Вот и всё. Зачем мы пугаем себя концом света? - Адам Робертс

А теперь представьте, что вам нужно вытащить шарик из коробки, в которой либо десяток, либо сотня последовательно пронумерованных от одного до ста шариков. Вы запускаете руку в коробку и достаете шарик с номером три. Что более вероятно: десяток или сотня шариков в коробке? Согласно теореме Байеса, если вы вытаскиваете шарик номер три, то в коробке скорее десять шариков, так как вероятность вытащить шарик с этим номером выше в том случае, если в коробке десять шариков, чем если их сто, — в десять раз выше, если точнее. Конечно, шарик номер три не доказывает, что в коробке десять шариков, ведь их может оказаться и сто, но вероятность гипотезы о десяти шариках увеличивается.

Теперь давайте применим этот мысленный эксперимент к проблеме конца света. Предположим, я — пятидесятимиллиардный человек, родившийся на планете Земля. В сценарии «конец близок» общее количество людей, когда-либо родившихся на свет, составило бы сто миллиардов, а в сценарии «конец откладывается» — гораздо больше, возможно, даже триллион. Но раз мне выпал шарик с числом пятьдесят миллиардов, то вероятность сценария «конец близок» гораздо выше, чем сценария «конец откладывается», — точно так же, как в предыдущем примере номер три скорее означает, что шариков в коробке было десять, а не сто.

В споре о конце света есть аналогичный аргумент. Рассмотрим сценарий «конец откладывается»: возможно, человечество колонизирует Вселенную, просуществует миллиарды лет и разрастется до популяции в триллионы особей. Если так оно и будет, то мы с вами появились лишь на заре человеческой истории — насколько это возможно? Согласно вероятностному подходу, мы предполагаем, что находимся где-то посередине. Это суждение перемещает нас по направлению к сценарию «конец близок»: не то чтобы конец света произойдет сегодня в полночь (это тоже маловероятно), но, скорее всего, он случится в ближайшие несколько сотен лет.

С вероятностной точки зрения конец действительно близок.

Глава 1. Спасаясь от гнева Господня: Судный день в мировых религиях

Среди множества историй о конце света, что придумало себе человечество, апокалипсис у верующих — самая древняя и жизнестойкая. Любая религия, которая утверждает, что у Вселенной есть создатель, обязательно предусматривает и ее разрушителя, начиная с четырех всадников христианского апокалипсиса и семи солнц буддийской эсхатологии и заканчивая леденящим душу Рагнарёком — гибелью богов и всего мира в скандинавской мифологии. В большинстве вероучений эти две фигуры сливаются в единое целое.

Как уже было отмечено, мы представляем себе конец света для того, чтобы осознать свою смертность как индивидов. И одна из важнейших функций религии — давать нам точку опоры и утешение перед лицом неизбежного, а значит, одновременно помогать осмыслить конец всего и вся.

Начнем с традиционных представлений о конце света. Согласно иудейской и христианской верам, Бог сотворил Вселенную за шесть дней, а седьмой посвятил отдыху. С этого момента и до сих пор история человечества продолжает разворачиваться во всей своей блистательной сложности. Между тем отсутствие развязки — перспектива непривлекательная, и раз уж Господь способен создать мир, то он может и испытать соблазн его отменить, разнести на части и уничтожить, отправив праведников в царствие небесное, а грешников — в преисподнюю. Похожее развитие событий предрекает и ислам: сперва люди увидят признаки наступления Последнего Дня, а затем солнце взойдет на западе и появятся три катастрофических «раскола земли» — на востоке, на западе и в Аравии. После этого воскреснут все мертвецы, а в Йемене вспыхнет огонь, все соберутся на поле Махшар для свершения Суда, и праведники попадут в рай.

Итак, когда же это произойдет? Верующие убеждены, что скоро. Недавний опрос показал, что 41 % от общего числа американцев и 58 % белых христиан-евангелистов в США верят, что Иисус «вероятно» или «точно» вернется до 2050 года. В мусульманском мире результаты опроса, проведенного в 2012-м, демонстрируют аналогичное распределение голосов: 83 % мусульман в Афганистане, 72 % в Ираке и 68 % в Турции ожидают возвращения Махди (мессии, появляющегося перед концом света) еще при своей жизни[18].

Конец, похоже, и в самом деле близок.

Почему же эти предсказания столь часто относятся к «здесь и сейчас»? По утверждению литературного критика Фрэнка Кермоуда, людям не нравится мысль, что их жизни занимают столь короткий период времени в намного более долгой истории мира. Кермоуд считает, что апокалиптические сюжеты существуют, чтобы дать нам шанс поразмыслить о собственных жизни и смерти, осознать свое место во времени и свое отношение к началу и концу. «Похоже, это обстоятельство, связанное со способом мышления о будущем: время собственной жизни человека должно находиться с будущим в особых отношениях»[19]. Именно поэтому «срединным людям»[20], как их называет Кермоуд, нравится предсказывать и конкретные даты ближайших событий, и время наступления конца света. Мы боимся, что упустим кульминационную точку истории. Лучше раньше, чем никогда.

И все же религиозные мифы нужны нам далеко не только для того, чтобы помочь примириться с тем, что мы смертны. Несмотря на то что религия часто используется для предсказания близкого конца, многие религиозные истории об апокалипсисе были придуманы очень давно, а поскольку мы все еще живы, предыдущие концы света, совершенно очевидно, не увенчались успехом. Если вы верите в то, что Бог способен сотворить Вселенную, вы с таким же успехом поверите в то, что он способен ее разрушить, но в таком случае почему все его попытки оказались безуспешными? Это явно говорит не в пользу могущественности наших многочисленных богов.

Всегда ли дело обстоит так, что создатель может и уничтожить свое детище? Современный миф о Франкенштейне говорит нам о том, что сотворение способно повлечь за собой не просто ужасные, но и необратимые и непредусмотренные последствия. Мы строим ядерные реакторы, но не знаем, как выводить их из эксплуатации; мы производим триллионы тонн пластика, но не представляем, как от них избавиться. Наши творения начинают жить собственной злонамеренной жизнью и слетают с катушек. Возможно, как показывают наши попытки спасти землю от катастрофического изменения климата, мрачная правда в том, что мы можем создавать, но не способны отменить свое создание. Если это так происходит у людей, то почему это должно быть иначе для бога?

Разумеется, наши боги сильнее нас — их всемогущество безусловно подразумевает способность разрушить то, что было ими создано. И все-таки — от древнегреческой мифологии до Библии — везде нам встречаются божественные творцы, которые решают уничтожить свое детище, но