Этот русский рок-н-ролл - Александр Рыжков / Тарантино

- Филлотаксис! Фибоначчи! - Тихон пружиной вскочил на ноги, забыв о похмелье.

***

- Филлотаксис - порядок расположения листьев на стебле растения. На первый взгляд, растительная ткань множится хаотично. Но это не так! - Тихон Кузьмич выступал без бумажки. Благодарная аудитория слушала, затаив дыхание. - Тот же цикорий. Расстояние между отростками на его стебле разное, но не случайное, а с коэффициентом фи.

Микробиолог взялся за мел и начертил на доске «1,618».

- Общеизвестная информация. Листья на его стебле расположены оптимально с точки зрения поглощения солнечного света. Кроме того, отростки закручиваются по спирали вокруг стебля, спирали Фибоначчи. Кстати, золотая пропорция Леонардо да Винчи имеет тот же коэффициент - 1,618. Всё совершенное, созданное Творцом или человеком построено, выращено, вылеплено вокруг коэффициента фи и последовательности Фибоначчи, - Кузьмич бросил мел и повернулся к притихшим коллегам. - Вообще всё.

Мы небезосновательно предполагаем существование Небесного сервера. Всё живое создано-выстроено вокруг вышеозначенных числовых закономерностей. Каждый белковый терминал подчинён единому правилу. Это правило нам известно. Так почему внутри сервака должны действовать иные законы? Не должны! Вот!

Мел снова оказался в перепачканной руке, педантично выводящей числа на доске: 0, 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34, 55, 89, 144, 233, 377, 610, 987, 1597, 2584, 4181, 6765...

- Каждое последующее число является суммой двух предыдущих...

- Это понятно... У меня два вопроса, - хохмач Завьялов тянул руку из первого ряда. - Первый. Коэффициент фи - это первые буквы от «Фибоначчи“? И второй. Зачем здесь поставили «Кристалл»?

Сдержанный смех забурлил над стульями.

- Начну с первого, - Кузьмич поднял указующий перст. - Золотое сечение или коэффициент фи - первые буквы из имени Фидия, древнегреческого скульптора. Он использовал эти пропорции при оформлении Парфенона. Теперь второй вопрос, своевременный!

Коллектив одобрительно загудел.

- Предлагаю разлить этот русский напиток. Прошлой ночью он помог мне получить ответ, - Тихон склонился над столом. - Сегодня же мы не ищем ничего, кроме умиротворения. Если будут ещё вопросы - интернет вам в помощь. А первый тост предлагаю поднять во славу мудрейшего человека и великого монаха Леонардо. Виват Фибоначчи!

***

Литературный салон Шереметьевой не сдался. Расцелованный переевшими «экспертами» на старте, он принял на себя весь яд антирусских времён. Либералы, невинно моргая, божились, что, мол, никто с культурой воевать не будет, а уж с великим наследием прошлого и подавно! Однако... Прилетело всем. От Довлатова до Пушкина. Крепко прилетело. Никто и не собирался делить русских на правильных-неправильных. Не предполагалось! Всех под каток! Любое слово на кириллице нарекли вражеской пропагандой.Хотя поначалу... Поначалу списки сочинили, дабы «...очистить истинно русскую культуру от скверны. Коммунистическо-имперской». Чуть позже «белый» список поредел, но вычеркнутые титаны не сдались: «упёртые русские» даже из могил грозили пальцем, вещая о каком-то равенстве, добре и торжестве силы духа-разума. «Оппоненты» же отправили на костёр Гоголя с его Тарасом Бульбой, Толстого, Булгакова, да чубатые мысли Шолохова. Мало того, обласканного англосаксами Достоевского, не минула чаша сия. Тогда «креативные культурологи» возопили: «Кого на хоругви?! Кого в канон?!». Кураторы немедля предложили: «Возьмите Набокова и этого вашего... Бродского. Обоих родина изрыгнула, то, что нужно!». И если с Набоковым у «лабухов» получился полный «парнас», то с Бродским определённо вышел конфуз... Но сперва об успешноевропейском, точнее - американском.

Набоков. Глыба. Буквобог. И поди-ж ты - тоже Владимир Владимирович! А какие разные судьбы... Ну да ладно. Набоков - Нобелевский лауреат… Всё великое (у них, у просвещённых) создаётся во славу престарелого Эроса! Вот Набоков и резвился там, где позволено, где отметилась вся европейская контркультурка - в писечных чертогах.

Так... Теперь о конфузе Бродского. Опять же, Нобелевский лауреат. Без дураков, шикарные образы, пишет - как дышит! Поэзия, мать её! Но! Споткнулись черти на строке Иосифа...:

Прощевайте, хохлы!

Пожили вместе, хватит.

Плюнуть, что ли, в Днипро:

может, он вспять покатит,

брезгуя гордо нами,

как скорый, битком набитый

отвернутыми углами

и вековой обидой.

Не поминайте лихом!

Вашего неба, хлеба

нам — подавись мы жмыхом

и потолком — не треба.

Нечего портить кровь,

рвать на груди одежду.

Кончилась, знать, любовь,

коли была промежду.

«…»

С Богом, орлы, казаки,

гетманы, вертухаи!

Только когда придет

и вам помирать, бугаи,

будете вы хрипеть,

царапая край матраса,

строчки из Александра,

а не брехню Тараса.

1991 г.

Смутившись, загрустили бесы, замели культурологи гадкие буквицы под ковёр - как бы и не было ничего...

А Лада? Лада устала. Устала биться в кровь, выгрызая право читать и слышать русское слово. Каждый раз, переступив домашний порог, падала в беспамятстве на диван. Силы убывали.

***

Лаборатория ConScience очнулась ото сна. Близость разгадки Великой Тайны, подстегнутая Кузьмичевым докладом, возбудила «белохалатных». Матанализ пропитал учёные мозги почище рома, разбавив тишину шелестом аксонов многомудрого «ливера». Спирали ДНК - неординарные головоломки посвящённых! Оказалось, что так называемые «мусорные участки» этой самой спирали - совсем не мусорные! Непонятые прежде фрагменты содержали в себе информацию, из которой при обращении к матрице Фибоначчи складывался уникальный код доступа. «Подключиться» можно ко всему: будь то миниатюрная мушка дрозофила или синий кит - всё равно. Ну и само собой - человек. Или человеки... У каждого свой код. Уникальный! Повторы исключались. Волновая генетика из разряда малопонятной эзотерики прямо на глазах перекочевала в авангард практичных мыслей. Мозговой штурм принёс первые плоды, облегчив кофемашину на два кило зёрен: один природный волновой канал (ацетабулярия) мог параллельно взаимодействовать с бесчисленным множеством биологических объектов. Сколько? Неизвестно. Но по количеству разрядов - точно больше миллиарда. «Наотключавши» вдоволь кольцевых червей, учёные вновь приуныли, осознав свою тщету: всё, на что хватало разума - деструктивные действия. Разрушить волновой канал. Отключить. Убить. Дальше продвинуться не получалось. А казалось, только руку протяни... Вот оно! ! Будь же новым вершителем! Созидай, твори, приумножай! Да не по Сеньке шапка... Кузьмич попёрся было снова с водярой за ответом к Джа. А там - стена. Глухо, как в танке. Он то пил, то