Монгольское нашествие на Русь и Европу - Андрей Алексеевич Шестаков

В 1243 г. Ярослав Всеволодович Переяславский отправился с богатыми дарами в Орду, где получил от Бату ярлык[410] на великое княжение.

В дальнейшем князья ездили в Орду для утверждения в правах на свое княжество, с целью доставки дани, с жалобами друг на друга, а также по вызову хана в связи с различными обвинениями со стороны других князей или баскаков. При этом вассальная зависимость и лояльная политика князя по отношению к Орде гарантировались приездом самого князя и/или его сыновей, младших братьев, племянников, становившихся заложниками в Орде.

Так было положено начало вассальному подчинению Руси Орде. Русские княжества потеряли право воевать, должны были предоставлять войска для ордынских походов и регулярно уплачивать дань ханам. Для обеспечения этого в центрах стратегического значения Руси (Владимире, Курске, Муроме, Рязани, Суздале, Твери) были размещены баскаки[411].

В 1245 г. Ярослав Всеволодович отправился в Каракорум к великому хану для утверждения его в качестве великого князя[412]. Осенью 1246 г. на обратном пути из Каракорума Ярослав умер.

Осенью следующего года сыновья Ярослава Андрей и Александр независимо друг от друга поехали в Орду за ярлыком на великое княжение. Бату не стал разрешать этот спор, а отправил братьев к великому хану.

В Каракоруме владимирский стол в обход старшего брата – Александра получил Андрей. Большинство историков объясняют это тем, что решение принимала регентша Огуль-Гаймиш – вдова Гуюка, которая, так же как и ее покойный муж, враждебно относилась к Бату. И она, зная, что Александр – ставленник Бату, предпочла отдать великое княжение Андрею.

В 1251 г. великим ханом был избран сторонник Бату Монке. Вскоре после этого Бату послал против Андрея Ярославича войско. Андрей попытался организовать сопротивление, но его поддержал только брат – тверской князь Ярослав Ярославович. Летом 1252 г. недалеко от Переяславля войско тверичей и переяславцев было разгромлено татарами, которые после этого захватили и разграбили город. Андрей бежал сначала в Новгород, а потом в Швецию. Александр стал великим князем. В конце этого же года татарский отряд под командованием одного из внуков Джучи – Куремсы, улус которого располагался в междуречье Днепра и Днестра, разорил окрестности Кременца.

В 1253 г. на курултае в Монголии было принято решение провести общую перепись населения всех покоренных монголами стран, чтобы упорядочить систему налогообложения. Эта перепись проводилась чиновниками, присылаемыми из Монголии, и имела целью создание единой податной системы на всей территории Монгольской империи. Параллельно переписи создавалась новая фискальная организация – назначались десятники, сотники, тысячники и темники (вероятно, из местных кадров), призванные обеспечить сбор налогов и, возможно, мобилизацию населения.

В 1255 г. перепись началась в Северо-Восточной Руси и сопровождалась разрозненными и неорганизованными волнениями местного населения. В первой половине 1255 г. Галицко-Волынское княжество вновь подверглось нападению со стороны Куремсы. Татары опустошили окрестности Владимира и Луцка, но сами города взять не смогли и, потерпев несколько поражений от Даниила Романовича Галицкого, ушли в степь.

В начале 1256 г. умер первый правитель Золотой Орды Бату. Ханом стал его сын Сартак, который вскоре также умер, отравленный своим дядей Берке, а правителем стал сын Сартака малолетний Улагчи.

В 1257 г. перепись началась в Новгороде, это вызвало взрыв возмущения горожан. Ордынские численники смогли приехать в Новгород только в сопровождении великого князя Александра Ярославовича и его дружины. Тем не менее в этот раз новгородцы сумели подкупить татар богатыми дарами и убедили их не проводить перепись.

В конце 1257 г. – начале 1258 г. Улагчи скоропостижно скончался и ханом стал Берке.

Зимой 1258 г. на границе Галицко-Волынского княжества появилось большое татарское войско под командованием Бурундая, который потребовал, чтобы русские войска участвовали вместе с ним в походе на Литву. Князь Даниил Романович отправил вместе с татарами войско под командованием своего младшего брата Василько.

«Монгольские феодалы применили по отношению к Галицко-Волынской Руси метод насильственного союзничества. Прямым объектом нападения при этом служили владения Литвы, Польши и Венгрии, куда золотоордынские войска проходили через русские земли, привлекая к участию княжеские силы. Таким методом достигались различные цели:

во-первых, ослабление русского военного потенциала в сражениях с соседями;

во-вторых, поддержание напряженных отношений между Русью, Польшей, Литвой и Венгрией, что гарантировало от объединения их в антиордынскую коалицию;

в-третьих, прохождение золотоордынских войск через русскую территорию, а порой и длительная задержка их на ней значительно подрывали местную экономику, так как грабежи и бесчинства при этом были обычным и даже поощряемым явлением»[413].

В этом же году новгородцы под угрозой карательного похода вынуждены были согласиться на проведение переписи.

В конце 1259 г. Бурундай пришел опять. На этот раз он намеревался напасть на Польшу. На встречу с Бурундаем отправились Василько Романович и сын Даниила – Лев. Бурундай потребовал от них разрушить городские стены во Владимире-Волынском, Данилове, Кременце, Луцке, Львове, Стожске. После того как это было сделано, татары продолжили поход против Польши. В этом походе приняли участие Василько Романович, Лев Даниилович, Роман Даниилович.

Весной 1262 г. сначала в Ростове, потом в Ярославле, затем в других городах Северо-Восточной Руси – Владимире, Костроме, Переяславле, Суздале, Устюге – произошли антиордынские выступления, связанные с злоупотреблениями откупщиков татарской дани, которыми были в основном еврейские и мусульманские купцы[414]. Серьезных столкновений с татарами во время этих выступлений не было, откупщиков просто выгнали. Берке учел опыт этих выступлений и в следующем году изменил порядок сбора дани, отдав ее на откуп русским князьям.

«Ханские власти быстро поняли всю выгоду такого решения для Орды:

во-первых, отсутствие собственных хлопот,

во-вторых, гарантия прекращения восстаний и полное повиновение русских,

в-третьих, наличие конкретных ответственных лиц (князей), которых всегда легко, удобно и даже «законно» можно было привлечь к ответственности, наказать за невзнос дани, а не иметь дело с труднопреодолимыми стихийными народными восстаниями тысяч людей»[415].

Впрочем, существует и другая точка зрения на то, когда баскаки появились на Руси:

«До событий 1262 г. на северо-востоке Руси необходимости в баскаках в этих землях не было, дань ордынскому хану поступала регулярно. В результате городских восстаний 1262 г. и ослабления княжеской власти после кончины Александра Невского регулярные поставки оказались под угрозой срыва, и монголы поставили своих особых чиновников – баскаков – контролировать этот процесс. Можно сказать, что на северо-востоке Руси баскаки появились во второй половине XIII в. С усилением княжеской власти при Иване Калите в первой половине XIV в. необходимость в надзоре баскаков отпала.

Функция баскаков – надзор за сбором дани – не переходит к русским князьям, они изначально имели эту обязанность. Баскаки появились тогда, когда с этой обязанностью русские князья перестали справляться, и исчезли, когда