Острословы-2 - Марк Вайсборд

В редакции, вероятно, вспомнили (или, наоборот, забыли), что у художника уже были рисунки на подобные темы.

Состоялся телефонный разговор.

— Дорогой Юлий Абрамович, тут есть одна темка, в вашем вкусе. Срочная. Утвержденная. Размер — полоса.

И художнику изложили сюжет, после чего послышался ответ Ганфа.

— Хотя меня критики и называют снайпером карикатуры, но даже я не могу так часто стрелять в президентов!

Рисунок он все же сделал.

ХОДЯЧАЯ… ГИМНАСТЕРКА

Последнее время художник-ветеран Юлий Абрамович Ганф часто и серьезно болел. Нередко долгое время проводил в больнице, жаловался на сердце.

Но это не сказывалось на его боевом духе. Оптимизм и жизнерадостность не покидали его. Он, как всегда, был весел и, конечно, остроумен.

Однажды позвонили ему из редакции и. справившись о здоровье, сказали, что хотели бы его видеть в редакции сегодня, ибо есть дело, и неотложное. Юлий Абрамович сказал, что с удовольствием зайдет, так как давно не был, но только когда уйдет гимнастерка.

— С каких это пор гимнастерки стали ходить?

— У меня особый случай. Дело в том, что после болезни мне врачи прописали лечебную физкультуру. И к нам на дом приходит девушка, которая занимается со мной лечебной гимнастикой. Вот мы ее и зовем «гимнастерка»!

И сам, как это с ним часто бывало, рассмеялся своей шутке.

И ОН ОКАЗАЛСЯ ПРАВ…

Много лет сотрудничал в журнале «Крокодил» грузинский художник-сатирик, народный художник Грузии Гигла Пирцхалава.

Автор множества веселых рисунков, шаржей, скульптурных портретов, альбомов. Участник различных выставок как в Тбилиси, так и в Москве.

Все эти годы он был желанным гостем московских коллег и всегда радушно принимал их у себя в Тбилиси.

Веселый, общительный, Гигла искренне радовался приезду друзей-товарищей, проявляя истинно грузинское гостеприимство.

Как-то, приехав в Тбилиси, я встретился с ним на улице Руставели, и, конечно, он тут же предложил:

— Пойдем посидим!

Взяли несколько бутылок вина (брал, конечно, он!), и, усевшись в укромном местечке, Гигла попросил:

— Три стакана.

— Зачем три? Ведь нас двое!

— Слушай, как двое! Сейчас кто-нибудь еще подойдет, у нас так принято.

И он оказался прав.

Подошел тогда еще молодой Нодар Думбадзе. Его сменил Нодар Малазониа. Присели Резо, Вано, Гоги. Потом еще кто-то и еще кто-то. В общем, как у нас говорят: свято место пусто не бывает.

Прошло некоторое время, и Гигла Пирцхалава появился в Москве (впоследствии такие его визиты стали частыми: то он ехал на чемпионат мира по футболу, то на Олимпийские игры, то туда, то сюда, но всегда через Москву). И мы, конечно, удалились с ним «посидеть», прихватив несколько бутылок вина (на этот раз в роли хозяина был я). А кафе было открытым, на улице…

Усевшись, он опять попросил три стакана. Я ему напомнил, что это не Грузия, что у нас другие традиции.

— Не может такого быть, чтобы кто-нибудь не подошел!

И он оказался прав.

К нам подошел милиционер:

— Приносить и распивать запрещается!

ОБМАНЧИВОЕ СОЗВУЧИЕ

Каждое издание имеет своего технического редактора. Не является исключением и «Библиотека Крокодила». Но, к сожалению, техреды этого издания так часто менялись, что порой трудно было уследить, «кто есть кто».

На этой должности побывали многие художники-крокодильцы, такие. как Е. Мигунов. В. Соловьев, Г. Огородников, Г. Караваева…

Одно время был техредом и художник Г. С. Иорш.

Так вот, будучи в редакции и зная, что к печати готовится его книжка, поэт Владлен Бахнов спросил:

— Как же мне величать нынешнего техреда?

— Гарри!

— Что значит Гарри? А отчество?

— Соломонович!

— Это другое дело. Фамилия?

— Иорш!

— Гм… Действительно, как это я сразу не догадался? Гарри! Да еще Соломонович! Ну, конечно же, ёрш! То бишь. Иорш…

ВСЕ ЕЩЕ ВПЕРЕДИ…

Началась эта история очень давно, когда у власти в Никарагуа стоял еще кровавый генерал Сомоса. Эта одиозная фигура пользовалась в те времена особым вниманием всех карикатуристов.

На одном из темных совещаний в «Крокодиле» была придумана остроумная тема, разоблачающая этого самого Сомосу.

Рисунок предложили сделать молодому крокодильцу. очень талантливому художнику «новой волны» Владимиру Мочалову.

Работа продвигалась медленно, художник делал варианты, откладывал их, и снова — варианты.

Вопрос — ответ:

— Как идут дела с Сомосой?

— Нормально. Уже разработал тему…

Прошло некоторое время. В Никарагуа произошла революция, Сомоса бежал из страны, к власти пришли сандинисты.

Вопрос — ответ:

— Ну так как дела с Сомосой?

— Нормально. Рисунок получается. Вот-вот завершу…

А время идет. Время бежит. Уже прошел слух (который в конце концов подтвердился), что Сомосу убили где-то и кто-то в Южной Америке.

А рисунка все нет.

Вопрос — ответ:

— Что все-таки с рисунком? Как там Сомоса?

— Нормально. Осталось нанести последние штрихи…

В редакции уже стали забывать о задании, о рисунке на тему «Сомоса».

Появились более злободневные темы, сиюминутные. И вот уже совсем недавно, перед сдачей этой книжки в набор, поинтересовался у Володи. просто так. любопытства ради.

Вопрос — ответ:

— Ну так чем там закончилось с Сомосой?

— Нормально. Скоро принесу рисунок..

Молодой человек. Куда ему спешить? Вся жизнь впереди. А тут какой-то Сомоса… Смешно!

РАССКАЗЫ

ОСОБАЯ ПРИМЕТА

— Вы, главное, не волнуйтесь! Успокойтесь! Все будет в полном порядке. Найдем мы вашего благоверного. Никто еще у нас не пропадал. И этот никуда не денется…

Участковый встал из-за стола, прошелся по своему небольшому кабинету, как бы набираясь терпения, и продолжил:

— Несколько слов о нем Несколько характерных примет.

— Куэлов. Петр Фомич. 1961 года рождения. Блондин. Высокий. Сутуловатый.

— Усы? Борода?

— Нет, что вы! Ничего этого нет. Нс любил он все такое.