Фанфик по Аркейн - Grishocs

— С мерцанием мы бы заставили с нами считаться! — начал свою пропаганду Силко, но я перебил.

— На наркоманах империю не построишь, они родную мать продадут, если им показать дозу. Ты сам прекрасно это понимаешь. И как ты себе представлял, что Пилтовер станет с вами считаться? Толпой обдолбавшихся мерцанием наркоманов пойдет на Пилтовер и будет строем уничтожать людей на той стороне? — агрессивно говорю я. — Что-то я сильно сомневаюсь, что они пойдут на такое. Иначе вы бы давно захватили Пилтовер. А это значит, что вас интересуют только деньги и власть, а не какая-то там мнимая независимость.

— И что мне, по-твоему, надо было сделать? — зло смотрит на меня Силко.

— Во-первых, тебе надо было поговорить с Вандером, а не прятаться от него.

— Поговорить? Он хотел меня убить, после того как я заикнулся о продолжении борьбы. — резко высказался Силко.

— Да, хотел, но потом, когда понял, что сделал, он пытался найти тебя и извиниться. Он даже оставил тебе записку в шахтах со светящимися грибами, где все началось.

— Он мертв, и прошлое не вернуть. — припечатал Силко.

— Не вернуть, но можно исправить будущее, что тебя ждёт. И вообще, надо уметь прощать близких за их ошибки. Я же тебя простил. — говорю я, поглаживая Джинкс по спине. Она, как маленький ребенок, сидела на коленях и не привлекала внимание взрослых с их глупыми разговорами.

— Простил? И за что ты меня, позволь узнать, простил? — поинтересовался ехидно Силко.

— За всё. За то, что ты отдал мое тело тому доктору с маниакальными наклонностями. — произношу я, наблюдая за расширяющимся глазом Силко.

— Ты? — то ли вопрос, то ли утверждение прозвучал от Силко. — Вот где я тебя видел! Синджед сказал, что тебя уничтожил, ты мертв, тебя не должно быть здесь, ведь тебя растворили в кислоте. Все твои части тела были уничтожены, чтобы ты не восстановился. Как? Как ты выжил? — с какой-то паникой затараторил Силко. Джинкс же на мне напряглась. Видно, неприятно знать, что твоего друга растворяли в кислоте. Ну а я расслаблен, я уже это пережил, причем дважды. Один раз в реальности, другой в той камере.

— Знаешь, вспоминая тот день и те ощущения. Наверно, я никогда не радовался приближения смерти так, как тогда. Ощущать, как твое тело разъедает кислота, как отваливаются искусственно пришитые части тела. Чувствовать, как ты освобождаешься от оков, становясь частью чего-то большего. Но потом ты понимаешь, что все закончилось, и ты плаваешь в каком-то киселе. Кислота просто не смогла меня растворить. Слишком большая масса была у меня на тот момент. Плюс моя регенерация давала лишению массу. Мы, кстати, с доктором так и не поняли, откуда она берётся. — задумчиво говорю я.

— Я убью этого доктора. — прошептала на моей груди Джинкс.

— Не надо никого убивать. — возразил я. — У него были свои мотивы так поступить. — говорю я, вспоминая про его дочь, которую он пытается оживить.

— Как скажешь. — ответила мне Джинкс, продолжая ко мне прижиматься. Интересно, когда она ослабит хватку. И чего она такая послушная.

— Можешь меня развязать, обещаю, я никуда не убегу, мне просто надо. — отвлекла меня Кейтлин, показывая куда-то за спину.

— Как думаешь, развязать её или не стоит? — интересуюсь у Джинкс.

— Не знаю, я бы оставила. — сказала мне Джинкс.

— Ну развязать её придётся рано или поздно, тем более пора уже отправить посылку совету.

— Какую посылку? — интересуется Джинкс.

— С большим приветом от Джинкс. — говорю я, показывая на хекстек.

— Ну вы решили или нет? — поторапливает меня Кейтлин.

— Да-да, сейчас. — беру со стола нож и протягиваю его Кейтлин, встать я не могу. Меня оккупировали. Держа на вытянутой руке нож, смотрю в сторону Кейтлин и замечаю ее злой взгляд.

— Издеваешься? — злобно спрашивает она.

— Упс, прости, забыл. — извиняюсь я и кидаю ей нож на ноги. Руки хоть и связаны, но спереди, а значит, освободиться сможет. Что она и делает, быстро убегая куда-то за мусор. Через время оттуда раздается журчание. Вот в такие моменты я ненавижу свой слух. Вернувшаяся Кейтлин подходит с ножом к Вай и хочет ее освободить.

— Слушай, не думаешь ли ты её освободить? — спрашиваю я Кейтлин.

— Я это и намереваюсь сделать. — отвечает она.

— Тогда все её действия с этого момента на твоей совести. И да, Силко не бить, он сегодня и так умрёт. Нечего его ещё и калечить. — говорю я, смотря на Кейтлин. Задумавшись, она кивнула и стала разрезать веревки на Вай.

Вставшая со стула Вай хотела броситься на Силко, оторвать от меня Джинкс и избить меня. И все эти действия она хотела сделать одновременно, но из-за того, что мы с Силко находились по разные стороны стола, она не могла определиться, с кого начать, из-за чего осталась стоять на месте, со злостью сжимая кулаки. Кейтлин обняла ее, успокаивая.

— Черт с вами. — проговорила Вай.

Отпустив Вай, Кейтлин хотела забрать хекстек, но я шлёпнул ее по руке.

— Не твое, не трогай. — говорю я.

— Ты же сам хотел отдать его совету! — возмутилась она, потирая руку.

— Когда? — удивленно посмотрел я на нее. — Не было такого.

— Ну как же, все слышали, что надо отправить посылку, а я как дочь советника смогу договорится.

— А кто сказал, что посылка будет простой передачей шарика, ты хоть знаешь, что это такое? Откуда оно взялось и кто их изготавливает? — посмотрел я на Кейтлин.

— Да знаю! Это ядро хекстека, и изобрел его мой друг Джейс. А взялось оно из места преступления, которое совершила Джинкс, убив при этом миротворцев. — с небольшой злобой говорит Кейтлин.

— Которые грабили и избивали жителей Зауна. — продолжаю я за нее.

— Это неправда! — возмутилась она.

— Ты настолько хорошо знала погибших, чтобы утверждать обратное? Нет? Я так и думал. Прежде чем кого-либо защищать, узнай про него всю правду, а потом качай права. Но не забывай, что права должны действовать на каждого, и миротворцы не исключение. — взяв со стола ядро и повертев в ладони, вложил его в руку Джинкс, которая с недоумением посмотрела на меня.

— А насчёт откуда он взялся что скажешь? — интересуюсь, переведя взгляд с Джинкс на стоящую перед нами Кейтлин. Вай, кстати, ушла за обломки справить нужду. И я жду нападения сзади. Даже не знаю, решится она напасть или нет.

— Я же уже сказала,