Страж разума - Lady Khali

- Не дави на себя.

- Воспоминания всплывают и блекнут, - сказал он, пожав плечами. – На чем я остановился?

- Почему Томас ненавидел твою маму, - подсказал я.- Все ненавидели мою маму. Даже ее родственники. Дядя Сиг рассказывал нам истории о Хогвартсе. Голос отца звучал как-то по-другому, когда он говорил о школе. Счастливее, веселее. – Его взгляд стал мечтательным. - Живее, - прошептал он. - Я помню, как однажды мы с Регом играли в гоблинов. Я не уверен сколько нам было тогда, но это было до Хогвартса. Я был все еще маленьким, но говорил всем, что уже большой мальчик, потому что был выше Кричера ростом, или это было раньше? Не помню. Во всяком случае, мы сидели там и внезапно мой отец закричал. Похоже, он умирал. Кричер появился в комнате, схватил Рега и исчез. Затем объявился дядя Сиг. С ним было несколько человек. Кто, я не помню точно. Они отослали меня в спешке к дяде Сигу домой. Следующие несколько месяцев мы с Регом провели, «кочуя» между семьями - грязный маленький секрет Блэков. И я навсегда возненавидел Кричера за то, что он оставил меня, забрав только моего брата. Я прикусил язык. Домовик не мог сделать этого, хотел сказать я. Однажды я спросил у Добби, могут ли они аппарировать с „пассажиром“. Вопрос озадачил его на несколько минут, он ответил, что это возможно, но большинство эльфов не могут забрать с собой больше одного человека. Добби никогда не отвечал мне, когда я спрашивал его, сколько человек может перенести он. Вместо этого я сменил тему.

- Почему кто-то из Поттеров встречался с семьей Блэк? - Спросил я с искренним

143/159

любопытством.

- Потому что к тому времени дядя Шарлюс и Джеймс были последними Поттерами.

Ой. Вернемся к началу.

- Что, неужели ты не спрашивал у моих родителей? Если не хочешь, можешь не говорить, - поспешно добавил я. Я знаю, это личное. Он вздохнул.

- Гарри, тебе не надо никого просить рассказать о твоих родителях. Мне жаль, если я заставил тебя почувствовать себя неловко. Я знаю, что и я, и Ремус поступили не так, как следовало друзьям твоих родителей. Мне трудно выразить словами свои чувства. Я был ближе к Джеймсу, чем к собственному брату, но ты имеешь право знать правду. Клятва, которую я давал, была лишь для того, чтобы скрыть ... - он пытался договорить несколько раз, прежде чем нашел лазейку в условиях обета, - твои проблемы с неким языком.- Только мои, не моей матери?

- У Лили тоже были эти проблемы?

Поджав губы, я подумал, а стоит ли мне рассказывать ему о воспоминаниях Хвоста. Он уже знает, что Петтигрю был моим единственным источником информации о родителях, но, вероятно, думал, что я получил от него письмо или Хвост как-то рассказал мне о них лично. После дементоров Сириуса нельзя было назвать полностью разумным человеком. Сможет ли он справиться, узнав о том, что она была змееустом кроме всего прочего? Нет, - решил я. - Змея Снейпа рассказала мне о ней.

Моргнув, он откинул голову назад и захохотал.- Это так несправедливо.

- Его зовут Франклин, его первый владелец бросил его в парке. Мама нашла его и отдала Снейпу.

- Так похоже на Лили. Ты действительно хочешь узнать, Гарри? Когда я утвердительно кивнул, он встал. Изображение на зеркале задрожало, когда он пресек маленькую квартиру и отправился на кухню. Интересно, где он проживает сейчас? Гермиона говорила, что где-то рядом с морем. С ограниченной магией он казался мне счастливее. Гермиона сказала, что зачислила его на курсы кулинарии. Когда он включил газовую плиту и наполнил чайник водой из крана, я понял, что все это помогло ему арендовать прекрасную квартиру рядом с пляжем. И, что поблизости есть много ресторанов, поэтому он не голодает.

Капли воды упали на зеркало. Он положил его на прилавок и отвернулся. Чайник вздрогнул, когда он поставил его на плиту. Затем взял зеркало и нахмурился, увидев на нем капли воды.

- Извини, - пробормотал он и вытер его об штанину. Затем Сириус приподнял зеркало и сел за небольшим двухместным столом. - Ты когда-нибудь был влюблен, Гарри? – Спросил он. Должно быть, ответ был написан на моем лице, потому что он улыбнулся. - В кого?- В Чо и в Парвати.

Представил себе Гермиону в белом сарафане у меня на коленях, и мои уши загорелись.

Сириус поднял бровью.

- Кто-нибудь еще?

Я строго посмотрел на него.

- Не смей говорить ей.

- Гермиона!

Он выглядел так, словно Рождество и его день рождения наступили одновременно.

- Не надо, - я сделал паузу, пытаясь найти правдоподобную угрозу. К

144/159

сожалению, ничего не приходило в голову. - Конечно, я думаю, что она хорошенькая, но это Гермиона, она друг, и я на самом деле не думаю о ней как о девушке. Она выглядит очень красиво и все такое, но я знаю ее настоящую. Он рассмеялся.

- Я все время пытаюсь сказать ей, что она не такая же привлекательная, когда ее нос вымазан чернилами. - Он протрезвел. - Я понимаю, о чем ты говоришь. Есть разница между „заценить девушку” и „начать встречаться с ней”. И так, два раза влюблен и один раз заценил своего друга. Технически я был три раза влюблен, но не стал поправлять его. Чайник засвистел. Оставив зеркало на столе, Сириус встал и пересек комнату. Он вытащил из шкафа кружку с крючком, насыпал в сетчатый фильтр чайные листья. Затем снял чайник с огня и вылил кипяток на них. Выключив плиту, он вернулся к столу с кружкой в руках.

- Прости, - сказал он, зевая. - Чо и Парвати. Они нравились тебе одновременно?- Не совсем. Чо мне нравилась с ноября, а затем я начал замечать Парвати прямо перед Балом.

- Они были скоротечными незначительными увлечениями: всего на несколько месяцев, и все было кончено. Это нормально. Когда Джеймс запал на Лили, это было навсегда. В те времена, все в нашем общежитии меняли подружек чаще, чем носки, но не Джеймс. Он немного флиртовал с девочками, но как только в поле зрения попадалась Лили, не отрывал от нее взгляда, а она открыто презирала его в течение шести лет. Лили