не было по той простой причине, что русские никогда не знают, не окажется ли какой-нибудь знакомый агентом органов государственной безопасности, поэтому не обсуждают такие вопросы с согражданами.

И лишь изредка высказывают свое мнение наедине с иностранцами.

Московские американцы примерно поровну разделились в вопросе о том, были судебные процессы по делу о заговоре чистой воды фальсификацией или нет. Я с интересом слушал их споры по этому поводу. Некоторые утверждали, что никакого заговора не было, что обвиняемые никогда не совершали ничего противозаконного, только критиковали Сталина и