Товарищ Сталин. Личность без культа - Александр Неукропный

дальше – как выйдет… Главный польский фюрер – Йозеф Пилсудский прокаркал о «сфере влияния от Финляндии до Кавказа» (неслабый, однако, аппетит), и понеслось. Впрочем, как и обычно, гонора у Польши было больше, чем реальных сил, так что пришлось довольствоваться тем, что удалось урвать – исключительно западными украинскими и белорусскими землями. «Ну, лучше, чем ничего!» – решили в Варшаве и принялись дожидаться своего часа, готовясь к разделу России.

Цитаты из доклада тамошнего Генштаба (написанного, кстати, в 1938 году), в котором через строчку говорится о «разгроме» России и ее расчленении, как высшей военной и политической цели Польши, давно всем навязли в зубах, но что ж тут поделать – из песни слова не выкинешь. Приведу ее еще разок: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке… Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто бы ни принимал участие в разделе России, Польша не должна остаться пассивной в этот замечательный исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно… Главная цель – ослабление и разгром России». А уж каких масштабов достигла в те же времена антисоветская подрывная деятельность 2-го отдела все того же Генштаба, так называемой «двуйки» – так это можно целую книгу написать! И одиночных шпионов, и диверсантов в СССР засылали чуть ли не толпами, и целые банды, вооруженные до зубов. Что только ни делали: жгли, взрывали, убивали и пакостили, как только могли. Да и на собственной территории поляки с русскими, белорусами и украинцами творили такое, что вспомни – кровь в жилах стынет.

Искоренение православной веры как таковой на протяжении всей истории Польши было и осталось для нее «национальной идеей». В 1918 году на польской территории проживало около 5 миллионов православных. Их судьба была ужасной! Невероятно, но факт – в «демократической» и «религиозной» Польше было уничтожено и отобрано у верующих больше храмов, чем в большевистской России! Соотношение – 45 % и 27 % соответственно. Самый большой в Европе православный кафедральный собор Александра Невского был взорван в Варшаве в 1926 году, можно сказать, в торжественной обстановке. Православные храмы не только переделывались в костелы и уничтожались – многие из них «цивилизованные» поляки превращали в свинарники!

Сегодня в Польше кто-то позволяет себе что-то там вякать об «ущербе от советской оккупации». Ну, в таком случае давайте вспомним о «репатриации», а вернее – вынужденном бегстве по окончанию Второй мировой 65 % русского, православного населения Польши, которых открыто угрожали вырезать тамошние «подпольщики». И это были не пустые угрозы… Вспомним о селе Вешховины, где в 1945 году польскими националистами были убиты 200 православных русских крестьян. Об убитых 10 апреля 1944 года священниках Александре Хутаркевиче и Иоанне Пьянчуке, замученных вместе с дочерью первого и женой второго… О православных священниках Николае Галице, которому поляки отрезали голову, и батюшке Петре Огрызенко, убитом и сожженном прямо в храме во время службы!

Кстати… Характерный факт: погромы православных церквей в Польше прекратились, как только туда в 1939 году вошли немецкие войска. И немедленно возобновились, стоило Красной армии очистить страну от нацистов и покинуть ее территорию. Невинные жертвы нацистской и советской оккупации, как же… О нацистских концентрационных лагерях, настоящих «фабриках смерти», функционировавших на территории оккупированной гитлеровцами Польши, знают сегодня все. Но почему-то никто не вспоминает о целой сети концентрационных лагерей и тюрем, в которых задолго до вступления на эту землю первого солдата Вермахта, польские палачи замучили десятки тысяч русских, белорусов и украинцев. Холодом, голодом, плеткой и пулей в этих кошмарных застенках только за два года после войны Польши и СССР 1919–1920 годов было замучено 60 тысяч пленных красноармейцев из 130 тысяч, оказавшихся в них.

Сегодня официальная Варшава бесится от выражения «польские концентрационные лагеря». Но чем, скажите, были места заключения советских военнопленных вроде Сташкова и Тухоли, где заключенных морили голодом, содержали без обуви и одежды, набивали в бараки до такой тесноты, что они вынуждены были постоянно стоять? Где узников избивали жгутами колючей проволоки и расстреливали не то что за малейшую провинность, а просто по прихоти коменданта-поляка? Курортами их прикажете считать, что ли?!

Польская армия «прославилась» массовыми расстрелами пленных красноармейцев прямо на поле боя, оставлением раненых без медицинской помощи и тому подобными «подвигами». Точных цифр убитых и умерших в Польше русских, белорусов и украинцев, увы, не имеется. Поляки просто не вели их учет, не считая «быдло» людьми. Причем речь шла не только о красноармейцах – с имевшими несчастье оказаться на территории Польши белыми офицерами поступали точно так же. Аналогичная судьба ждала в 20-е и 30-е годы прошлого столетия в «цивилизованной» Польше вообще всех «нелояльных», подозрительных и недовольных. Высказывания политиков и журналистов вроде того, что, например, с белорусами «нужно говорить только на языке виселиц», считались совершенно нормальными.

И вот еще что – Чехословакию с Третьим рейхом на пару делили мы? Или все ж таки Польша?! СССР как раз рвался вмешаться в эту гнусность, если потребуется – и силой оружия. И не дали ему это сделать британцы, с французами, поднесшие в Мюнхене Гитлеру Чехословакию, что называется, на блюдечке – только чтобы помочь ему подготовиться к войне против нас. СССР как раз последовательно выступал против нацистских авантюр, призывал к созданию системы международной безопасности, которая сделала бы их невозможными – да только кто ж его слушал!

Советский Союз заключил договор о ненападении с Третьим рейхом последним в Европе. Польша – едва ли не первой… Наша страна к 1939 году была, по сути, единственной, воевавшей против нацистов! Вполне реально воевавшей, а не славшей им ноты с «выражением озабоченности». В виду я имею, если кто вдруг не понял, Испанию. Нацистская Германия и фашистская Италия оказывали военную поддержку путчистам Франко вполне открыто, отправляя туда целые воинские подразделения (один немецкий легион «Кондор» чего стоил). СССР не вступил в противостояние на государственном уровне, однако поток оружия, военной техники, а главное – бойцов, офицеров и генералов РККА шел от нас туда непрерывно.

Граждане остальных стран Европы если и участвовали в войне на стороне республиканцев, то исключительно в порядке частной инициативы в составе так называемых «интернациональных бригад». Лига Наций быстренько организовала «Комитет невмешательства в испанские дела» и объявила эмбарго на поставки туда оружия, на которые фашисты всех стран чхать хотели. Совести и смелости отправлять истребители и танки республиканцам хватило только у СССР. Ну, и последнее – даже летом 1939 года, когда над Польшей нависла угроза нацистского вторжения, Советский Союз