Крах Третьего рейха - Сергей Яковлевич Лавренов

Прибывшие в штаб английских войск немецкие посланцы имели четкую задачу: организовать сдачу союзникам трех немецких армий, ожесточенно сражавшихся с советскими войсками. Монтгомери подчеркнул главный  принцип, которым руководствовались союзники в отношениях с немцами, — капитуляция немецких войск должна осуществляться только перед теми войсками союзников, которые непосредственно ведут с ними боевые действия. Соответственно, перед английскими войсками во главе с Монтгомери могли капитулировать только немецкие армии в Голландии, северо-западной части Германии и в Дании.

Английский полководец предупредил немецких эмиссаров, что если они не капитулируют, то огромное количество немецких солдат и гражданского населения погибнет.

С ответом Монтгомери немцы вернулись во Фленсбург, где доложили обстоятельства дела адмиралу Деницу и фельдмаршалу Кейтелю.

4 мая в 17.30 четыре немецких посланца опять вернулись в расположение британских войск. Примерно через час условия капитуляции всех немецких войск непосредственно перед британскими войсками были согласованы и подписаны. Итак, немецкие войска в Голландии, Дании и северо-западной части Германии готовы были сложить оружие с 8.00 5 мая.

4 мая на имя начальника Генерального штаба Красной Армии поступило письмо от генерала Эйзенхауэра:

«Уважаемый генерал Антонов!

Все немецкие войска в северо-западной Германии и Дании только что сдались фельдмаршалу Монтгомери. Военные действия прекратятся завтра, 5 мая. Фельдмаршал Монтгомери информировал меня, что представитель адмирала Деница прибудет завтра, 5 мая, в штаб союзников для переговоров о дальнейших капитуляциях, что является намеком на то, что все остальные вооруженные силы противника желают капитулировать. Я намереваюсь информировать этого представителя, что адмиралу Деницу следует установить связь с русским Верховным Командованием по поводу капитуляции всех войск, противостоящих сейчас Красной Армии, в то время как я приму капитуляцию всех войск, находящихся на Западном фронте,  включая Норвегию. Капитуляция, которую я приму, будет чисто военной, и будет ясно дано понять, что она будет совершенно независимой от политических и экономических условий, которые будут предложены Германии руководителями союзных стран. Я считаю, что было бы чрезвычайно желательным, чтобы капитуляция немцев на русском фронте и капитуляция их на нашем фронте были точно согласованы по времени, с тем чтобы военные действия были прекращены одновременно. Естественно, что в целях спасения жизней этот день и час должны быть возможно более близкими. Представитель Красной Армии генерал Суслопаров будет приглашен присутствовать на этих переговорах о капитуляции противника на нашем фронте. Желательно немедленно знать, являются ли изложенные выше условия приемлемыми для Советского Верховного Командования...»

Далее Эйзенхауэр отмечал, что, если советская сторона намерена внести в предложенный сценарий какие-либо изменения, например прислать более внушительную и полномочную делегацию на церемонию подписания капитуляции немцев на западе, он готов внести соответствующие коррективы в общий план.

С советской стороны никаких инициатив не поступило...

Вечером 6 мая в 18.30 Альфред Йодль вылетел из Фленсбурга, резиденции нового немецкого правительства, в Реймс с полномочиями подписать акт капитуляции всех немецких войск, сражающихся на Западном фронте против англо-американцев. В ходе встречи с генералом Эйзенхауэром немецкая делегация была жестко уведомлена, что от них требуется подписание полной безоговорочной капитуляции на всех фронтах, т.е. не только на западе, но и на востоке против советских войск. В противном случае, как подчеркнул Эйзенхауэр, войска союзников «закупорят» Западный фронт и не допустят более никаких переходов немцев с Восточного на Западный фронт для сдачи в плен.

Генерал Йодль передал по радио предъявленный ему ультиматум адмиралу Деницу во Фленсбург.

В 1.30 ночи 7 мая 1945 года Дениц радировал Йодлю, что ему даются все полномочия подписать документ о безоговорочной капитуляции всех немецких войск на всех фронтах.

Через час — в 2.41 ночи 7 мая 1945 года в небольшой красной школе в Реймсе, где размещался штаб Эйзенхауэра, Германия капитулировала. От имени союзников акт о капитуляции подписали: генерал Уолтер Беделл Смит, генерал Иван Суслопаров от СССР и генерал Франсуа Севез от Франции. От Германии свои подписи поставили адмирал Фридебург и генерал Йодль.

Капитуляция всех немецких сухопутных, морских и воздушных сил должна была вступить в силу в 23.59 в ночь с 7 на 8 мая.

После подписания акта о капитуляции генерал Йодль спросил разрешения у генералов союзных войск выступить с речью. Ему было разрешено это сделать.

Йодль был немногословен, но речь была произнесена с большим пафосом:

«С подписанием этого документа немецкий народ и вооруженные силы, что бы ни случилось, отдают себя в руки победителей. В этой войне, которая длилась более пяти лет, народ и армия достигли таких успехов и понесли такие страдания, которые не испытал, пожалуй, ни один народ в мире. В этот час я могу только выразить мою надежду на то, что победители отнесутся к ним великодушно».

Выступление Йодля было выслушано в полной тишине. Да и как могли отреагировать на эту высокопарную речь американские офицеры и генералы — свидетели этого исторического события. Даже перед лицом полнейшего политического и военного краха фашистской Германии немецкий генерал жил воспоминаниями об «успехах» Третьего рейха...

Сам генерал Эйзенхауэр не присутствовал на церемонии подписания акта о капитуляции, однако он появился  в зале сразу после окончания официальной церемонии. В своем кратком приветственном слове генерал отметил особую роль Франции в достижении победы. О роли Советского Союза Д. Эйзенхауэр в те поистине исторические минуты не упоминал.

Подписание акта о капитуляции Германии в Реймсе стало кульминацией на пути к долгожданному миру для многих миллионов людей на Западе. Этим официальным актом вторая мировая война закончилась для народов западноевропейских государств, сопротивление фашисты продолжали оказывать лишь на востоке.

Сразу после подписания акта в Реймсе генерал Эйзенхауэр доложил об этом историческом событии в Вашингтон и Лондон. Достаточно курьезным образом о подписании акта в Реймсе узнал премьер-министр Великобритании У. Черчилль. Эйзенхауэр позвонил главе военного кабинета Великобритании генералу X. Исмэю, сообщив ему о том, что война закончилась. Исмэй сразу же перезвонил личному секретарю премьер-министра Дж. Мартину.

Дж. Мартин помнил инструкции своего шефа, которые Черчилль дал еще в 1940 году, что ночью его разрешается разбудить лишь в случае вторжения на британские острова. Секретарь не осмелился потревожить сон своего босса «по пустякам».

Утром 7 мая, когда У. Черчилль проснулся, к нему на доклад прибыл дежурный офицер капитан Ричард Пим, первым и доложивший об окончании войны. Черчилль отреагировал по-своему с чисто английским юмором на радостную весть: «Пять лет Вы приносили мне печальные новости, иногда даже худшие новости из всех, что мне докладывали. Но теперь Вы реабилитированы!»

Сразу после подписания акта о немецкой капитуляции в Реймсе о нем стало известно и в Москве.

Кстати, подпись генерала