Рыжий понедельник - Андрей Кадурин

этой стороны калитки и ковыряет в носу. Пират лениво заглядывает в миску, с остатками супа, вспугнув рой мух, доедавших его обед. Вспомнив что он шахматист, Вовка перестаёт ковырять в носу и занимает благовидную позу. На лице он удерживает блаженную улыбку шахматиста. Впрочем, надолго его не хватает, и заметив на стволе вишни повисшую каплю смолы, принимается её отковыривать. Допив чай Женька бросает взгляд под диван. Там со вчерашнего дня были припрятаны два огромных гвоздя. Они предназначались для изготовления кортиков. Для этого гвоздь подкладывался на рельсы железнодорожного прогона, и когда по нему проедет товарняк, гвоздь станет плоским, похожим на кортик. Обработав его напильником можно было добиться отличного результата, и обзавестись полезным предметом. Об этом Женька знал от своих друзей, но сам пока не практиковал. Женька одевался стараясь не демонстрировать спешку, в то же время пытаясь угадать, что ему сегодня может понадобиться из стандартного мальчишеского набора. Спички — это обязательно, раскладной ножичек, моток лески, булавка, увеличительное стекло, две петарды- Женька берёг их чтобы бросить в костёр. С опаской посмотрел он на бабушку. Она запросто могла конфисковать такое имущество безвозвратно, и это придавало петардам желанный вкус контрабанды. Женька подумал было, что неплохо бы спрятать их в коробок со спичками, но и спички были предметом не совсем законным, а потому подлежали изъятию. А лишиться одновременно и спичек и петард было двойным огорчением, поэтому и хорошо что они лежали в разных карманах. Огорченный тем, что гвозди захватить не удалось, Женька вышел из дома. Пират лежал в тени и наслаждался жизнью. Вовка стоял рядом с калиткой, пытаясь отскрести от рук прилипшую смолу.

— А шахматы? — спохватилась бабушка.

— У него есть, — ответил Женька кивнув на Вовку. Тот согласно закивал, пытаясь вспомнить как они выглядят. Друзья спокойно пошли вдоль улицы, чтобы не вызвать подозрение у бабушки, которая смотрела им вслед, стараясь разгадать, их замыслы.

— Хомяк сдох, — таинственно произнёс Вовка, желая произвести впечатление.

— Какой хомяк? — не понял Женька. Оказалось что Сашка и Пашка проснувшись сегодня утром обнаружили в клетке мёртвого хомяка.

— Мать сказала выкинуть его в мусорку, — продолжил Вовка, — но они решили похоронить. Вовка сделал паузу потом добавил — настоящие друзья. Ещё помолчал и сказал — похороны назначены на сегодня. Последнюю фразу он произнес особенно торжественно. Увидев издали Пашку, Сашку и большого Вовку ребята ускорили шаг. Те о чём-то оживлённо спорили и не заметили как ребята подошли.

— Сорок дней я тебе говорю, — кричал большой Вовка Сашке немного согнувшись, чтобы, очевидно, тот лучше слышал.

— Нет три, — Сашка стоял к большому Вовке полубоком, демонстрируя отсутствие интереса к его словам. Он первым увидел Женьку и выпалил: — сколько душа летает сорок дней или три? Женька, заметив что ребята здорово разругались и поспешил их примирить.

— Это смотря у кого. — многозначительно произнес он.

— У меня дед умер, бабка сказала что душа сорок дней по дому летает, я спать не мог, думал зайду в туалет, а там дедова душа курит. — серьёзно, с нотками страха и загадочности произнёс большой Вовка. К этой новой мысли ребята отнеслись очень серьёзно и задумались.

— Почему он умер? — спросил Женька, глядя себе под ноги. Там на двух кирпичах лежала коробка из-под обуви, которая служила гробом. Хомяк лежал на боку. “Гроб” был для него явно великоват.

— От старости наверное, — поспешил ответить Пашка.

— А сколько ему было? — продолжил диалог Женька.

— Два года — ответил Пашка.

— Надо травки подстелить. — Произнес Женька присев на корточки, внимательно разглядывая усопшего. Мимо проходили две подружки, девочки лет девяти. Они шли по каким-то своим девчачьим делам, но увидев команду заинтересовались, и сменили траекторию движения в сторону ребят. Одеты они были опрятно, в жёлтое и красное платье, У одной синие пластмассовые бусы, у другой небольшая сумочка через плечо. Чем ближе они подходили, тем медленнее и короче были их шаги. Они прекрасно знали что сближение с такой компанией таит в себе ряд опасностей. Оттуда запросто могло что то выпрыгнуть, взорваться или окатить водой. Увидев коробку с хомяком зашагали смелее, поняв в чём дело.

— Хоронить будете? — спросила та что с бусами.

— А что непонятно? грубо ответил большой Вовка.

— Можно с вами? — спросила та что с сумочкой, и присела, чтобы помочь Женьке рвать траву. Никто не ответил, и это означало согласие. Она вытряхнула хомяка на землю, помогла женьке наполнить коробку травой, аккуратно разровняла траву и при помощи палочки закатила хомяка обратно. Другая, та что с бусами нарвала каких-то цветов и заботливо уложила их в “гробик”. Наконец все встали любуясь работой. Появление подружек внесло в компанию некоторое разнообразие. Девочки подробно расспрашивали Сашку с Пашкой о хомяке: каким он был при жизни, не кусался ли, был он мальчик или девочка и подобную ерунду.

— Где будем хоронить? — деловито спросил Женька. Это вызвало полемику, впрочем не очень оживлённую. Оба Вовки были за то чтобы хоронить на кладбище, Сашка и Пашка хотели рядом с домом, а Женьке и девочкам было всё равно.

— Предлагаю на огородах. — Обратился он к Сашке и Пашке, давая им понять что за ними остается последнее слово, ведь это же их хомяк. Это идея понравилась всем и компания дружно зашагала. От дома где жили Сашка и Пашка до огородов было не очень далеко. Прямо по улице, потом посадка и дальше начинались поля. В прежние времена это были колхозные угодья, а сейчас местные жители использовали их под огороды. Границы огородов обозначались колышками. На некоторых виднелась утварь в виде бочек, дырявых вёдер и прочего старого хлама, которых мог понадобиться в огородных делах. Некоторые умелые хозяева устанавливали шаткие лавочки и столики, под каким-нибудь редким деревцом, чтобы в жаркий день отдохнуть в тени, после тяжёлой работы. Кое-где, также, были сооружения напоминающие деревенский сортир сбитые из досок и обтянутые кусками рубероида или полиэтилена. В таких хижинах мог храниться инструмент и прочий инвентарь. Часто такая хижина запиралась на изогнутый гвоздь или просто приматывалась проволкой. Во время дождя в таких хижинах вполне комфортно могли разместиться несколько человек, сидя на какой-нибудь лавке. Родители большого Вовки были заядлыми огородниками и на их участке, который находился рядом с посадкой, был и стол с лавками, вкопанными в землю и сарайчик довольно ухоженный и крепкий. Его семья была большой. Многочисленные дяди, тёти и другие родственники пользовались этим сооружением и считали своим долгом содержать его в образцовом виде. Когда друзья приблизились, их взору открылся живописный вид. Внушительного размера