Крипта. Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном - Андрей Вячеславович Захаров

С другой стороны, еще в начале 1990-х Киналь создал IT-компанию «Эврика», которая заняла один из корпусов советского оборонного предприятия «Ленинец» и стала плотно сотрудничать с силовыми структурами, включая ФСБ, МВД, ФСО и Минобороны (поставки компьютеров, принтеров, досмотрового оборудования и т. д.). В МВД в советское время служил один из его партнеров Евгений Пеньковский, а другой, Алексей Николаев, — классический айтишник, в восьмидесятые работавший в научно-исследовательском институте физики при ЛГУ (в будущем — СПбГУ). Киналь, имевший как минимум экономическое образование, выполнял функции финансового директора. В нулевые у «Эврики» действительно был офис в здании городского суда Петербурга. И именно в «Эврике», если верить расследованию издания The Insider[111], одно время якобы работал хакер, имевший отношение ко взлому почты избирательного штаба Эмманюэля Макрона[112]. В самой «Эврике» эту информацию потом отрицали.

Когда «Дождь»[113] в 2018 году спросил Киналя про этого хакера, тот ответил, что не знает его, а комментарий готов давать только про разведение пчел, потому что увлекается пчеловодством и пасекой[114]. Довольно миролюбивое увлечение для человека, который, помимо IT-бизнеса в сотрудничестве с силовиками, входил в органы управления нескольких радиоэлектронных оборонных предприятий и был помощником гендиректора концерна «Алмаз-Антей», где производятся средства ПВО.

Конечно, неправильно связывать людей только потому, что они друг у друга покупают квартиры (Киналь — у Гены Петрова, а Соколов — у Киналя). Пусть и в «главном доме страны», где кто-то из жильцов периодически выставляет свои элитные апартаменты на продажу. Более того, в 2022 году та самая Светлана Кривоногих пыталась сдать свою трехэтажную квартиру в аренду за 700 тыс. рублей в месяц, но после того, как я об этом написал на Би-би-си и опубликовал фотографии помпезных и одновременно безвкусных интерьеров, объявление было снято[115].

На «главном доме страны» коллекция элитной недвижимости Соколова не заканчивается. На том же Каменном острове и все в том же 2021 году он приобрел две квартиры общей площадью 280 кв. м в историческом комплексе «усадьба Свиягина» — даче в стиле модерн, построенной накануне революции 1917 года. По соседству располагается еще несколько таких дач, и они тоже по-своему знаковый объект — каждый гражданин России видел их в советских фильмах вроде «Приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона», где они изображали Лондон и другие европейские столицы.

По версии следствия, конечный собственник всей этой недвижимости — не Соколов, а сам Билюченко. Но если это так, то Соколов — весьма необычный «дроп», то есть номинал: на него не просто записывают люксовые квартиры, но и позволяют в них жить. Из утечки «Яндекс. Еды» следует, что Соколов заказывал продукты в обе квартиры напротив Летнего сада — и в ту, что некогда принадлежала Сергею Шнурову, и в ту, что расположена в «медведевском доме». И в любом случае, даже если он «дроп», он должен был откуда-то возникнуть в жизни Билюченко.

Я стал искать его фотографию и после долгих поисков в аккаунте его сводного брата нашел снимок, сделанный примерно тогда, когда Сатоши Накамото только представил миру биткоин. С фотографии на меня смотрел тот самый «Призрак», с которым я встречался в 2019 году в Петербурге, после чего у меня оказались материалы уголовного дела о крахе Wex с показаниями Билюченко.

Здесь важно сделать замечание. Журналистская этика запрещает раскрывать имена источников, если они сами об этом не попросили. Эта норма даже закреплена в российском законе «О СМИ», по которому журналист обязан выдать имя источника только по решению суда. Этот кодекс этических и юридических правил призван защитить тех, кто, рискуя, приносит в медиа общественно значимую информацию. Почему я решил впервые в жизни нарушить этот кодекс и рассказать, кем был «Призрак»? Потому что я думаю, что Соколов — это никакой не «дроп», а возможно, не менее ключевой персонаж в истории BTC-e/Wex, чем Винник и Билюченко. И общественный интерес — судьба миллиардов, которые принадлежали десяткам тысяч простых клиентов криптобиржи, — на мой взгляд, важнее, чем правило нераскрытия источников.

Что известно о Дмитрии Соколове? Он чуть младше Билюченко: когда его имущество арестовали весной 2022 года, ему было 38 лет. Родился и вырос в Тюмени. У Соколова одновременно дерзкий и мягкий взгляд, и он может как-то внутренне регулировать этот дуализм, то общаясь с тобой доверительно и задушевно, то включая какого-то сибирского пацана с улицы Ленина. Про его отца ничего не известно: его мать повторно вышла замуж и работала в нулевые ведущим документоведом в местном управлении кадастровой палаты.

Соколов выбрал не такую мирную профессию: он закончил тюменскую академию МВД и примерно в середине нулевых пошел работать оперуполномоченным в отдел по борьбе с организованной преступностью ГУВД по Тюменской области. Карьера закончилась спустя несколько лет, когда он попал в ДТП и вроде как сбил своего коллегу по ведомству, рассказала мне его тюменская знакомая. Его уволили из органов, он остался в Тюмени и спустя несколько лет, в 2014 году, устроился директором местной сети алкомаркетов «Клюква».

Его экс-коллега вспоминал в разговоре со мной, что Соколов явно сам собирался открывать подобное заведение, интересовался, как работает рынок алкоголя, но в итоге согласился на роль управляющего в чужом бизнесе. «Безумно ответственный, очень быстро располагал людей, все KPI исполнял», — рассказал он. Сеть работала по той же хитрой схеме, что и тысячи подобных заведений по всей стране: там можно было купить пиво, вино или водку в ночное время (в Тюмени запрет на продажу действует с 23 часов), но нужно было открыть бутылки, как будто ты пришел в бар, а не в магазин. В сентябре 2014 года какой-то гражданин провернул эту схему с бутылками вина «Каберне Тамани» и водки «Беленькая Люкс» в одной из точек на окраине Тюмени, а потом пожаловался в управление потребительского рынка Тюменской области. Чиновники оштрафовали «Клюкву», но Соколов попробовал опротестовать это решение через суд и лично ходил на заседания.

Обычная скучная жизнь директора сети алкомаркетов. Но даже коллегам он не казался стандартным управляющим. «Однажды он взял на работу в “Клюкву” молодого парня, который буквально спал где-то под трубами: тот был откуда-то из-под Тюмени, попал в тюрьму и после отсидки не хотел возвращаться обратно. Парень на работе закрепился и потом постоянно поднимал тосты за Соколова, — такую историю вспомнил его тюменский знакомый. И