Грантед - Сёма Март

Сын старика убрал карту в маленькую стопочку рядом с колодой.

- Раньше верующим можно было пересчитать по пальцам одной руки. Поэтому мне здесь больше не нравится, - Сказала Маллерит, но парень ей не ответил.

Контекст слов ему понятен. Нынешний правитель своими указами показался для парня «слетевшим с катушек маразматиком», запрещая всё, даже чужую веру и свободу мыслей. Зато его отца здесь считаю истинным злом. Настоящим кошмаром.

- Завтра пойдём к северной границе школы, – Он отбил масть и Трилл подкину ещё карту. – Самое важное сейчас хотя бы увидеть его, а дальше отец сам справится.

- Я всё ещё сомневаюсь в этом. С чего вы взяли, что он появится?

- А как ещё? Стажи – его солдаты и охрана, частичка стихий.

- Не об этом. Хранитель может быть где угодно, но старик решил искать именно в школе. Почему?

- Не знаю, – Он нахмурился, чувствуя новый проигрыш. Веер карт лишился последнего козыря, а стопка редела на глазах. – Он сказал – мы исполняем. Вот и всё.

Оба забрали по последней карте. Мимика парня не изменилась, а Трилл уже предвкушает победу, забрав козырную карту.

Отец редко разговаривал с ним не по делу, а просто так. Не было у них пустяковых бесед за чашечкой чая. Впервые отец появился перед ним на восемнадцатое день рождение. Парень собирался в кафе, отметить с друзьями с последующим продолжением, какое по закону позволено только совершеннолетним. Старик стоял у подъезда. Высокий. Руки в карманах чёрного пальто, на вид очень дорогое. Волосы с заметной сединой и пухлое постаревшее лицо. Родинки на лице проваливаются в проявляющихся морщинах. Он бы прошёл мимо, но старик окликнул его по имени и так довольно улыбался, но потом эта улыбка исчезла, сменилась разочарованием.

- Я думал, что оставлю наследника, а получил человечишку, – Презрительно сказал он, узнав, что нет у сына никакого дара

А у парня в голове не укладывалась вся информация. Существования магов ему казалась нелепой шуткой. Он думал, что отец просто спился или шизофреник. Навыдумывал невесть что, так и скитается со своими тараканами в голове. И мама, как на зло молчала. Отмахивалась от объяснений.

Следующая их встреча состоялась спустя два года. Мать только-только отошла, почти забыла, что бывший возлюбленный посмел явится, как тот снова пришёл. Но не к ней, а к сыну. С подарком на двадцатилетие. Толстая книга с заклинаниями, которые не понимают дарованные и люди. Старика всё равно прогнали. Мама кричала на весь подъезд, заставив соседей выглянуть из своих квартир, а потом долго плакала, но не посмела требовать у сына не приближаться к родному отцу, неожиданно проявившего интерес к взрослому дитю.

Потом он сам нашёл старика. Ещё через год. Тот покинул страну, скрылся в маленьком городе. Вид отца изменился прибавкой в весе и поредевшими волосами. Чёрный оттенок начал теряться в седине. Почему он помогает старику папаше не знает. Возможно, сказывается детство без участия второго родителя, возможно играет родительский авторитет. Хочется угодить, слышать похвалу, стоять с ним на ровне, как сын. Он помог ему узнать свою сущность, преподнёс силу в виде толстой книги. Теперь парню хочется помочь в ответ. Но не видно ответа чувств, которые есть у отца и сына.

Парень положил перед Трилл карту. Бубновый туз. Козырная карта.

Пока Гарри валяется в траве, греясь на солнышке, Данбар балуется стихиями после недолгих плаваний в озере. Вода не такая холодная, чтобы Джейкоб позволил себе отказать окунуться. Тяжело назвать это тренировками, которые он обещал директору возобновить в ускоренном темпе. В очередной раз. Он так обрадовался шансу искупаться в прохладной водичке, поплавать чуть дольше, откладывая обучения. Гарри от такого приглашения отказался. Уселся в траву, наблюдая как сосед лезет в воду прямо в одежде. Брауну ближе сухая ткань и кожа. Те заметки, написанные Брауном о заклинателях, Джейкоб прочитал внимательно, но сказать ничего не решился, более того показывать из Паркеру. Директор в это время пытался найти выход из сложившейся ситуации. В голове ещё звенели слова, брошенные в гневе бунтующим хранителем. «Да кто ты вообще такой, чтобы указывать мне?».

- Что ты сказал? – Роберт оторопел.

Он впервые услышал такую дерзость от юноши. Они часто разговаривают на повышенных тонах, но Джейкоб в ответ отпускал только колкости и не более.

- Я ничем тебе не обязан, ничего не должен.

Жизнью – первое, что подумалось тогда Паркеру – ты обязан мне жизнью. Но сказать такое в слух не осмелился.

- Ты Хранитель Стихий, - Напомнил он. Самого как током ударило. – Хочешь домой, заначит слушай меня.

«Что мне мешает вернуться домой сейчас?» Но Джейкоб прикусил язык.

- Почему, когда всё начинает налаживаться вы это обрываете?

Обвинения ударило по сердцу. Он не понял его сути, никогда не слышал, чтобы хранителю здесь что-то нравилось. Но вспомнил укоризненный взгляд сестры, когда приехал с ребёнком в машине к деревне. Как Ави в ужасе старалась не кричать на брата. Вспомнил лицо Митчелла, когда требовал подчинение в доме семьи Данбар, и как потом терзала себя Мелисса. Он их до сих пор не понимает.

- Ты уедешь в деревню. Я так сказал, и это больше не обсуждается!

Как ошпаренный вылетел из комнаты. Потребовал у мисс Мур позвать Митчелла. А после визита сестры почувствовал себя загнанным в угол. Он с таким трудом принял решение увезти хранителя в деревню, а тут новая угроза, как камень на голову. И по всем