Настроение – Песец - Инди Видум

Со стороны Шелагина-старшего через нашлепку неслась запредельная сосредоточенность, поэтому я решил его не дергать ради не столь уж важного вопроса, тем более что еще непонятно, удастся ли мне сделать запланированное. Я себя успокаивал тем, что задержка будет максимум на полчаса, так что в любом случае все успеем.

Чтобы не фотографировать с экрана, Греков рысью рванул за ноутом создавать приличного вида картинку и потом ее печатать на единственном в здании принтере, стоящем в библиотеке, а я извлек Реликвию и принялся разбираться в ее функционале с помощью Песца. Как оказалось, на карту он обратил внимание не зря, потому что на ней отмечались и границы контролируемых реликвиями территорий, и сама реликвия на ней светилась ярко и выбиралась прямо на карте. И уже по выбранной точке можно было навестись и отправить сообщение. В случае рассылки можно было выбрать сразу много адресатов, а вот отключать придется по одному.

Пока Греков вернулся, я с помощью Песца уже худо-бедно разобрался с тем, как отправлять картинки.

— Ты точно сможешь снять реликвией и отправить? — заинтересовался Греков. — Если что, у меня есть картинка файлом.

— Если что, раньше были другие форматы, вряд ли реликвия считает что-то с вашего телефона, я их даже сконнектить не смогу.

— А картинку засканировать сможешь? — недоверчивость из Грекова так и перла.

— Сейчас проверим.

Опустил лист бумаги на пол и навел на него реликвию, активировав еще одну функцию, в результате чего передо мной появился экран, на котором можно было выбрать границы сканирования.

— Как князья вообще получат эту картинку? — спросил Шелагин-младший. — Мы же их реликвии собираемся отключать?

— Думаешь, они такие тупые, что не запомнят короткий текст на картинке? — ехидно спросил Греков. — Так-то да, согласен, некоторым место в специализированных заведениях, а не на княжеском совете.

— Мы не знаем, в каком виде дойдет эта картинка, — не повелся на подначку Шелагин-младший. — А что, если ее можно будет просмотреть только с помощью реликвии?

Я переадресовал вопрос Песцу.

«Вы вообще не в курсе, как происходит обмен информацией через реликвии?» — удивился он.

«Князья разговаривают — это я знаю. Про другие способы не говорилось. Возможно, утеряны уже?»

«Утеряны… — проворчал Песец. — Мозги у нынешнего поколения утеряны. Причем в большом количестве, иначе знали бы, что передаваемая таким образом инфа всплывает сразу в голове у связанного с артефактом человека».

— Вроде бы сразу в голове должно появляться, — сказал я.

— То есть ты не уверен? — уточнил Греков.

— Я раньше не рассылал.

— Может, тестовое Павлу Тимофеевичу? — предложил Греков.

Пришлось с Шелагиным-старшим все-таки связываться и предупреждать, чтобы он не пугался, когда в голову придет сообщение. После чего я отправил уже подготовленному князю картинку. В ответ пришло короткое нецензурное сообщение, из чего я сделал вывод, что все дошло, о чем и сообщил Грекову.

Шелагин-младший, который смотрел в это время трансляцию, сказал, что князь вздрогнул и побледнел, что еще раз подтвердило, что картинка долетела до адресата.

После этого я со спокойной совестью отправил веерную рассылку по заранее выставленным адресатам. Смотреть, как их корежило, у меня времени не было — отключать их от реликвий приходилось по одному.

Хотя посмотреть хотелось, потому что даже Марков забыл о своей роли председателя и вопил о диверсии, которую просто так не спустят. Пока предполагали направленное ментальное хулиганство, причем подозревали в нем Прохорова, хотя тот и утверждал, что его тоже это коснулось. Значит, успел перепривязать реликвию на себя сразу после смерти отца…

Так вот, пока князья разбирались в случившемся, я отключил всех запланированных, а один из князей проговорился, что сообщение было: «Предатель национальных интересов», но он себя таковым не считает.

— Эх, нужно было дописать про отключение от реликвии, — спохватился Греков. — Илья?

— Что Илья? Сейчас точно уже нельзя. Теперь для активации нужна сама реликвия и человек, которому она будет подчиняться. Может, имеет смысл их действительно собрать? А то решат поступить как Стаминские с императорской…

— Точно, — согласился Греков. — Тогда вперед?

«Главная реликвия позволяет чувствовать и отключенные, — сообщил Песец. — Жаль, что притянуть не может».

До позднего вечера, пока князья под камерами ругались на Совете, я изымал отключенные реликвии. Песец оказался прав: держа основную в руках, к вспомогательной я шел прямой наводкой, так что их даже искать не приходилось. Основное время уходило на перемещения. Собрали мы все запланированные, поэтому в оранжерею я выпадал довольный тем, что все это наконец закончилось.

— Отец вызвал на дуэль Маркова, — огорошил нас Шелагин-младший.

— Убил? — деловито уточнил Греков.

— Не убил, но не потому, что не мог. Просто показал, насколько сильнее, а Марков обнаружил, что доступа к энергии реликвии у него нет. И не только Марков.

Он сделал паузу, а я машинально бросил взгляд на экран ноута в его руках, но трансляции там уже не было.

— Чем закончилось?

— На завтра перенесли заседание. Будут выяснять, что случилось с реликвиями, так что отец скоро приедет. А Илью ждут на пропускном пункте.

— Каком пропускном пункте? — не понял я.

— Нашем. Там к тебе целительница явилась, в честь которой ты бой с Фадеевым выиграл. Утверждает, что ей необходимо переговорить с тобой.

Вот ведь. Когда рассчитываешь на передышку после дня, плотно утыканного проблемами, жизнь тебе подкидывает еще гадостей. Эта хоть в красивой упаковке…

Глава 28

Как выяснилось, Грабина появилась вскоре после того, как мы с Грековым ушли на Изнанку. Выходит, ожидала она уже долго, а значит, я ей был очень нужен. Испытывать ее терпение дальше я не стал, пошел на нашу проходную.

Грабина стояла за ней. Замерзшая, злая и обиженно шмыгающая носом. Разговаривать там с ней смысла не имело: нужно было хотя бы минимально отогреть.

— Т-ты н-не т-торопился, — выдохнула она.

— У меня тренировка, которую никому нельзя прерывать, — пояснил я. — Пойдем, напою горячим чаем.

— Л-лучше ч-чег-нибудь п-покрепче.

— Можно и покрепче, но сначала чай.

По дороге она осматривалась, но без особого интереса, настолько хотела оказаться в тепле, что до остального дела ей не было. Провел я девушку в свою гостиную, а вскоре нам принесли чай, о чем я распорядился, еще когда мы отходили от проходной. Включил телефон и обнаружил