Путь Вия. Из Малороссии на Украину - Дмитрий Павлович Губин

И так до самой войны, до эвакуации в Уфу, куда он отправился в качестве старшего научного сотрудника Института народного творчества и искусств АН УССР. В этом качестве он собирает башкирский фольклор и даёт концерты. Некоторое время он работает в Москве.

Хор, связанный двумя Верёвками

Как только Харьков освободили от оккупантов, Григорий Верёвка переезжает туда, и там руководитель КП(б)У Никита Хрущев делится с ним своей идеей о создании образцово-показательного украинского хора.

11 сентября 1943 года Совнарком УССР издал постановление «Об организации Государственного украинского народного хора», создание которого поручается Григорию Верёвке.

В постановлении говорилось: «Организовать Государственный украинский хор в количестве 134 человека (84 – певцы, 34 – артисты оркестра народных инструментов, 16 – артисты балета), поставить перед ними задачи: способствовать развитию украинского народного хорового и музыкально-хореографического искусства и его пропаганде среди трудящихся масс».

Разместился коллектив в Харькове, в небольшой комнате на ул. Сумской, 61. Это был дом, принадлежавший до революции издателю газеты «Южный край» Александру Иозефовичу, затем некоторое время был концлагерем и домом общества старых большевиков. После изгнания оккупантов он оказался одним из немногих сохранившихся зданий.

В Харькове и начался подбор артистов. Таланты разыскивали по селам и малым городам. В первую концертную бригаду (харьковскую) вошли Тамара Савченко, Галина Бережная, Мария Гришина, Наталья Лепетун, Лидия Заболотная, Иван Гурьев. Из Миргорода были приглашены 16 певцов-кобзарей, а из Полтавы – ансамбль бандуристов. В каждом посёлке вслед за уходящим на запад фронтом расспрашивали у людей, есть ли у них девушки или парни, которые хорошо поют, играют. Затем прослушивали, отбирали.

В ноябре 1943 года инициативная группа хора перебирается в Киев. Дирижером столичной группы назначена Элеонора Скрипчинская.

Весть о наборе в народный хор попадала к населению и фронтовикам через газеты, журналы и радио. Некоторых артистов разыскали в боевых частях с помощью полевой почты. 20 января 1944 года киевская и харьковская части хора объединяются, и с тех пор этот знаменитый коллектив работает по сей день.

«Сталин и Мао слушают нас»

После войны, с 1948 по 1952 г. Верёвка становится председателем правления Союза композиторов Украины и лауреатом Сталинской премии. В то время его хор гастролирует по Советскому Союзу.

Вот лишь некоторые его концертные номера: «Про звеньевую Меланку» (сл. С. Воскресенского, 1948), «Песня семисотниц» (сл. С. Воскресенского, 1948), «Песня об Олеге Кошевом» (сл. М. Стельмаха, 1950), «Гоголь наш – большое сердце» (сл. П. Тычины, 1952), романсы на слова П. Тычины, М. Рыльского, М. Стельмаха, обработка революционных и народных песен.

В хор вливаются новые кадры, например, будущий Народный артист СССР и нардеп от партии Павла Лазаренко «Громада» Дмитрий Гнатюк. Он и вышел в качестве солиста на правительственный концерт, посвящённый 70-летию Сталина в московском Большом театре. В бывшей царской ложе рядом с «лучшим другом советских физкультурников» сидел «великий кормчий» – Мао Цзэдун.

На аргумент Гнатюка о том, что у него нет даже сценического костюма и штаны в заплатках, Григорий Гурьевич ответил: «Ты, главное, выходи и улыбайся, а потом быстро задом за кулисы».

После выступления Гнатюка Веревка принёс ему деньги на первый приличный костюм в жизни.

Дмитрий Михайлович вспоминал, как рассмотрел со сцены в ложе двух вождей. А после концерта его, даже не завтракавшего, провели в Кремль исполнить лично для генералиссимуса несколько украинских народных песен. После выступления Сталин пригласил перепуганного молодого артиста за стол, а к коллегам в гостиницу Гнатюк вернулся с сумками еды и бутылкой хванчкары.

Затем Гнатюк проговорил с Верёвкой до утра, а наутро до них дошла информация, что вождь исполнением остался крайне доволен.

А дальше хор стал не просто любимцем власти, но и выездным коллективом.

В 1952 г. Украинский народный хор впервые отправляется на заграничные гастроли – вначале в Румынию, Польшу, а затем и в другие страны мира, за «железный занавес». После одного из концертов на Всемирной выставке в Брюсселе 1958 г. уже в позднее время хор вынужден был выступить ещё раз на огромной площади перед 10-тысячной толпой людей, не сумевших попасть в зал.

И тут уже во времена независимой Украины появляется следующий миф, растиражированный киевскими СМИ. Якобы там присутствовал Степан Бандера, а затем высказался на широкую публику о вкладе Верёвки в становление будущего национализма на Украине. По крайней мере, ни сам Верёвка, ни руководитель его хора в 1966–2016 годах Анатолий Авдиевский ничего подобного не слышали.

Анатолий Тимофеевич так описывал быт своего предшественника:

«Жил он недалеко от площади Толстого. Квартира была скромной – не хоромы. В ней поражало огромное количество книг и нот. Видно было, что здесь живет человек, смысл жизни которого в творческом труде. Он делал обработки, писал оригинальную музыку. А жена Григория Веревки Элеонора Павловна была профессором консерватории. К сожалению, детей у них не было.

А вот с братьями Григория Гурьевича я был знаком. Один хорошо играл на бубне, очень любил анекдоты. А второй работал врачом…

Мы иногда встречались в общественном транспорте. Как-то захожу в троллейбус, который ехал с Крещатика до «Арсенала». Вижу: Григорий Гурьевич сидит. Увидев меня, привстал, слегка поклонившись, поздоровался. И я, разумеется, в ответ. Для меня тогда было непостижимо: Григорий Веревка едет в троллейбусе!»

И так обласканный властью, но не испорченный ею жил Григорий Гурьевич. Подчинённые и студенты его любили. Ведь он был человеком щедрым.

Тот же Авдиевский вспоминал: «В коллективе Григория Веревку очень уважали. Как рассказывали артисты, часто он брал на работу людей без образования, но талантливых и духовных, с высоким уровнем культуры. Если кому-то нужны были деньги, обращались к Григорию Веревке и он никогда не отказывал. Достанет из кармана, отсчитает, сколько нужно. «Григорий Гурьевич, когда вам отдать?» – спрашивал одалживающий. «Когда сможете», – отвечал. А еще у Григория Веревки было очень хорошее чувство юмора».

Умер Григорий Гурьевич Веревка 21 октября 1964 г. и похоронен на Байковом кладбище в Киеве. Переживший его ближайший друг Павел Тычина в 1965 году писал: «Дружбу нашу на протяжении последних десятилетий всегда сопровождала широкая и громкая слава нашего хора. Очень часто со мной случалось так, что куда бы я ни поехал, то ли в Советском Союзе, то ли за границей, везде мне, бывало, говорят: «А у нас недавно были ваши друзья – сам Верёвка со своим замечательным хором из Киева…»

Созданный им коллектив существует и по