Там, где живут боги - Лито Эвиван

– Расскажи мне, что видела во сне смертная! – потребовал Аид.

– Затерянный храм Артемиды, – спокойно и немного сонно ответил Морфей. – Она блуждала по катакомбам Афона в его поисках и, видимо, заблудилась. Я обратился в статую Богини Лесов, и женщина принялась молиться ей.

Аид свёл брови. Глупец! Как он мог возомнить, что смертная попросит его защиты? Это равносильно тому, что взывать к Танатасу – Богу Смерти, это подобно мгновенному самоубийству.

– Пошёл вон! – рявкнул Аид.

Он снова остался один и глубоко задумался.

У Владыки Царства Мёртвых была одна тайна, с которой он не хотел ни с кем делиться. Но ввиду грядущих событий, возможно, кое-кому неплохо было бы её раскрыть. Аид ещё немного подумал и стукнул три раза посохом по глухому камню. Перед ним явились трое судей мёртвых душ: Эак, Радамант и Минос. Три старца устало, но преданно посмотрели на своего повелителя в ожидании распоряжений.

– Я должен снова отлучиться на некоторое время. Вы остаётесь за главных. Судите, как судили без меня, по закону и справедливости. Цербера не спускайте ни под каким предлогом. Персефона уже на земле, поэтому вам его потом не поймать. Следите за Химерой, она может что-то почувствовать и взволновать блаженные поля Элизий.

– Куда ты идёшь, Аид? – спросил Радамант, самый справедливый и гуманный судья душ и повелитель подземного мира.

– Надеюсь, на этот раз твоё отсутствие будет не таким ощутимым, – сказал мудрец Минос, за которым на последнем суде всегда оставалось решающее слово, но без Аида, он иногда чувствовал себя неуверенно.

– Только не говори, что ты отправляешься в Тартар, твои глаза горят! – заметил Эак, который был самым старым жителем Адиса и знал Аида почти с момента его нисхождения в Царство Мёртвых. Он был самым непреклонным судьёй и единственным хранителем ключей от подземного мира.

– Наберитесь терпения, и вы скоро обо всем узнаете. Ожидайте моего возвращения и делайте свою работу, – коротко бросил Аид, направляясь к выходу.

– Терпение – это то, чего у нас безгранично много, мастер, – сказал Минос.

– Да, возможно, я вернусь не один, – бросил Аид через плечо и тут же исчез в темноте.

Между Адисом и Тартаром пролегала бесконечная чёрная бездна. Такая глубокая, что если лететь вниз со скоростью звука, то, чтобы достичь конца, понадобится семь дней. Никто и никогда не останавливался на середине. Но Аид знал каждый километр этого пути. И только ему было известно, кто проживал в самом центре этого временного отрезка. Подойдя к краю подземной скалы, он закричал, глядя в самую утробу преисподней:

– Люцифер!!!

Его голос стремительно полетел вниз и исчез в гулком эхе.

Глава 37.

Ветхие мифы

Вернувшись с острова Дилос, члены «Археллина» и другие участники поездки решили описать произошедшие с ними события на своих страничках в социальных сетях. Фото- и видеоматериалов не было, а передать увиденное словами было совершенно невозможно. Кейси, будучи студенткой факультета философии и филологии, обладала поэтическим талантом и прекрасно владела инструментами построения мысли в письменной речи. К тому же она имела некоторые навыки блогера. Лукас умел создавать анимационные фильмы, монтировать фрагменты, полученные в свободном доступе в Интернете, так, что в конечном результате репортаж получился увлекательным и крайне достоверным. Рейтинги превышали самые смелые ожидания: за несколько часов их текст с видеофильмом набрал больше миллиона просмотров. Подписчики со всего света – сторонники и оппоненты, приверженцы христианства и еретики, единомышленники и противники – сутками напролёт бурно обсуждали смело бороздящий сети репортаж о возвращении Олимпийских Богов на греческие земли. Каждую минуту ссылка с сенсационными публикациями распространялась, копировалась и пересылалась дальше в Сети. Жаркие споры между политеистами, атеистами, христианами и даже последователями ислама и буддизма разгорались всё с большей страстью, комментарии сыпались каждую секунду, отслеживать их, а тем более отвечать на них не представлялось никакой возможности. И если неверующие, или так называемые социальные верующие, посмеивались в своих комментариях, то православные открыто и яростно посылали в сторону неоязычников проклятия. Ни священникам, ни членам «Археллина» не было необходимости участвовать в спорах – приверженцы и противники той и другой стороны с удовольствием грызли друг другу глотки, выставив на всеобщий обзор обнажённые клыки. Совет директоров и администрация сайта приняли решение не реагировать на выпады церковных прихожан, поскольку они и без того сами себя дискредитировали, забрасывая камнями «грешников, которые и так будут гореть в Аду», забыв об учении Христа. Атеисты умело парировали разъярённым «верующим».

Очень скоро обществом «Археллин» заинтересовались небольшие местные каналы.

На четвертые сутки в штаб-квартире «Археллина» во время обсуждения тактики разговора на одной из телепередач, когда решалось, как членам общества не выглядеть сумасшедшими или свидетелями пролетавших мимо НЛО, позвонили в домофон. Кейси автоматически нажала кнопку разблокирования двери, и через пару минут раздался звонок в дверь.

– Кто это может быть? – риторически бросил на ходу Орест и пошёл открывать.

На пороге стояла невысокая, худенькая молодая женщина, одетая в джинсы и рубашку, с небольшим рюкзаком, болтавшимся на уровне правого бедра.

– Здравствуйте, меня зовут Сапфо. Можно войти? – простодушно спросила она.

– Конечно, проходите.

Сапфо прошла в комнату и вежливо поприветствовала присутствующих. Все с интересом посмотрели на незнакомку.

– Итак, что вас к нам привело? – спросил Орест.

Девушка немного помедлила, потом сбивчиво начала говорить:

– Я… тоже кое-что видела из того… что вы описываете на своей странице… в Интернете…

Ответом ей была тишина. Лишь изменившееся выражение лиц собравшихся указывало на то, что она была услышана. Все присутствующие в комнате молча продолжали смотреть на незнакомку, кто с недоверием, кто с интересом.

– Богиню Артемиду… – коротко закончила Сапфо.

– Ты уверена? – после затянувшейся паузы спросила светловолосая женщина. – Тебе ведь могло и показаться, не так ли?

– Олимпия права, – согласился Орест, – с чего бы Богине к тебе являться? Ты – приверженка политеизма?

Деспина подошла к Сапфо и предложила присесть:

– Расскажи нам о себе, милая.

Сапфо начала подготовленный заранее рассказ:

– Я выросла в детском доме. В государственном и, конечно, глубоко православном, где детей регулярно водили в церковь и учили молиться. Вообще, мы не отличались от детей из обычных семей: как и большинство из них, мы ненавидели выстаивать долгие воскресные службы и ежедневные молитвы перед началом школьных занятий.

Она, казалось, полностью погрузилась в воспоминания. Члены «Археллина» внимательно слушали, временами, понимающе кивая.

– В детский дом часто приходил батюшка, чтобы поговорить с нами, наставить каждого на праведный путь и укрепить нас в православной вере. Я не любила эти дни, часто убегала и пряталась, за что потом получала наказания.

– О, как мне это знакомо! Классическое отторжение детьми «людей в черном», – поделился своими наблюдениями Филипп, сидевший в неосвещённом углу помещения. – Только вот в будущем они продолжали посещать церкви: крестить, венчаться, упорно выстаивать воскресные и праздничные службы. К этнической религии обратились лишь единицы.

– И кто же привёл тебя к древним истокам? – поинтересовалась невысокая полная женщина, стоящая напротив окна.

– Никто. В первом классе я влюбилась в мифологию, в шестом – с упоением зачитывалась «Илиадой» и «Одиссеей». «Теогония» и «Космогония» Гесиода были моими «библиями», Геракл, Одиссей и другие полубоги – святыми, а Платон, Сократ и Аристотель – пророками. Постепенно реальный мир перестал для меня существовать. Точнее сказать, я перенесла его в другую эпоху, в ту, где ещё существовали Боги.

Рассказ незнакомки тронул сердца археллинов, в их глазах выражались понимание и сочувствие.

– Повзрослев и став экономически независимой, я начала много путешествовать по стране. Целью каждого путешествия