Дальнее чтение - Франко Моретти

потому, что для многих поджанров романа – большинства путешествий, морских повестей, а позже «ирландских» романов, военных историй, ньюгейтских романов (Newgate novel) – женский протагонист был нехарактерен. То, что названия вроде «Эммы» в первую очередь приходят на ум, когда речь идет о собственных именах, является знаком исключительной силы намека и центрального положения матримониального сюжета в английском романе Нового времени.

243

Бенвенист, Э. Общая лингвистика. С. 176, 181. Émile Benveniste, ‘The Nominal Sentence’, in Problems in General Linguistics, 1966, Miami 1971, pp. 138, 142.

244

Почему они? Возможно, потому, что существовало нечто общее между Французской революцией (для которой было важно сохранить основные социальные ценности, несмотря на исторические перемены) и рассматриваемым типом заглавий (для которого фундаментальные этические абсолюты должны были быть освобождены от релятивизма нарратива).

245

Их также нельзя считать аллегориями и персонификациями: «Умеренность» Хофланд не означает, что понятие должно ожить и стать частью истории, подобно его омониму в романе «История Умеренности, или Жизнь, Смерть и Воскресение Умеренности: вместе с ее Рождеством, Отечеством, Родословной, Сородичами, Друзьями, а также Врагами» (History of Moderation; or, The Life, Death and Resurrection of Moderation: together with her Nativity, Country, Pedigree, Kindred, Character, Friends, and also her Enemies).

246

Они начинают появляться только к концу этого периода: «Потеря и находка» (1848), «Жестко и мягко» (1849), «Тени и солнце», «Мухи в янтаре» и «Яйцо лебедя» (1850) (Loss and Gain; Rough and Smooth; Shadows and Sunshine; Flies in Amber; The Swan’s Egg). Вообще, если метонимии и абстракции укореняются в 1790–1830 гг., то в дальнейшем, между 1830 и 1850 г., никаких нововведений, по всей видимости, не появляется. Вместо того чтобы искать новые формы лаконизма, писатели бросили все свои силы на вторую часть названия, словно в нем заключалось решение проблемы: «Элен Халси. Пограничная повесть. Очень интересный роман», «Капитан в неволе. Легенда Ливерпуля», «Цели и награды, или Летопись жизни. Написана очень старой леди», «Ребекка и Ровена. Роман о романе» (Helen Halsey. A Tale of the Borders. A Romance of Deep Interest; The Slave Captain; A Legend of Liverpool; Goals and Guerdons: Or, The chronicles of a life. By a very old lady; Rebecca and Rowena. A Romance Upon Romance).

247

См. библиографию, включенную в: M. O. Grenby, The Anti-Jacobin Novel, Cambridge 2001, и Ann Ardis, New Women, New Novels, New Brunswick 1990.

248

В списке бестселлеров от New York Times за ноябрь 2008 38 % заглавий начинались с определенного артикля и 6 % – с неопределенного. Небольшое отличие от того, что было два века назад.

249

Вайнрих Х. Текстовая функция французского артикля //Новое в зарубежной лингвистике. Вып. VIII. Лингвистика текста. М., 1978, с. 377. Harald Weinrich, ‘The Textual Function of the French Article’, in Seymour Chatman, ed., Literary Style: A Symposium, Oxford 1971, p. 226.

250

Моделью здесь остается анализ персонажей у Остин, проведенный Джоном Барроузом (John Burrows) в книге «Вычисления в критику» (Computation into Criticism). То, что он сделал это 20 лет назад без помощи современных технологий, должно нас устыдить.

251

Гете И. Собрание сочинений: в 10 т. Т. 8. М., 1979, с. 257.

252

Дарвин Ч. Происхождение видов путем естественного отбора. М., 2001, с. 289–290.

253

Моретти использует здесь термин «network theory», подразумевая часть теории графов. Поскольку в русской традиции термин «сетевая теория» вызывает лишние ассоциации с акторно-сетевой теорией Латура, а собственно само название “graph theory” Моретти ни разу не использует, то “network theory” переводится в этой статье более нейтральной «теорией сетей». – Примеч. пер.

254

Jean-Baptiste Michel, Erez Lieberman Aiden et al., ‘Quantitative Analysis of Culture Using Millions of Digitized Books’, Science, December 2010.

255

Как станет очевидно из дальнейшего текста, визуальные свидетельства, относящиеся к этой статье, можно увеличить до 50 и более изображений. Их все можно найти на сайте Стэндфордской литературной лаборатории (litlab.stan-ford.edu).

256

«Расчеты сетевой структуры были получены исходя из того, что каждый говорящий персонаж является вершиной, два персонажа считались связанными в том случае, если в пьесе есть хотя бы один временной промежуток, в котором они оба присутствуют (то есть два персонажа соединялись, если они говорили друг с другом или находились в присутствии друг друга)»: James Stiller, Daniel Nettle, Robin I. M. Dunbar, ‘The Small World of Shakespeare’s Plays’, Human Nature 14: 4 (2003), p. 399. Другое применение теории сетей к нарративу (R. Alberich, J. Miro-Julia and F. Rossello, ‘Marvel Universe Looks Almost Like a Real Social Network’, 11 February 2002, доступно на arXiv.org) основывается на похожей предпосылке: «Два персонажа соединяются, если совместно появляются в одном комиксе и их появление значимо». Однако, поскольку нам не объясняют, чем действительно отличается «значимое» взаимодействие от незначимого, то эта основа для подсчетов остается фундаментально неясной.

257

Причина, по которой вес и направление особенно важны в литературных сетях, заключается в следующем: в то время как системы, изучаемые теорией сетей, могут легко включать тысячи и миллионы вершин, значимость которых может быть легко выражена в количестве связей, сюжеты обычно располагают несколькими десятками персонажей, не более. Вследствие этого сам факт существования связи редко оказывается достаточным для установления иерархии – его нужно объединить с другими видами измерений.

258

Alberich et al., ‘Marvel Universe’.

259

Почему не существует баланса – почему Призрак и норвежец выбраны в качестве фигур законности – это отдельный вопрос, на который теории сетей, по всей видимости, нечего ответить. Но само отсутствие баланса – это одна из тех вещей, которые она позволяет разглядеть.

260

Mark Newman, ‘The Structure and Function of Complex Networks’, SIAM Review 45: 2 (2003), p. 183, доступно на arXiv.org.

261

Конечно, Гамлет тоже включен в этот шестиугольник, но несмотря на то что он разделяет с Клавдием те же пять ребер (с добавлением Горацио и других придворных жителей, Розенкранца,