Я его убила. Истории женщин-серийных убийц, рассказанные ими самими - Микки Нокс

уславливаемся встретиться рано утром и видим Чарльза за рулем арендованного микроавтобуса. Возле машины маячит еще одна пара искателей приключений. Они немногим младше нас, но выглядят как хиппи и оттого кажутся нашими с Жюлем детьми. Девушка в драных джинсах и свободной блузке, парень в мятой футболке и светлых штанах, какие носят индусы. Оказывается, они говорят по-французски, поэтому всю дорогу мы весело болтаем обо всем на свете. Они тоже познакомились с Чарльзом буквально на днях и вдохновились его красочными рассказами о Гималаях. Наши попутчики хотели было ехать в Шринагар на автобусе, но Чарльз их отговорил.

– Поверьте, вам не стоит знакомиться с местными автобусами и поездами, это непостижимо для европейцев, – ухмыляется Чарльз и лихо выкручивает руль. Только в эту секунду я осознаю, что мы едем по серпантину, а сбоку от нас пропасть.

Когда мы приезжаем в Шринагар, Чарльз умудряется арендовать на неделю плавучий дом за совершенно смешную цену, и я удостоверяюсь в том, что он маг и волшебник. С индусами он говорит на хинди, но иногда переходит на тот вариант английского, который принят у местных и совершенно недоступен европейцам. С нами он общается на французском, а письма пишет на голландском и греческом.

Чарльз ведет себя чрезвычайно загадочно: иногда исчезает на пару дней, а иногда проводит в нашей компании сутки напролет. Если он тратит на нас свое драгоценное время, то день превращается в водоворот невероятных приключений. Мы ездим в горы, посещаем невероятные храмы и обедаем в уникальных ресторанах. Когда его нет, нам остается только бесцельно бродить по веранде плавучего дома, болтать о мелочах и строить планы на будущее. После Шринагара мы отправляемся в Гималаи, едем в Тадж-Махал и видим сказочный город Джайпур, в котором, пожалуй, самые красивые закаты, которые заливают город малиновой краской, превращая его в нечто сказочное. Французский бизнесмен действительно показывает нам иную Индию. Однако всякий раз, когда он пропадает на день или два, дурман рассеивается, и мы с ужасом видим перед собой город, который кишит нищими и утопает в смраде. Нам уже кажется, что и Дели мог бы оказаться другим, если бы Чарльз был нашим проводником. Ведь и Джайпур без него – всего лишь маленький городок с горами мусора на дорогах, в которых купаются ужасно тощие коровы.

Ближе к концу поездки мы вдруг понимаем, что ничего не знаем про нашего гида, хотя это вроде бы очень открытый и дружелюбный парень. Когда Жюль неожиданно заболевает, Чарльз показывает мне окрестности и часами рассказывает что-то увлекательное, пока мы петляем по лабиринтам древнего города. Чем он занимается? Кто он такой? В конце поездки я все еще не могу ответить на эти вопросы, но от этого его личность кажется только более притягательной. Его хочется разгадать и изучить.

Наш с Жюлем вояж завершается в Таиланде. Изначально мы не собирались ехать в эту страну, но туда направляется Чарльз, а мы к тому времени просто не представляем, как сможем без него обойтись. Мы с Жюлем и молодая пара французов следуем за нашим гидом в Бангкок, и город сразу же покоряет мое сердце. Здесь нет такого количества нищих, а местные торговцы не так яростно желают тебе что-то всучить. Это вполне современный город с очень доброжелательными людьми, которые, впрочем, не имеют ни малейшего понятия о времени. Здесь все либо опаздывают, либо просто не приходят на встречу, забывая о данных обещаниях. Поначалу это обескураживает, но постепенно ты учишься такому мироощущению, и оно, надо сказать, снимает с тебя огромную часть той ответственности, которая обычно придавливает к земле и лишает возможности заглянуть за горизонт.

В Бангкоке можно купить все что угодно – от дешевых сапфиров до всех видов лекарств и наркотиков. Мне приходится объяснить Чарльзу свое удивление, когда в аптеке он замечает мои округлившиеся глаза. Все те лекарства, которые в Канаде хранятся под замком и подлежат строгому учету, здесь продаются так, словно это витамины.

– Здесь очень дорого стоят услуги врача, и люди стараются сами себе помочь, – поясняет Чарльз.

Он с интересом слушает мои маленькие лекции по медицине и оказанию первой помощи, а иногда даже просит показать, что и как нужно делать. Когда он предлагает продемонстрировать на себе непрямой массаж сердца, я смущаюсь, но в остальном наше общение проходит весело и непринужденно.

В Бангкоке Чарльз очень много времени уделяет мне, из-за чего француженка начинает подсмеиваться надо мной, а Жюль только скорбно наблюдает из окна своего номера за тем, как я хохочу вместе с Чарльзом, когда мы отправляемся гулять в город. Наконец приходит пора прощаться, и я едва сдерживаю слезы – не от страха разлуки с Чарльзом и даже не от того, что покидаю Бангкок. Просто я отчетливо понимаю: все закончилось, ничего подобного в моей жизни больше никогда не повторится. Дальше будет скучная работа в Леви, возможно, замужество и воспитание детей. Все то, чего ждут от дочерей родители, и то, чему многие из нас противятся. Именно поэтому мое сердце замирает от радости, когда я получаю первое письмо из Бангкока.

Слова на скромных тетрадных листах исполнены такими чувствами и красками, о существовании которых в насквозь провинциальном городке никто даже не помышляет. Поначалу я прячу эти письма, словно старшеклассница, но потом все же рассказываю обо всем сестре. Она не верит ни единому моему слову, и мне приходится показать ей заветные листки. И даже тогда Дениз придирчиво сличает почерк с моим, чтобы убедиться в том, что все эти послания не написаны мною же. Я никогда не слыла красавицей и не отличалась темпераментом. Никто особо не верил в то, что я собралась в Индию, что уж говорить о существовании человека, который ради меня терзает бумагу на другом краю света. Я всегда относилась к числу среднестатистических персонажей, а со временем перешла в категорию неудачниц, которые не успели вовремя выйти замуж и завести детей. Дениз, правда, считает, что виной всему моя романтичность, а остальные, полагаю, сошлются на мою заурядность.

– Так ты собираешься в Бангкок? – спрашивает Дениз, перечитав последнее письмо в третий раз и распробовав на вкус каждое слово.

«Если ты решишься, я оплачу все расходы, но будь готова к путешествию длиною в жизнь» – такими словами оно заканчивается, что, по правде говоря, скорее интригует, чем пугает.

– Пока не думала об этом, – лукавлю я.

– Там сказано, что он оплатит все счета и пришлет деньги на билет, – напоминает сестра, хотя я прекрасно помню каждое слово. – Здравый смысл говорит мне,