Иисус — крушение большого мифа - Евгений Нед

Так что, как вполне наглядно видно, оттолкнувшись лишь от одного небольшого обстоятельства, мы сразу обнаружили немалое число весьма существенных расхождений между текстами различных Евангелий, описывающих, вроде бы, одно и то же событие.

Почему же важно обращать внимание на эти, а так же и другие, им подобные нестыковки? Потому что, сколько ни объясняй традиционное богословие их наличие «нормальным расхождением в показаниях свидетелей» (при этом косвенно перечеркивая собственные утверждения о Библии, как о «безошибочном Слове Божьем»!), все равно они означают, что кто-то в своих описаниях либо ошибается, либо намеренно дает искаженную информацию.

А раз очевидно наличие в текстах либо ошибок, либо намеренных искажений, значит, напрашивается очевидный вывод: вопрос об определении правдивой картины событий не может решиться простым ознакомлением с библейскими текстами. Здесь нам никак не обойтись без их тщательного критического анализа и сопоставления между собой, а так же с другими текстами, имеющими отношение к теме, дабы, по возможности, все ошибки и искажения выявить и устранить. Чем, собственно, мы и продолжим заниматься, вновь обратившись к тексту Евангелия от Марка.

Глава 3. Анализ и сопоставление текстов. Евангелие от Марка

Итак, мы остановились на том, что увиденный женщинами (которых, согласно Марку было трое, согласно Матфею — двое, согласно Луке — целая группа, а согласно Иоанну — только одна) молодой человек в белом объявляет, что Иисус жив и что увидеться с ним можно будет в Галилее. В завершение своего короткого монолога, этот молодой человек велит женщинам идти и рассказать все ученикам, после чего те выходят из гробницы, и… со всех ног убегают неизвестно куда! Марк пишет, что они были в полнейшем шоке и ужасе, в каковом состоянии они и не подумали никому ничего рассказывать, и… И всё!

Как это ни странно, но библейский текстологический факт заключается в том, что именно на этом, прямо скажем, не слишком красивом эпизоде, и завершается оригинальный текст Евангелия от Марка. Всё, что написано после 8 стиха последней главы является более поздней вставкой, появившейся в тексте не ранее 4–5 веков.

Как же мог Марк, первый(!) из биографов Иисуса не дать описания последующих событий? И почему его повествование заканчивается на каком-то очень странном эпизоде, весьма, мягко говоря, далеком не только от того, чтобы вызывать у читателя ощущение грандиозного и назидательного финала, но даже и от того, чтобы вызвать вообще хоть какое-то уважение к происходящему?

Попытки объяснить эту более чем странную странность тем, что автор мог попросту не успеть закончить свою рукопись по причине, скажем, своей внезапной кончины, выглядят весьма малоубедительными. Марк ведь творил не в вакууме, а находясь в некоем сообществе, в некоей, надо думать, христианской общине, в которой уже знали историю Иисуса Христа в устной передаче. Так что, в случае чего, рукопись ни за что не оставили бы веками существовать, будучи оборванной на столь неуместном эпизоде.

Но что-то все ж таки должно было произойти, что привело к возникновению этой ситуации с рукописью Марка? И тут на ум приходит одна версия, которая единственная, пожалуй, и может объяснить всю эту престранную ситуацию. Версия эта заключается в том, что тексты, идущие после 8 стиха последней главы, на самом деле не простодобавляли к непонятно почему недописанной Марком рукописи, а что имизаменяли то, что Марк на самом деле написал… То есть, что финал Евангелия от Марка был попросту вычищен вплоть до 8 стиха, с тем, чтобы на его месте появилась некая более подходящая с точки зрения церкви версия, нежели та, что написал Марк!

В пользу такого варианта говорит не только то, что он делает объяснимым то, что иначе не объясняется, в общем-то, совсем никак. В его пользу говорит тот факт, что в тех самых рукописях 4 века (называемых Синайском и Ватиканском кодексами), в которых текст последней главы Марка написан только до 8 стиха, он не просто обрывается на этом месте, — в обоих случаях после него на пергаментных страницах оставлены пустые места. Логичен и естественен вопрос: почему и для чего?

Сказать, что эти пробелы могли остаться в текстах потому, что переписчики по каким-то причинам просто не успели переписать исходный текст до конца, невозможно. В одной из рукописей, а именно — в Синайском кодексе, на той же странице, на которой записана последняя глава Евангелия от Марка, тут же начинается текст первой главы книги Деяний Апостолов. А это ясно говорит о том, что пробел, оставленный в конце текста Марка, никак не является ни случайностью, ни результатом того, что переписчик «не успел» переписать копируемый им текст — у него вполне хватило времени, чтобы начать копировать на той же странице уже другую книгу!

Если же данные пробелы не могли остаться в рукописях по случайности или недоработке переписчика, то это может означать лишь то, что переписчику было приказано специально оставить их для последующего заполнения каким-то текстом. Причем понятно, что текст этот должен был взяться не из того же экземпляра Евангелия от Марка, который писцы копировали вплоть до 8 стиха последней главы — им явно должны были предоставить какой-то иной текст.

Однако, судя по всему, к концу работы переписчиков над этими конкретными рукописями, добавочный текст им так и не предоставили, так что рукописи так и остались в том неоконченном, «полуфабрикатном» виде, в каком они и дошли сквозь века до нас. А именно — с последней главой Евангелия от Марка, обрывающейся на 8 стихе, и с пробелами, оставленными для дописывания финального текста.

В дальнейшем же, когда нужный вариант был-таки окончательно составлен, утвержден в качестве официального и разослан по всем мастерским церковных переписчиков (что произошло в 5–6 веках), его уже и стали вписывать во все экземпляры Евангелия от Марка, в каком виде мы его и знаем сегодня.

То же, что упомянутые нами рукописи действительно могли быть некогда отложены в сторону, как «полуфабрикаты», подтверждается тем, что, в частности, Синайский кодекс был случайно обнаружен в 1844 году в монастыре Св. Екатерины как раз во время того, как монахи готовились использовать его листы в качестве растопки для камина. Трудно представить себе, чтобы таким малопочтительным образом монахи стали бы