Семейные хроники - Татьяна Анатольевна Томина

мирного населения, в свою очередь, ожесточила многих казаков. На волне неконтролируемого насилия с обеих сторон вновь вырос авторитет Дутова у казачьей массы. Население губернии оказалось перед нелегким выбором, какой власти отдать предпочтение — диктатуре Дутова или диктатуре Советов? Обе противоборствовавшие стороны приступили к формированию воинских частей, пустив в ход все доступные средства — от агитации до принудительных мобилизаций.

В конце мая 1918 года вооруженным выступлением пленных из чехословацкого корпуса против Советской власти гражданская война развернулась по всей России. На окраинах страны при материальной и финансовой поддержке стран Антанты (военный союз Англии, Франции, Соединенных Штатов) стали формироваться белые армии Колчака, Деникина, Юденича. Не был забыт и Дутов. Он также получил щедрую военную и финансовую помощь, которую не скрывал: «Французы, англичане и американцы со мной имеют непосредственные отношения и оказывают нам помощь». Однако после вступления в гражданскую войну иностранных войск Антанты в Красную армию пришло много патриотически настроенных русских офицеров, что позволило в короткие сроки создать боеспособные красные части. В Красной армии оказалось почти 100 тысяч бывших офицеров, их называли военными специалистами или военспецами, в том числе более 2500 бывших генералов, полковников и подполковников, одних только выпускников академии Генерального штаба — не менее 1580 человек. Для сравнения — через белую армию прошло до 130 тысяч офицеров. Цифры сопоставимы.

С кем же был народ? А вот этот вопрос не имеет ответа. Попадание в ту или иную армию чаще всего зависело только от места жительства и, соответственно, мобилизации. Безумие и ужас Гражданской войны как раз в том, что она стала братоубийственной не только по идеологическим причинам, под красную и белую мобилизацию попадали часто совершенно случайные люди. Многие из них не имели каких-либо определенных политических взглядов, вынужденно стреляли друг в друга в силу стечения обстоятельств и по приказу. Истинную степень заинтересованности рядовых участников конфликта наглядно демонстрируют миллионы дезертиров и уклонистов как у красных, так и у белых. Слова «красные» (регулярная армия советской власти) и «белые» (регулярные антисоветские части) прочно вошли в обиход. Были еще и нерегулярные боевые формирования, поддерживающие то одних, то других, а зачастую просто бандиты.

Гражданская война всегда беспощадна с обеих сторон. Так было и в Оренбуржье. Уже в конце апреля 1918 года в Оренбургском казачьем войске начала «работать» машина репрессий — военно-полевой суд, который судил «по совести», имея только два варианта: смерть или жизнь. Только в одном городе Троицке Оренбургской губернии в июне 1918 года казаки вместе с чехословацким отрядом французской армии расстреляли 900 человек коммунистов, красноармейцев и просто сочувствующих Советской власти. Толпа торговцев, интеллигентов и попов ходила с казаками и чехословаками по улицам и указывала на коммунистов и советских работников, которых тут же убивали. С другой стороны, на городском кладбище Оренбурга за несколько недель по приказу властей большевиков было захоронено около 400 трупов, около 100 офицеров находилось в заложниках, населению было объявлено, что за каждого убитого советского работника или красногвардейца будет расстреляно 10 заложников.

К середине мая 1918 года большевитский Оренбург оказался в кольце блокады. В начале июля красные были вынуждены оставить город и отступить к Орску и Актюбинску. В Оренбург вошли дутовцы, туда же прибыл и сам атаман. После захвата Оренбурга Дутов своим приказом ввел военное положение, на население рабочих окраин города наложена контрибуция в 200 тыс. рублей. Была установлена смертная казнь за нападение на членов войска и чиновников, за сопротивление, за отказ от мобилизации в белую армию, за большевизм и возбуждение вражды между классами, за забастовки. Расстрелы продолжались семь месяцев. Одних казаков за отказ воевать с красными сразу было убито 200 человек, в том числе казачий офицер. Всего при белых казачьих репрессиях в Оренбурге было расстреляно 1500 человек — каждый сотый житель города, без учёта погибших в тюрьме из-за пыток и избиений. *

В начале Гражданской войны двадцатилетний Федор Мохов был в Оренбурге, жил в доме родителей и работал на Оренбургской телефонной станции. Когда возникли упорные слухи о возможной принудительной мобилизации в отряды атамана Дутова, если он захватит Оренбург, Федор вступил в формирующуюся Красную армию. В начале июля 1918 года под натиском белых красные отряды оставляют Оренбург, Федор уходит с ними. Почти пять лет родные его не видели. Перед уходом Федор попросил родителей позаботиться о работающей у них Шуре, как бы тяжело не было. Родители исполнили просьбу, веря, что тогда сын вернется.

* Учитывая стратегическое значение Оренбурга и губернии, как связующего звена между центром России и Средней Азией, командование Красной Армии предприняло энергичные действия по их освобождению от войск белых. В октябре 1918 года в наступление на Оренбург с северо-запада перешли части Первой армии, а с юго-востока — отряды Туркестанского фронта Красной армии.

Наиболее ожесточенный характер вооруженная борьба между белыми и красными приняла в 1919 году. В конце января 1919 года войска Дутова были вынуждены вновь покинуть Оренбург. В марте 1919 года в наступление с востока перешла 400 тысячная армия адмирала Колчака, объявившего себя «верховным правителем Российского государства». Части Дутова вошли в состав Сибирской армии адмирала Колчака в ноябре 1918 года и в 1919 года обеспечивали ее левый фланг в составе Южной армии генерала Белова. В апреле дутовцы осадили Оренбург, взяв его в полукольцо. Город защищали немногим более 8,5 тысячи человек, а участвовали в его осаде 21 тысяча. В конце апреля на помощь белым, осаждавшим Оренбург, с северо-востока выдвигается армейский корпус под командованием генерала Бакича. В нем было 4600 штыков и сабель. Но во время переправы корпуса через реку Салмыш он был наголову разбит красными полками, сформированными главным образом из оренбургских рабочих. В Салмышском бою войска красных применили фланговые контратаки и действовали уже как части регулярной армии, хорошо подготовленные и обученные.

Переход в контрнаступление войск Восточного фронта Красной армии в мае 1919 года в направлении на Уфу, а затем на Троицк ослабил давление белых на осажденный Оренбург. В июле белые сняли осаду Оренбурга и отступили на восток. Заняв Троицк, красные части отрезали Южную армию Белова от основных сил колчаковцев. В целях ее разгрома из Восточного фронта Красной армии был выделен самостоятельный Туркестанский фронт под командованием Фрунзе. К концу августа части Туркестанского фронта завершили разгром войск Белова и Дутова.

В середине сентября 1919 года дивизии и полки Туркестанского фронта, действовавшие от Оренбурга, соединились с частями Туркестанской Советской республики, наступавшими с юга. На сторону красных перешел 1-й казачий конный корпус Дутова, а затем сложили оружие два пехотных корпуса армии Белова. В результате