Законы Рода. Том 6 - Ascold Flow

— Иностранец? Ярл — это фамилия?

— Ярл — это титул. Сродни графу.

— Упс, простите, ваше сиятельство. Мир… горд… Краст… Записал. Как девочку зовут?

Я протянул ему удостоверение фамильяра, и старый охранник аж глаза протёр от неожиданности.

— Фамильяр? Это что, мутант какой-то?

— А это было не очевидно?

— Да я подумал, что вы просто немного того и всякие накладные уши приделываете, виниры-шминиры ставите, линзы специальные…

— Нет. Но спасибо за идею. В следующий раз обязательно так и скажу, когда глупые вопросы начнут задавать.

Я взял телефон и набрал ждущему меня чиновнику, сообщая, что задержался на проходной у пункта контроля. Впрочем, уже к концу разговора мне вернули документы, и старик, почесав голову, окликнул меня перед тем, как я ушёл.

— Ваше сиятельство… Просто, чтоб вы знали: у нас по правилам фамильяров в клетку сажают обычно. Но это не ваш случай…

Я посмотрел на клетку размером метр на метр. Если бы я сюда с Жужжей пришёл, он бы эту клетку сломал, просто пытаясь залезть…

— Хлюпенькая у вас клетка. И да, спасибо за понимание и предупреждение.

— Всех благ, ваше сиятельство! И ещё: там в лифте лампочка перегорела… Обещали сегодня поменять. Надеюсь, это не доставит вам неудобств. Света почти нет…

Двери лифта открылись, и мы вошли внутрь практически полностью тёмного помещения. Светились красноватым лишь кнопки этажей, давая хоть какой-то свет.

— Десятый этаж…

Нашёл нужную кнопку и нажал.

— Дефятый этаф!

— Да, правильно, — похвалил я Виви, что быстро осваивала человеческую речь.

— Помидолка… — вытащила из-под кофты очередную помидорину Виви.

В этот раз это был настоящий гигант из семейства томатов. И когда только умудрилась её там спрятать?

«КУСЬ!»

Брызги полетели во все стороны, в том числе и на меня.

— Дети — это счастье… — прокомментировал я, стараясь сохранять спокойствие.

Лифт до десятого не доехал. Он остановился на третьем. Двери открылись, и к нам попытался войти какой-то парнишка в потрёпанном пиджаке с папками в руках.

— ХШ-Ш-Ш-Ш! — зашипела от яркого света Виви, останавливая паренька.

Он увидел нас, стоящих в полутьме. Посмотрел на моё каменное лицо, что было всё в брызгах помидора, затем уставился в лицо Виви со светящимися красными зрачками, сглотнул, оценив её зубки и запачканную одежду с грязным лицом, да и замер. Папки посыпались из его рук, а сам парень попятился назад.

— Мама!..

«Осторожно, двери закрываются».

— Чего это он? — удивился я, а Виви по-человечески пожала плечами, после чего захрумала помидором и запрыгнула мне на шею. — Эй, а ну слезь!

На табло появилась цифра шесть, и лифт вновь остановился. Дверь открылась, и два смеющихся парня резко прекратили ржать, когда увидели нас.

— Ну же, смелее, входите… — предложил я, видя их нерешительность.

— Сань, а чё за сигарету на перекуре ты мне дал?

— А-а-а-а-а! — заверещала какая-то дамочка, проходящая мимо лифта на своих высоченных каблуках и бросила чашку с остатками кофе прямо на ковёр коридора.

«Осторожно, двери закрываются», — раздалось из динамика лифта.

— Странные они какие-то, — подытожил я, отправляясь дальше на свой десятый этаж.

Глава 3

— Шеф, извините, к вам тут какая-то парочка странная… — прошептала своему начальнику девушка из приёмной.

Я, впрочем, прекрасно её слышал. Некрасиво, милочка, так за спиной… Хоть бы дверь прикрыла. И ничего мы не странные… А то, что лифт пару раз на этажах останавливался и люди в обморок падали — так это не моя вина. Просто так свет падал… И помидоры эти… Сок у них красный, как кровь. Наверняка бабуля их какими-то химикатами накачала. Или сорт какой-то необычный.

Дверь распахнулась и Шапегин Павел Семёнович уставился на нас.

— Здравствуйте, Павел Семёнович. Вы просили приехать…

— Ярл Краст?

— Он самый…

— А эта прелестная, выглядящая крайне странно, юная леди? — не стал он делать никаких предположений, за что ему спасибо.

Виви в этот самый момент решила прихорошиться и слизать остатки помидоров с лица. Кхм. Не знал, что у неё настолько длинный язык… Аж до лба достаёт.

— Ох, Боже, спаси и сохрани. Помилуй душу мою грешную… — остолбенела на пару секунд вошедшая в приёмную тётка с кипой бумаг и, увидев облизывающуюся Виви, уронила всё на пол. Затем начала пятится и усердно креститься: — Завтра же в церковь схожу! Обещаю!

Я посмотрел на очередное представление и, неловко улыбнувшись, перевёл взгляд на начальника отдела.

— Она со мной. Я бы предпочёл продолжить в кабинете… — сказал я Павлу Семёновичу, который, замерев, смотрел исключительно на лицо Виви и её «гигиеническую» процедуру. — Приём…

— Ах, да-да, конечно. Проходите… — как-то не слишком уверенно предложил хозяин кабинета, продолжая таращиться на Виви.

Мы зашли внутрь, где я усадил мою мышку на стул.

— Виви, сиди и ничего не трогай. Кушать позже будем.

— Я наелася. Хасю пить.

— Извините… — повернулся я к Павлю Семёновичу, что шёл к своему креслу, обходя нас по настолько широкой дуге, насколько позволял кабинет, — можно воды?

— Да-да, конечно…

— А может, и салфетка найдётся?

— Да-да, конечно…

Павел Семёнович закопошился в своём дипломате и вскоре достал небольшую упаковку влажных салфеток.

— Спасибо, — кивнул я и взял пару штук.

Вытер своё лицо и Виви, напоил её и посмотрелся в шкаф со стеклянными витринами. Семечка к щеке прилипла. Вытер и её.

— Скуфна. Хотю летать.

Взял со стола металлическую ручку и лист бумаги и протянул Виви.

— На, поиграйся пока, порисуй. Только посиди на стуле пару минут спокойно, — сказал Виви, которая с недоумением взяла вещи, после чего подсел к большому начальнику из проверяющих служб.

Тот сидел, молчал и смотрел то на меня, то на Виви.

— Вы спешили куда-то. Может, приступим?

— Ах, да-да, конечно. Секундочку… Вот…

Он пододвинул к себе папку с бумагами и замер.

— Что «вот»? Павел Семёнович, ау…

— Простите. Не могу сосредоточиться… А это, простите, кто? Я извиняюсь, если задал неловкий вопрос…

Трижды извиниться за одно обращение… Он, видимо, слегка в шоке.

— Это фамильяр. Зовут Виви. Изначально — летучая мышь, мутант. Подобрал совсем крохой. Выросла,